Строптивая невеста. Любить нельзя убить (СИ)
— Ну, до встречи, дорогая, — прощебетала фрау Курт и ушла, вызывающе покачивая бедрами.
Морис с Ренаром проводили ее нечитаемыми взглядами. Ольга бы дорого дала, чтобы узнать, о чем они в этот момент думали. Потому что это явно было не восхищение походкой.
— Отставить пялиться! — рявкнула фрау Марта.
Вся компания студентов дружно вздрогнула и обернулась к ней.
— Итак. Первое правило общежития: я всегда права. Кто спорит со мной, вылетает отсюда на счет «раз». Усвоили?
— А... как же... — начала Фифа.
Элиза дернула ее за рукав, а Ольга наступила на ногу. Ну что за дурой надо быть, чтобы сейчас лезть, а?
— Усвоили, вижу, — довольно кивнула фрау Марта и, вытащив сигарету в мундштуке из прически, с удовольствием затянулась.
— Правило второе: никакой магии, кроме бытовой и целительской. И если я говорю «никакой», это значит вообще никакой, даже если некоторым умникам кажется, что они великие маги и непревзойденные шпионы.
На этих словах фрау Марта ткнула мундштуком в сторону Ренара. Тот примирительно улыбнулся:
— Мы усвоили.
— Ну-ну, посмотрим, — сузила глаза фурия. — За первое нарушение — штраф, за второе — вылет из общежития. Для домашних заданий есть полигоны, записываться заранее. Там, — она махнула в сторону общего холла. — Там же расписание занятий и доска объявлений. Так. Где ваши бумаги? Не стоим и не задерживаем!
Под ее взглядом все пятеро достали выданные Куртом направления, не очень понимая, что дальше с ними делать. В коридоре-то. Но фрау Марта лишь хмыкнула, щелкнула пальцами — и бумажки вырвались из рук, вспорхнули и стайкой полетели в ближайшую открытую дверь. Что поразило Ольгу, при этом никаких видимых проявлений магии не было! Ни темной, ни светлой, ни стихийной. Словно фрау Фурия пользовалась каким-то совершено иным видом энергии.
Поймав взгляд Ольги, та подмигнула. И прозвенела пятью ключами, невесть откуда появившимися в ее руке.
— Ваши комнаты на пятом. Мальчики налево, девочки направо. Отбой в двенадцать, после отбоя бродить по общежитию нельзя.
— Штраф за первое нарушение? — ехидно подняв бровь, спросил Морис.
— Ну что ты, милый, — ласковым басом пропела фрау Марта. — Никаких штрафов, этого даже в правилах не прописано. Гуляй на здоровье. Темных магов у нас особенно любят.
От ее тона Ольга поежилась. Почему-то слова о любви к темным магам прозвучали куда страшнее, чем «вкусные мозги».
— Еще вопросы есть? Нет? Вот и хорошо, вот и правильно. Белье в комнатах, брошюры с правилами там же. Форменные мантии получите у кастеляна. — Фрау оглядела их еще раз, особо остановившись на двух огромных чемоданах на колесиках, принадлежащих Фифе. — Хе. А грузчиков у нас нету, милая. Разве что с Гхыром договоришься. За морковку. Хе-хе. Ну, что стоим? Ступайте, не задерживайте процесс, вы тут не одни. Те-емные ма-аги.
Глумливый хриплый смех сопровождал их всю дорогу до лестницы. Ольга порадовалась, что не стала брать ничего, кроме смены белья, трех книг по магии Смерти и минимального набора предметов гигиены. Элиза со своим клетчатым чемоданчиком и парни со скромными саквояжами тоже не должны были испытывать трудностей. Тем более что багаж Элизы вместе со своей сумкой всю дорогу от главного корпуса левитировал Ренар, а для Ольги то же самое делал Морис. Он же тянул чемоданы Фифы — насколько Ольга успела заметить, эту «почетную» обязанность парни разыграли между собой, кинув монетку.
Примерно на половине дороги к лестнице они столкнулись с первой партией счастливых первокурсников, размахивающих своими документами на заселение. Студенты смеялись, знакомились, ругались — гам стоял такой, что уши закладывало. Морису пришлось прокладывать путь через эту толпу, работая локтями и грозя проклясть неповоротливых идиотов ко всем демонам Бездны. Что, по скромному мнению Ольги, не способствовало будущей дружбе. Но это уже не ее проблемы, не так ли?
По счастью, в холле перед лестницей толпы еще не было. Они оказались самыми первыми. И, не задерживаясь, стали подниматься на свой этаж.
