Хозяйка приюта Дрэгонвилль (СИ)

Этой ночью я спала в комнате девочек. И впервые за долгое время увидела сон. Незнакомый мужской голос снова манил меня. Манил к стене. А я так надеялась, что эти видения в прошлом. Однако сейчас все было четче и ярче, как будто происходило в реальности. Да и слова, сказанные духом, обрели смысл.
— Пора… — прошептал он. — Теперь или никогда.
Я резко вскочила на постели, буквально подпрыгнула. Сонно осмотрела девочек: все спали, кроме Милы. Ее постель опустела.
«Только этого не хватало», — подумала я.
Однажды Миле было видение обо мне и стене. И то вовсе не совпадение. Теперь я знала это наверняка.
Искать Милу пришлось недолго. В ночной сорочке, босая, она встретила меня в коридоре. Мой маленький Совенок нещадно зевал, а ее взгляд был затуманен, как будто девочка пребывала сейчас в другой реальности. Она улыбнулась, но как будто не увидела, а почувствовала меня.
— Тебе пора, мама, — повторила слова духа. — Помоги… Помоги всем нам.
Сказав это, она пошатнулась. Я успела подхватить ее на руки до того, как она упала на пол.
— Что случилось?.. — Мила, наконец, проснулась полностью. Ее четкий взгляд сфокусировался на моем лице. — Почему мы в коридоре?
— Все хорошо, милая, — проговорила я, хотя сердце замирало от предчувствий. — Я отнесу тебя в постель.
Малышка согласно кивнула и закрыла глаза, снова зевнув. Оказавшись в кровати, она свернулась калачиком и, кажется, тут же провалилась обратно в сон. Я укрыла ее одеялом и снова вышла в коридор. Чуть ли не бегом спустилась на первый этаж и уже там активировала заклинание.
Портал перенес меня к стене. Той, что разделила одни дружный мир на два враждующих. Не могу сказать с точностью, откуда во мне взялась уверенность, но я точно знала, что должна быть здесь и сейчас. Не доверяла призраку, но не мгла не прислушаться к словам Милы, нашей маленькой провидицы. Была уверена — это моя последняя и главная битва.
— Где ты?! — крикнула, усилив голос магией. Стянула с головы косынку и, вынув заколки, распустила волосы. — Я пришла.
Сделала два глубоких вдоха и сжала кулаки, набираясь решимости. Шагнула в стену, не позволив себе закрыть глаза.
Внутри было туманно и холодно. Озноб пробежался вдоль позвоночника, но не заставил сойти с пути. Ну, уж нет, только не теперь. Моя цель близка. Верила в это всей душой.
— Я здесь! — крикнула снова.
Осмотрелась по сторонам. Прищурилась, всматриваясь в туманную мглу. Ее клубы зашевелились, как будто ожили. Пространство рядом со мной пришло в движение, и то, что прежде было туманом, начало принимать четкие очертания. Мои ногти непроизвольно впились в ладони. Эта слабая боль позволяла убедиться, что все это не сон и не видение. Тот, кого вижу сейчас, реален.
— Макий?.. — спросила осторожно.
Он был одновременно тем, каким помнил его Светлый мир. И тем, каким запомнил его мир драконов. Черты лица старца менялись, то пугая, то заставляя пожалеть старца. Он выглядел изможденным и невероятно усталым.
— Ты узнала меня… — Голос был тем самым, что являлся ко мне во снах. — Я так долго ждал тебя.
Еще не зная точно, что произошло много лет назад, я предположила, что каким-то неведомым образом Макий стал узником стены.
— Как ты оказался здесь? — спросила, не решаясь прикоснуться к старцу. — Почему?
— Ох, светлая… — вздохнул он, с трепетом глядя на мои волосы. На несколько минут его лицо перестало преображаться. На нем застыло усталое, но доброе выражение. — Я столько всего натворил…
Он сокрушенно покачал головой. И вдруг съежился, как будто его тело скрутило сильнейшей судорогой.
— С каждым днем он становится сильнее, — выдохнул Макий, с трудом распрямляясь. — Пожирает меня и все прекрасное, что есть вокруг. Он не успокоится, пока не поглотит добро.
— Кто «он»? — требовательно спросила я.
