Не он (СИ)

Спустившись в кухню, Лин удивленно замирает на пороге, застав мужа за поглощением аппетитно пахнущего завтрака. Он как обычно безупречен. Светло-графитовая рубашка под цвет глаз, галстук на тон темнее, идеально сидящие брюки и пиджак на спинке стула. В одной руке вилка, в другой мобильный телефон, в котором он что-то внимательно изучает, сдвинув темные брови и прищурив глаза. Такая мимика свойственна людям со слабым зрением. Но у Кристофера никогда не было подобных проблем.
— Доброе утро, Эль. Выспалась? — не отрывая глаз от экрана, буднично интересуется муж.
— Да, — нервно сглотнув, кивает Лин, чувствуя, как ее лицо заливает удушливой волной, а в животе снова просыпаются пыльные мотыльки.
— Присоединяйся. Не стой на пороге, — любезно приглашает муж, не удостоив супругувзглядом. — Я не кусаюсь, — добавляет он и, отложив телефон в сторону, наконец одаривает ее своим вниманием. — А вот ты прошлой ночью разошлась, — бегло осмотрев жену с головы до ног, напоминает Крис. Щеки Элинор становятся пунцовыми, как у гребаной девственницы.
— Мило смущаешься. Непривычно, — улыбается он, с лёгкостью раскусив ее неуверенность. — Мне нравится, Эль. — одобрительным тоном заявляет Крис и, отодвигая соседний стул, хлопает ладонью по сиденью. — Садись. Я приготовил завтрак на двоих. Будешь кофе?
Непринуждённый тон мужа заставляет ее прийти в себя.
— Да, спасибо, — благодарит она, занимая указанное место. От вкусных ароматов оживает желудок, ворчливо требуя наполнения. Крис встает, направляясь к кофемашине. Залипнув на его широких плечах и подтянутой заднице, Элинор вновь погружается в эротические грезы.
— Тебе как обычно? Сливки и один кусочек сахара? — оглянувшись спрашивает он и понимающе ухмыляется, заметив ее поплывший взгляд. — Все нормально, Эль. Я тоже тебя хочу, но после завтрака. Голодная ты быстро выдохнешься.
— Тебе разве не нужно на работу? — запинаясь бормочет Элинор, бросив удивленный взгляд на настенные часы, показывающие десять тридцать утра. Она была уверена, что Крис покинул постель, чтобы отправиться в офис и точно не для того, чтобы приготовить завтрак. Для двоих. Ни в одной из ее реальностей он никогда не делал этого.
— Не нужно, — коротко отвечает Кристофер, проворно накладывая в чистую тарелку кусок бекона, немного омлета и потрясающе аппетитный тост. — Сыр, масло и джем на столе, — подсказывает любезный муж, поставив перед ней порцию завтрака.
— Спасибо, — все еще чувствуя себя немного неловко, вымучивает Лин. Однако божественные ароматы и острый голод пересиливают нелепую робость. Взявшись за приборы, она буквально набрасывается на еду.
— Твой кофе, — кружка с дымящимся напитком тоже оказывается на столе.
«Ну надо же какой сервис», иронично думает про себя Лин. Интересно, многие рогатые мужья готовят завтраки своим распущенным женам? Хорошо потрахались и забыли? Мир и согласие? А как же брезгливость и уязвленное мужского эго?
— Мне нравится смотреть, как ты ешь, — внезапно произносит Крис.
Поперхнувшись, она поднимает на него недоумевающий взгляд. Он вполне безобидно улыбается в ответ. Прожевав последний кусок бекона, Лин тянется к кофе. Что ж, это слушать приятнее, чем упреки про толстый зад и широкие бедра.
— По тому, как женщина ест, можно судить о том, как она трахается. Женщина с большим аппетитом — это всегда сексуально, — вкрадчиво продолжает Крис.
Захлебнувшись кофе, Элинор закашливается, вытаращив на него глаза. Брызги по всему столу, из носа течет — эротичнее зрелища не придумаешь. Кристофер мягко смеется, и в мерцающих серых глазах растекается непривычное тепло. А Элинор, напротив, вспыхивает от злости, чувствуя себя полной идиоткой.
— На что еще тебе нравится смотреть, Крис? — прокашлявшись и вытерев рот салфеткой, вызывающе спрашивает Лин. Согревающий огонёк мгновенно исчезает из заиндевевших ртутных глаз.
