Исправительная академия (СИ)
— Ну хочешь, я докажу? — не унимался паренек. — Отвернись, посмотри на что-нибудь, чего я не вижу. Выбери какой-нибудь предмет — что-то простое, чтобы мне не тратить много сил. И я скажу, что это. Только торопись. Драгана успела предупредить остальных. Сейчас прибежит охрана. А потом на остров нагрянут остальные…
Я с недоверием взглянул на Мансурова.
— Многовато ты знаешь об этом месте.
— Я здесь уже год, — сухо ответил он. — Ну так что, проверять меня будешь?
Дерьмо. Не хватало еще играть в угадайку. Но Катя могла быть полезна. По крайней мере в этом месте она единственная хоть как-то отвечала на мои вопросы о Тьме. Да и бросать ее здесь не хотелось. Если она действительно больна, пусть ей оказывают помощь в психбольнице, но не держат здесь не пойми для чего.
И еще она все-таки меня спасла от ночного нападения. Спасение за спасение.
— Хорошо.
Я отвернулся, зашел за стол и уставился на размокший бутерброд. Видимо, кто-то забыл свой перекус. Черт, с колбасой и сыром, на черном хлебе. Как я любил…
— Есть его не советую, — прозвучал за моей спиной глухой голос Мансурова. — На него наверняка попали реактивы из того сундука. А там та еще отрава.
Хм. А паренек-то не врал.
— Ладно, убедил, — я обернулся и направился к его камере.
Изможденное лицо Мансурова расплылось в улыбке.
— И это… Убивать меня не советую. Трое суток без сна с непривычки — это, знаешь ли, не самое хорошее дело…
— Да не хочу я тебя убивать, — буркнул я. — Тут самим бы выжить. Говори код.
По-хорошему, наверное, следовало выпустить всех. С другой стороны, я понятия не имел, на сто были способны остальные. Вдруг их сила разрушительна и опасна для невинных людей? Ладно этот Мансуров — ну посмотрит он чужими глазами, ну пошпионит… Вряд ли сможет причинить много вреда, хотя дар интересный. Катя… Катя тоже безобидная, к тому же в ее крови накопилось столько успокоительных, что она при всем желании не смогла бы кому-то навредить. Но вот остальных могли засунуть в эту, прости, господи, кунсткамеру совсем не за безобидные способности.
— Два, восемь, шестнадцать, — сказал Мансуров. — Это код моей камеры.
Я быстро набрал нужные цифры, и разделявшее нас стекло отъехало в сторону. Паренек улыбнулся счастливейшей улыбкой, словно ребенок, которого привели в парк аттракционов.
— Спасибо, Мокрый. Ты же Оболенский, да?
— Ага, — я кивнул на лежавшую на полу Катерину. — Код от ее камеры, пожалуйста.
— Три, три, двенадцать.
Я только занес руку над клавишами, когда меня окликнула девушка из другой камеры.
— Эй! Красавчик! А нас?
Мансуров покосился на меня и перешел на шепот.
— Этих я выпускать не советую.
— Почему?
— Эта девица — Варвара Фукс. Она… Не знаю, как это у нее выходит, но… Короче, она умеет управлять чужими эмоциями. Сюда попала, когда едва не свела с ума весь свой класс в гимназии. Тогда списали на массовую истерику, а Варей заинтересовался Лазарь. И она стала его любимицей. Фукс здесь дольше всего, позже меня привели. И она здесь по доброй воле… В отличие от меня. Не выпускай ее, если не хочешь проблем.
— Эй! Заморыш! — с вызовом крикнула девушка. — Что ты там обо мне несешь?
Проигнорировав ее вопли, я уставился на Мансурова.
— А почему она сейчас ничего не делает?
— Потому что не может, — пожал плечами паренек. — На нее какой-то артефакт нацепили, который блокирует ее способность.
Да уж, с такой компанией не помешал бы шлем Магнето. Куда ни плюнь, сплошные менталисты.
— А парни?
— Рядом с ней — Сема Зайцев. Стихийник. Чуть не спалил здесь все к черту, когда Драгана из него силу вытаскивала. И в темной камере, вон там, Гриша Творогов. Этот вообще…
— Что с ним?
— Он зверь.
— В смысле…
— В прямом, дурень! Оборотник он — редчайшее проявление природного дара. Причем сам он это не контролирует… Ну почти. На луну не воет, хоть за это спасибо.