А вот для Фифы и ее чемоданищ все оказалось не так просто. Или у кузенов оказалось недостаточно магии, чтобы поднять ее багаж, или слишком много вредности, чтобы сделать это без слезных просьб. Ольга склонялась ко второму варианту. Фифа же где-то позади и внизу упрашивала хоть тролля нанять, только чтобы ее драгоценный гардероб не пострадал.
— Не представляю, что Фифа набрала, — удивилась Элиза. — Кроме мантии нужна спортивная форма, форма для занятий на полигоне, ну и парочка нарядов для выхода в город. Зачем тащить гардероб, когда можно все купить на месте? Не понимаю.
— Фифа прибыла сюда не учиться, а заводить связи, — напомнила Ольга, у которой даже спортивной формы еще не было, зато свой саквояж она несла наверх без малейших проблем. — Какая у нас комната?
— Пять-а-тринадцать, — улыбнулась Элиза заглянув на выбитую на брелоке цифру.
— У нас пять-б-двадцать два, — спокойный голос Рене раздался за их спинами.
Ольга от неожиданности вздрогнула. Оглянулась. Они с Элизой шли по лестнице довольно быстро, как калека смог не отстать и даже не запыхаться? В самом ли деле он — калека, ведь он как-то сумел вытолкнуть ее из-под мобиля и поймать, чтобы она не упала и не расшиблась. Или ее безумная выдумка о крыльях химеры оказалась правдой? Что на самом деле скрывает его горб? А зачем ему маска? И почему фрау Курт ненавидит обоих кузенов? Ох, сколько вопросов, и с каждым шевалье выглядят все подозрительней.
К тому же, привыкнув к чарующему голосу Ренара, Ольга стала замечать и кое-что еще. А именно — неоднозначные взгляды. На нее. Не прямые, а пару раз пойманные в случайных отражающих поверхностях. Слишком холодные и оценивающие взгляды, совершенно не соответствующие мягкому тону, галантности и... и тому, что он ее спас от верной смерти под колесами.
Надо будет во всем этом разобраться. Чем скорее, тем лучше. А пока — не доверять никому. Даже Элизе.
На пятом этаже лестница расходилась в разные стороны и еще через один пролет выходила в коридоры отделенные от лестницы крепкими обитыми железом дверями. Рене, махнув на прощание рукой скрылся за темно-синей дверью с литерой «Б», а девочки направились к небесно-голубой.
— Ой!
На предпоследней ступени надежный, новый саквояж вдруг выскользнул у Ольги из рук, оставив в ладони кожаную ручку. Вещи рассыпались по лестнице, вниз покатились склянки с зельями и косметикой. Хорошо, что зачарованные! Ольга бросилась за ними, успев крикнуть Элизе:
— Иди, я догоню!
— Помощь нужна?
— Нет, я справлюсь!
Она сбежала на пролет вниз за последним пузатым флаконом духов и уже повернула назад, когда ощутила тревожную вибрацию заколки-артефакта. На лестнице резко потемнело, а ступени позади и впереди начали исчезать, таять, открывая бездонную пропасть с клубящейся багряной тьмой где-то очень далеко внизу.
— Этого не может быть! — шепотом попыталась она успокоить себя. — Это же иллюзия? Что-то типа испытания для первокурсников? Посвящение в студенты?
Она попробовала наколдовать отмену иллюзий, но ничего не вышло. Ступени таяли, таяли... камень под ее ногами стал прозрачным и исчез.
Ольга взвизгнула и ухватилась за перила, прежде чем упала в бездну вслед за собственным саквояжем. Грустный звон разбившихся флаконов вывел ее из наваждения. Багровая бездна стала всего лишь предыдущим пролетом лестницы, где-то в четырех метрах внизу. Упасть туда — значило наверняка переломать ноги, а то и шею!
Она от страха забыла о запрете на колдовство и попробовала отлевитировать себя в безопасное место или хотя бы плавно спуститься вниз. Не вышло. Это заклинание ей и на уроках-то давалось с трудом и не всегда, а сейчас — не получилось даже облегчить собственный вес.
Вися на перилах, Ольга с ужасом смотрела, как с треском и шипением исчезает пол. Растворяется. Вот уже растворяется и основание перил, ее последней опоры...
Надо прыгать. Еще немного, и страшное заклинание доберется до ее рук... ох, нет! Ей совсем не хотелось проверять, не перекинется ли оно на живую плоть!