— Демон… — охнул Макий. — Я призвал его… И уже много столетий жалею об этом.
— Призвал для чего? — Каждое слово, каждую фразу приходилось вытягивать из старца чуть ли не клещами.
— Драконы, ох… — Он схватился за грудь обеими руками, как будто надеясь вырвать из нее то, что разъедало его изнутри. — Я ошибочно думал, что они мешают Светлому миру развиваться. Но оказался не прав. Я хотел лишь сделать так, чтобы они жили своей жизнью и не лезли к людям. Но демон имел свои планы. Моя злоба и ненависть подпитали его. И все же не настолько, чтобы уничтожить мир полностью. Его хватило только на создание стены, его вотчины, в которой он живет. Питается враждой и взращивает ее во всех, кто его окружает. Редко в ком из людей и драконов нет ненависти и презрения друг к другу. Только избранные могли миновать демона и при этом не возненавидеть Свет. Такие, как ты, Дарья.
 
Я всегда знала, что со стеной не все чисто. Но демон?!
— Как его уничтожить? — спросила прямо.
Оглянулась, надеясь увидеть того, кто породил столько ненависти и жестокости. Кто питался светлыми чувствами людей и драконов, заставляя их ненавидеть друг друга.
— Великое зло может победить только величайшее добро, — предрек Макий. — Нет ничего сильнее материнской любви. Демон во мне, он рвется наружу. Убей меня!
— Но… — мои руки дрогнули. Убить того, кто и так страдает много лет? — Я не могу.
— Освободи!.. — взмолился Макий, упав на колени. — У меня нет сил сдерживать его. Не дай ему погубить все.
Макий потянул руки к моим волосам. Я опустилась на колени рядом с ним и обняла. Он был холоден, точно вечная мерзлота, но это не остановило меня. Распущенные волосы окутали нас обоих призрачным покрывалом. Я закрыла глаза и застонала.
Во мне начали пробуждаться сомнения.
То, что терзало меня прежде, теперь усилилось многократно. Как будто кто-то извне нарочно напоминал обо всех неудачах и горестях прошлого. То, как ненавидела я бывшего предателя-мужа. Как желала смерти извергу Лерану. Как хотела отомстить Эркальдо Фаросу.
— Но я простила их!.. — шепнула вслух. — Они сами наказали себя сильнее, чем это сделал бы кто-то другой.
Отмела в сторону гадкие мысли и подумала о том, что действительно важно. О Карле, доказавшем, что даже дракон может быть настоящим мужчиной. О детях, которых преданно люблю всем сердцем. Как будто наяву почувствовала, как больше десятка детских рук обнимают меня, придавая сил.
Волосы засветились так ярко, что туман отступил. Макий потеплел, как будто в мгновение ожил. Он поднял на меня взгляд — на его губах играла победная улыбка. А после призрак начал таять на глазах. За несколько секунд он растворился, и я поняла, что обнимаю воздух.
И тут все закружилось, завертелось. Как будто пространство сошло с ума. Меня дернуло сначала вправо, потом влево. Напрасно я пыталась обратиться к магии, она иссякла, как и предсказывала Мила. Я полетела вниз и потеряла сознание, так и не успев понять, куда именно меня понесло.
***
Очнулась, дернулась и поморгала, прогоняя мутную пелену, застлавшую глаза. Только бы не вернулась в свой мир, только не обратно. Это был бы мой самый страшный сбывшийся кошмар.
― Все хорошо, любимая, я с тобой, ― произнес мягкий голос Карла. Сильные нежные руки обнимали меня, как величайшую драгоценность. ― Я тебя держу.
― Все еще здесь… ― улыбнулась счастливо. ― С тобой.
Повернула голову и поняла, что стены нет. Даже следа на земле не осталось. Макий, пусть и не был святым, пожертвовал жизнью, исправляя собственную ошибку.
Но это не значит, что драконы и люди примирятся тотчас. На это уйдет немало времени. Но есть один важный момент: подданные Карла больше не будут сходить с ума, преодолевая барьер. И в людях Светлого мира будет больше добра и терпения. Да, на них тоже действовал древний демон, только не так, как на драконов. Конечно, внутренние предрассудки еще останутся. Но я надеялась и верила: такие мудрые правители, как Карл и Актеон, сумеют свести вражду на нет.