— Так он что, в волка…
— Не-а, — ухмыльнулся Мансуров. — В кота. Точнее, в рысь… Сам мелкий, тоже худой. А вот котище из него роскошный получается. Но ты сам подумай, что будет, если рысь выпустить… Он же в животное превращается, ничего не понимает, не помнит. Все на инстинктах. А там такие лапищи… Задерет кого еще…
Фукс снова забарабанила по стеклу.
— Красаавчииик, — нараспев позвала она, видимо, имея в виду меня. — Не слушай ты этого тощего заморыша. Если выпустишь, я тебе такое покажу, что всю жизнь будешь скучать и вспоминать…
Нет, она, конечно, была ничего. Даже очень ничего. Короткая, почти мужская, стрижка удивительно ей шла. Аккуратные черты лица, изящная фигурка. Не присматриваясь, можно было даже принять ее за каноничную француженку из кино — вся такая тонкая, легкая… Разве что беретика и букета фиалок не хватало.
Но все портил взгляд шлюхи на благообразном личике. Это и отталкивало. Нет, против дам, выбравших в качестве профессии секс за деньги, я ничего не имел: труд честный, договоренности — на берегу, каждый крутится как может. Хочет телом торговать — ее дело, лишь бы берегла здоровье — свое и клиентов.
Но видеть ухмылку и циничный взгляд на столь молодом личике… Почему-то это не вызвало у меня ничего, кроме отвращения.
— Если у тебя нет третьей груди, то разговаривать нам не о чем, — проворчал я и наконец-то набрал код дот камеры Катерины.
Мансуров был прав — остальных выпускать было опасно. Фукс, управляя эмоциями, да еще и массово, могла устроить полную неразбериху. А она явно могла… Парень-рысь внесет дополнительную суматоху, а пироман еще и огонька добавит. Такими темпами через пару часов от Академии и правда ничего не останется. Но я не хотел лишних жертв, даже среди тех, кто попал сюда за дело.
Сперва нужно выбраться отсюда и вытащить Катерину. Она полезная, да и помогала мне как могла. Наверняка и Мансуров за нами увяжется — но он хотя бы мог передвигаться на своих двоих, в отличие от рыжей. Да и его дар мог пригодиться. Понять бы точно, как именно он работал…
Прозрачное стекло отодвинулось, и я бросился к девушке.
— Катерина!
Она тихо застонала, чуть приоткрыла глаза, но тут же снова сомкнула веки.
— Я… Не могу…
— Фигня, я сильный, — ответил я, подхватывая ее на руки.
Она словно ничего не весила, только вот ее острые косточки впивались мне в живот и плечи. Ничего, потерпим. Я обернулся к Мансурову.
— Знаешь, где выход?
— Допустим, — кивнул он. — А план какой?
— А у тебя какой был?
Он покосился на оставшихся взаперти одаренных.
— Не здесь, — шепнул паренек и махнул рукой, призывая следовать за ним.
Я умудрился подхватить нож Драганы, не уронив нашу «радиодевушку». Лишних ножей не бывает. Мы скользнули мимо пустых камер и оказались в другом коридоре. Здесь было пусто, но мой проводник резко остановился.
— Погоди, — шепнул он. — Нужно кое-что проверить. Я знаю одного охранника…
Катерина заерзала у меня на руках.
— Идут. Двое… Рядом…
В этот момент металлическая дверь в конце длинного коридора распахнулась.
— Ой…
Я опустил Катю и буквально толкнул в руки Мансурову.
— Пригляди за ней.
А сам вышел против мужиков. Снова закипела кровь, требуя жертв. Трудно было сказать, желала ли того Тьма или просто так проявлялся родовой дар. Да и какая разница? Я сейчас и без этого был готов рвать глотки и ломать хребты, лишь бы выбраться отсюда.
Один из охранников тряхнул рукой, выбросив вперед раскрытую дубинку, и бросился к нам.
— Серьезно? — ухмыльнулся я.
— Им нельзя нас убивать, — пояснил за моей спиной Мансуров, кряхтя от попыток удержать Катерину. — Мы слишком ценные.
— Тогда какого рожна их так мало?
— Чтобы не вызывать подозрений.
— Тем проще.
Я скользнул взглядом по ножу. Нужны годы, чтобы научиться владеть таким оружием, но оставалось уповать на везение. Мне и так посчастливилось обрести тело воина, может и навыки остались, хотя бы на уровне рефлексов…