Драконова Академия. Книга 4 (СИ)

— Вы, главное, не откладывайте, — попросила Соня. — Я очень не хочу, чтобы эта Ленор опять влезла в твое сознание и рулила.
— Вообще-то, первой в ее тело влезла я, — заметила я.
— Может быть, но не по своей воле. И только не говори, что ты сейчас считаешь себя перед ней виноватой! Ты об этом не просила, и вообще, выжила там, где ее бы уже перемололо в труху!
Я кивнула.
— Займемся, Сонь. Обязательно займемся. Валентайн и так делает для меня все… а особенно сейчас.
Весть о том, что произошло с Лэйтором, не минула и Академию, разумеется. Эта новость перебила и новость о свадьбе Сони с Сезаром и о том, что с моих, тьфу с родителей Ленор, сняты все обвинения. В каком-то смысле я была даже этому рада, надоело постоянно находиться на передовой всеобщего внимания.
Что же касается Валентайна, он действительно делал для меня все. И не просто делал, но и объяснял: в частности, свое требование ходить порталами исключительно с ним. Оказывается, благодаря тому что пространство во время открытия портала нестабильно, в это можно вмешаться через слои Загранья и выдернуть меня прямиком в Мертвые земли. Да, это требует колоссальных усилий и отнимает безумно, нерационально много магии, вплоть до серьезного истощения, но, тем не менее, для темных такое реально. Я попыталась возразить, что если бы его отец хотел меня похитить, я бы уже была там, и он даже с этим согласился. Но еще он добавил, что Лэйтор — это первый серьезный ход Адергайна, а значит, пока он не придумает, как защитить меня во время перемещений и в принципе, будет везде меня сопровождать.
Я не стала спорить дальше, потому что понимала, что дело действительно серьезное.
А еще, потому что, несмотря на все, я чувствовала вину.
За то, что позволила Ленор провернуть все это. За то, что банально заснула, хотя знала, чем мне это грозит. О таком подумать не могла, разумеется, но это не отменяло того, что я расслабилась. Слишком расслабилась, и вот — получите, распишитесь.
— Я рада, что между нами все снова как прежде, — Соня накрыла мою руку своей.
Я улыбнулась.
Хотя и понимала, что, как бы мне этого ни хотелось, как прежде уже ничего не будет.
— Пойдем на консультацию?
— Пойдем, — подруга вскочила. — Я, если честно, совершенно не готова к экзаменам…
— Ты из тех, кто говорит, что не готов, а потом все сдает на отлично, — фыркнула я.
— Я серьезно! — обиделась Соня.
— Ладно, ладно. Хорошо.
— Позанимаемся сегодня вместе?
— Не вопрос.
Мы вместе зашагали к главному корпусу, а я улыбалась, когда думала о том, что в плане экзаменов Соня все-таки паникерша. Она каждый раз считает, что ничего не знает, а потом все отлично сдает. Так было с ЕГЭ, да и ОГЭ, со всеми зачетами и контрольными. Вот правда. Мне же зачастую казалось, что я все хорошо выучила, но тут попадался какой-то каверзный вопрос или каверзный вариант в тесте… Не то чтобы я боялась все завалить, но первые магические экзамены — это вам не шнурки на новых кроссовках завязывать. Поэтому при мыслях о них меня все же слегка потряхивало.
Равно как и при мысли о том, что я скажу Ленор, когда буду с ней разговаривать, и сделать это нужно как можно скорее и не откладывая. А именно — прямо сегодня.
  
Глава 4
 
Проставив допуск к экзаменам на виритты, мы с Соней занимались несколько часов, после чего она все-таки ушла порталом домой, а я осталась ждать Валентайна. Он сообщил, что задержится, пообещал, что все расскажет дома, а я пожелала ему удачи и пошла устраивать сеанс связи с Ленор. Как с ней связаться, я пока представляла смутно: как и, на самом деле, тот факт, стоит ли с ней вообще связываться. Правильный ответ — нет, но надо, поэтому я уселась на кровать, закрыла глаза и принялась ждать. Всякий раз это получалось либо внезапно, через сон-полудрему, либо в экстремальных ситуациях, сейчас же я хотела установить эту связь осознанно. И для начала высказать ей все, что я о ней думаю, а потом…
— А потом ты выслушаешь мои условия. Точнее, давай так, — ехидный голос Ленор в моей голове прозвучал, как крайняя степень безумия. — Сначала ты выслушаешь мои условия, Ле-на-а-а-а.
 