— Приятного завтрака, Эль. Я поработаю в своем кабинете, — встав из-за стола, сдержанно произносит этот хладнокровный сукин сын. — Уберешь тут все. У прислуги сегодня выходной.
 
— А у тебя какого черта сегодня выходной? Ты же помешан на своей работе? — еще больше разойдясь от его деланного равнодушия, бросает Элинор в удаляющуюся спину. Он не останавливается и не отвечает, продолжая идти прямиком к лестнице. — Или решил лично присмотреть за мной? — кричит Лин, надрывая связки, сама не понимая, какой черт в нее вселился, но остановиться уже не в состоянии. — Вдруг я снова решу заказать еду на дом? Ты и завтрак поэтому приготовил? Бережешь меня от соблазнов?
Так и не взглянув ни разу на впавшую в истерику жену, Кристофер исчезает из поля ее зрения.
— Иди ты к черту, — в сердцах выкрикивает Лин. — Беги! Трус! Придурок… Идиотка. — последнее это себе.
Тяжело дыша, Элинор растирает кончиками пальцев пульсирующие виски. Хочется разрыдаться от досады. Мигрень вернулась, а всему виной нестабильное эмоциональное состояние. Хотя кто может ее упрекнуть в том, что ее качает из стороны в сторону?
После провальной истерики и достойного ухода мужа, Лин больше не притрагивается к завтраку. Весь аппетит испортил своими пошлыми намеками, а ведь так все хорошо начиналось! Возможно, это и был своего рода комплемент с его стороны, но только сегодняшняя Элинор Хант к таким не привыкла. Черт, омлет объедение, а кусок в горло не лезет. Тошно от самой себя, своей несдержанности и всей ситуации в целом. Чем дальше в лес, тем больше дров.
Кажется, она задохнется, если останется здесь, наедине с НИМ еще хотя бы на час. Нужно выбраться из этой стеклянной коробки. Вдохнуть влажный ветер, подставить лицо дождю. Остыть, развеяться, протрезветь.
Поехать в город, поговорить с Келли.
Но для этого ей как минимум нужна машина, а она понятия не имеет, есть ли автомобиль у «новой» Элинор Хант, а проверка огромного количества сумочек на наличие ключей убьет у нее не меньше часа времени.
Вымыв посуду и прибрав на кухне, она уверенно поднимается в кабинет мужа. Он ожидаемо сидит за большим столом из натурального дерева и сосредоточенно гипнотизирует монитор ноутбука, одновременно с кем-то переговариваясь через гарнитуру. Самоуверенный и спокойный, как удав в гребаных пижонских очках. И даже пиджак напялил для пущей важности. Чтоб ему провалить совещание или что там…
— Успокоилась? — Крис прерывает ее кровожадные мысли с невозмутимой улыбкой. — Я перезвоню, — быстро закончив разговор, он снимает гарнитуру и выжидающе смотрит через стеклянные линзы на застывшую посреди кабинета супругу. — Присядешь? — спрашивает, не дождавшись какой-либо реакции.
Элинор не успевает скрыть свое удивление. У нее не получается так быстро и виртуозно менять маски, как это делает Кристофер. Кабинет мужа всегда был закрытой зоной для нее. Крис не любил, когда вторгались в его личное пространство, и если он работал дома, Лин не беспокоила его, пока он сам не просил ее о чем-нибудь, что случалось крайне и крайне редко. Но, видимо, очень многие ее воспоминания не имеют никого отношения к реальному положению вещей. Например, те же очки. Она точно знает, что у Кристофера никогда не было проблем со зрением.
Вздернув подбородок, Элинор смело двигается вперед и, расправив плечи, присаживается в кресло напротив. Глядя в его холодные, как штормовое море, глаза, она вдруг понимает, почему Кристофер выбрал именно этот дом.
Одинокий, холодный, вроде бы и на возвышении, но в тоже время вдали от людских глаз. Закрытый, неприступный, не похожий ни на одно другое здание. Уникальный проект.
Крис так светился рассказывая, что ему удалось выкупить дом, опередив других кандидатов. И как ей раньше это не пришло в голову? Они же созданы друг для друга. Минимум декора, выразительная четкость линий, максимальная практичность. Острые углы и все оттенки алюминия, стали и серебра в одном гигантском ледяном кристалле. Удивительно, что она, Лин, влюбилась в необычный особняк с первого взгляда… или, быть может, с первого взгляда она интуитивно узнала в стеклянных стенах характер своего мужа?