Без права на тебя (СИ)
– Дым – тот, кто мне нужен, – твердо заявляю. И за эти слова я готова ответить перед кем угодно.
– Ты не сказала, что любишь его, – кажется, что Кир видит меня насквозь.
Я теряюсь с ответом, но он и не требуется – звучат аккорды, и мое сердце замирает, чтобы с первыми словами куплета забиться с новой силой. Выдерживаю ровно две песни, а потом срываюсь домой. Не понимаю, что тому виной: то ли непривычно пристальный взгляд Кирилла, то ли слова песен, которые он выбирал, то ли те чувства, что начинают расцветать во мне каждый раз, как я остаюсь с ним наедине.
«Прости» – пишу Кириллу и вношу его номер в черный список. Отвечаю на сообщения Лехи и растягиваю переписку как только могу. В голове настоящий сумбур, но общение с Дымом потихоньку вытягивает меня, направляет в нужное русло.
Всю следующую неделю с Киром я не вижусь. В разговорах Лешка упоминает о друге, но каждый раз я делаю все возможное, чтобы не развивать тему. С ребятами мы видимся несколько раз: ходим в кино и ездим на шашлыки. Но Кирилл не объявляется и тогда. Не могу сказать, случайность ли это или же он намеренно не желает со мной пересекаться. Я знаю, что у него совсем скоро отпуск, который он проведет с женой далеко отсюда, и в каком-то смысле даже поторапливаю время. Почему-то кажется, что мне станет легче, когда он уедет, и вероятность нашей случайной встречи устремится к заветному нулю.
Этот вечер я сижу дома. Лешка снова помогает родителям на даче, и единственное место, куда я решаюсь выйти – это соседний магазин. В холодильнике шаром покати, а ужинать чем-то надо, да и у Пушка корма в обрез осталось. В супермаркете сталкиваюсь нос к носу с Кириллом возле полки с чипсами. Растерянно глазеем друг на друга, сосед отмирает первым. Здоровается и спрашивает, как дела.
– Спасибо, хорошо, – я начинаю часто дышать от волнения и совсем не знаю, как скрыть это. – А у тебя?
– Не знаю, – он жмет плечами и продолжает: – Я в отпуске, завтра уезжаю к Кате.
– Как она? – не могу не спросить про девушку с мудрыми, лучистыми глазами. Наша с ней встреча не была долгой, но этого хватило, чтобы кардинально переменить мое мышление. И я еще смела ночами мечтать о ее муже? Наверное, хуже меня не сыскать человека во всем городе, и свои страдания я вполне заслужила…
– По-разному. С ее болезнью остается только одно – верить в лучший исход. Давай помогу донести пакеты, – столь резкий переход сбивает с толку, и я не успеваю подумать, закрыться броней и соглашаюсь на предложение. Да и что такого может случиться за пятиминутную прогулку?
Продуктов я купила не так много, поэтому пакет совсем не тяжелый, а идти нам с Кириллом все равно в одну сторону. По пути в основном молчим. Пустой треп ни одного из нас не интересует, а обсуждать то, что происходит между нами, особого смысла нет. Вряд ли мы придем к чему-то более конструктивному, чем взаимное избегание. Когда подходим к подъезду, взгляд натыкается на до боли знакомый внедорожник. Я сбиваюсь с шага и неверяще смотрю на передний бампер машины. Номера моего родного города режут, будто скальпелем, и словно в замедленной съемке я вижу, как дверь с водительской стороны открывается.
– Яна, – зовет меня человек из прошлой жизни. Ускоряю шаг, надеясь проскочить мимо и скрыться в подъезде, но Игорь перерезает мне путь и хватает за руку. – Подожди, Яна, давай поговорим, – глаза, в которых я столько раз ловила свое отражение, смотрят с мольбой. В них нет ни капли вины или сожаления, ни капли того отчаяния и растерянности, что довелось испытать мне.
– Нам не о чем говорить, – я дергаю рукой, но бывший жених не отпускает.
– В чем дело? – к нам подходит Кирилл и принимается сверлить тяжелым взглядом Игоря.
– Не твоего ума дело, – огрызается тот. – Мы с моей невестой без свидетелей разберемся, – нагло заявляет Игорь, а у меня от возмущения дыхание перехватывает.
– У женатого человека не может быть никакой невесты, – цежу. – Ему жена и теща не разрешают.