Мое имя она опять протянула с ненавистью, но тут уже я ей сама не уступала.
— Ты вообще в курсе, что ты натворила?! — мысленно рявкнула я.
И снова оказалась в комнате, где впервые с ней «повстречалась». То есть дома у Макса.
Ее лицо просто надо было видеть! Сложив руки на груди, она рассматривала меня с таким нескрываемым превосходством, как могла бы смотреть недалекая королева на нищенку у ее ног. При этом она еще была в том самом платье, и, хотя я и понимала, что это все игры подсознания, точнее, наших двух сознаний, меня просто передернуло!
— Понравилось чувствовать, что тобой распоряжаются, как куклой? — осведомилась Ленор.
— Ты совсем дура, да? — я шагнула к ней. — Или тебе вообще без разницы, кого трахал Люциан? Без разницы, что он трахал меня?!
Ее лицо исказилось от ненависти.
— Нет! — прошипела она. — Нет, мне-то как раз есть разница! Еще мне есть разница, что с ним будет. Мне есть дело до него! Поэтому мне было плевать, как заставить его остаться. Пусть даже пришлось притвориться тобой, только чтобы он не пошел в гарнизон — ты хоть понимаешь, как там опасно, на границе?!
Что? Она мне еще сейчас втирать будет, что потрахалась с ним, чтобы он не ушел и не подвергал свою жизнь опасности?!
— Ну тогда ты в курсе, что твой маневр не сработал.
Соня рассказала, что пыталась связаться с Люцианом утром, сразу после их разговора, но ей сообщили, что он ушел в гарнизон и отключил виритта.
— В курсе! Потому что ты все испортила! — рявкнула Ленор. — Ты… недалекая… жалкая… думающая только о себе!
Это я-то думаю только о себе?!
— Курица! — рявкнула я, бросаясь на нее.
Вот если так подумать, оттаскать сознание этой девицы за ее ментальные волосы — это ж какая практика для психиатра, но в тот момент было плевать. Разумеется, за волосы ее я схватить не смогла, равно как и она меня, пусть даже попытки были хорошие. Похватав воздух вокруг и сквозь друг друга, мысленно покусав друг друга за все, до чего можно дотянуться, в итоге мы застыли лицом к лицу, похожие как две капли воды, взъерошенные, яростные и одинаково злые. Честно говоря, я пыталась справиться с чувствами, чтобы хоть немного мыслить здраво, но сейчас получалось относительно. Как вспоминала, что она вообще устроила…
— А знаешь что, Лена? — язвительно протянула она. — Похоже, у тебя нет другого выхода кроме как сесть со мной за стол переговоров.
— Если бы я знала, как уронить тебе на голову стол переговоров, я бы это сделала, — мило улыбнувшись сообщила я. — С идиотами договариваться — себе дороже.
— Да нет, — ухмыльнулась Ленор. — Дороже как раз не договариваться. А знаешь, почему? Потому что ты меня совершенно не чувствуешь. Ты не слышишь моих мыслей и не представляешь, что я сделаю в следующий момент, а я… о, я, Лена, знаю о тебе абсолютно все!
Собиравшаяся уже послать ее по известному адресу, я осеклась. Потому что поняла: то, что она говорит, правда. Еще тогда, во время нашей первой встречи Ленор сообщила мне, что видит и чувствует все, что чувствую я. Что она постоянно, вместе со мной, проживает каждое мгновение моей жизни, а значит, она в курсе всего. А значит…
— И что ты собираешься делать? — поинтересовалась я. — Расскажешь всем, что я попаданка? Разрушишь мою жизнь, а заодно и свою?
Ленор покачала головой.
— Нет. Я же не дура.
Вот тут сомневаюсь.
«Услышав» мои мысли, она нахмурилась и выплюнула зло:
— Зато я могу рассказать всем про твою подружку. Хотя… это было бы слишком мелко! Дай-ка подумать… о! Вот! Когда-нибудь, когда ты снова внезапно отключишься — а с наибольшей вероятностью, этой же ночью, — она улыбнулась, — потому что я с каждым днем становлюсь сильнее и могу выходить, я проснусь вместо тебя. Трогательно разбужу твоего Валентайна и не менее трогательно ему все расскажу!