– Зачем ты так? – мой бывший принимает вид побитой собаки. И если раньше это со мной работало, то сейчас я выдергиваю руку и не чувствую ни капли симпатии к человеку, стоящему напротив. – Я подал на развод, когда узнал, что у нас с тобой будет ребенок – твоя мама мне сразу сказала. Жена за семь лет так и не смогла забеременеть…
– И ты искал ту дуру, которая бы сделала это вместо нее? – я чувствую крайнее удивление Кирилла, но меня уже несет, и в данный момент мне все равно, что подумает мой кумир, узнав всю мою черную подноготную. – Кто первая залетит, ту и выберешь, да? И сколько нас таких у тебя было?
– Яна, давай не при всех, – Игорь морщится и пытается меня остановить.
– А что так? Стесняешься? Любовниц заводить не стеснялся, а тут вдруг заробел. Да тут все свои, городок-то маленький. Вот Кирилл, например, мой сосед, добрейшей души человек…
– Думаю, вам, Игорь, лучше уехать, – перебивает меня Кир, пока я еще чего-нибудь не ляпнула, и ощутимо наступает на кроссовок.
– Не надо за меня думать! – Игорь срывается на крик. – Надо оставить меня и мою девушку наедине и дать нам возможность разобраться! Вообще-то она носит под сердцем МОЕГО ребенка. Яна, – устало зовет он, – садись в машину, пожалуйста, давай поговорим. Не было никаких других женщин, и с женой я давно уже жил как сосед. Нас и держала-то вместе квартира, да дача. Да, не сказал тебе сразу, что женат, признаю, дурак. Думал, разведусь по-тихому, и ты ничего не узнаешь. Прости меня? Я знаю, что задержался, но не хотел к тебе ехать, пока все документы на развод не оформил, – Игорь смотрит с надеждой, возможно в нем есть еще и любовь, но его чувства я щадить не собираюсь. Только не после того, что пережила по его прихоти. Или неосторожности.
– Нет никакого ребенка, – хриплю я и внимательно смотрю в его глаза. Хочу, как самый больной на голову палач, увидеть и вкусить все эмоции до единой. Хочу убить его морально и насладиться своей жестокостью.
Глава 17
– Не верю, – мотает он головой, но толика сомнения уже пробивается в его взгляде, в тоне его голоса. – Твоя мать не могла соврать мне. Да и фотографии твоей медицинской карты я видел.
– Ребенок был, – с ледяным спокойствием поясняю я и складываю руки н агруди. – Но это не значит, что и сейчас он есть.
– Что? – выдыхает Игорь. Его губы кривятся, а на лице – печать непонимания.
– Я больше не беременна от тебя, Игорь, – добиваю. – Не будет у тебя никакого ребенка. Во всяком случае, не от меня. Так что зря ты с женой разводился.
– Ах ты, паскуда! – он захлебывается гневом и вдруг бросается на меня.
А я и не думаю защищаться. Я хохочу, как ненормальная, наслаждаюсь его падением и своей победой и хохочу. Даже тогда, когда руки некогда любимого человека смыкаются на моей шее, даже тогда, когда мы с ним валимся на асфальт. Я хохочу, задыхаясь, и никак не могу остановиться. Мой больной смех переходит в надсадный кашель, и тут чужие руки оставляют мое горло. Я делаю судорожный вдох и вижу, как Кирилл вколачивает кулаки в лицо Игоря, который уже лежит на спине. Удары мощные и страшные, но жалости я не испытываю.
Не знаю, как долго это длится, все вокруг как в тумане. Бездумно сижу на асфальте, пока не подходит Кирилл и не уводит меня. Пакет с продуктами так и остается лежать на тротуаре. В молчании поднимаемся на четвертый этаж и заходим на наш балкон. Ноги больше не держат, поэтому я сползаю по стене на пол. Кирилл устраивается рядом, кладет руки на согнутые колени. На его костяшках кровь, не знаю, чья, но отторжения это не вызывает. Я без спроса кладу голову ему на плечо и прикрываю глаза. Чувствую, как сквозь ресницы начинают просачиваться слезы. Сначала тихонько, а потом все больше и больше, пока тихий плач не перерастает в натуральную истерику. Тогда Кир пересаживает меня к себе на колени, обнимает и позволяет плакать столько, сколько мне нужно.
– Я не знала, что он женат, – шепчу, когда слезы подходят к концу, а все тело перестает сотрясать от выходящих наружу эмоций. – Даже подозрений никогда не возникало.