Хозяйка приюта Дрэгонвилль (СИ)

За его спиной неровной стайкой ступали драконята, озираясь вокруг. Но стоило им увидеть детей из приюта, как все внимание сосредоточилось на них. Особенно выделились мальчишки, отправляя друг другу такие взгляды, что в воздухе запало проблемами.
— Прекратить! — рыкнул на своих Карл, обернувшись. А потом уже нам: — Добрый день. Простите, что прибыли немного раньше назначенного времени.
На его властный поклон Авила, Синта и даже Люсия отреагировали книксеном. А я не успела. Карл приблизился и поцеловал мою руку, одарив такой завораживающей улыбкой, что ноги мои в момент стали ватными.
— Дарья, ты как всегда прекрасна, — восхищенно произнес Карл. — Мне так не терпелось встретиться, что я торопил детей как мог.
Ах вот, значит, из-за чего они прибыли раньше. Мне стало немного неловко. И вообще, на этого дракона у меня слишком бурная реакция, которая, признаться, постоянно мешает мыслить разумно и оставаться деловой жениной, хозяйкой приюта.
— Я тоже рада тебя видеть, — ограничилась скромным замечанием.
Все же рядом дети. Да и матери Люсии, и без того пребывающей на грани обморока, лучше не знать, что повелитель драконов решил, будто я — его избранная. — Добро пожаловать в приют Дрэгонвилль.
— Вижу, все уже в сборе, — заметил Карл, бросив оценивающий взгляд на детей Светлого мира.
Я услышала чей-то восторженный вздох. Кажется, это Мила с Софи едва не потеряли сознание, впервые увидев повелителя драконов. Что ж, не удивлена. На такого мужчину, как Карл, подобным образом реагируют все женщины от мала до велика.
— Позвольте представить вам наших воспитанников, — улыбнулась я и поманила детей. — Софи, Мила, Маклин, Лусин и Камилл.
Дети выходили по очереди. Они явно были смущены и слегка испуганны. Даже проказник Камилл настолько впечатлился появлением повелителя, что, забыв о своей нелюбви к драконам, рассматривал его с нескрываемым восхищением.
— А это мои воспитанники, которых я с благодарностью и некоторым облегчением передаю в твои руки, Дарья, — произнёс Карл. — Аркадия, Мик, Кемран и Амир. А с Максимом вы все, насколько знаю, уже знакомы.
К нему дети Светлого мира отнеслись дружелюбно, чего не скажешь о других драконятах. Те слишком отличались от человеческих детей внешне, хотя и не умели обращаться в драконов.
Аркадия с лиловыми глазами и коротко стрижеными волосами была очень худенькой и маленькой, что не мешало ей обладать вздорным нравом. Лишь немногие, включая меня, знали, что за образом надменной драконицы скрывается испуганная и очень одинокая девочка. Вот и сейчас она состроила такую надменную гримасу, что Софи и Мила тотчас нахмурились.
Волосы Мика, необычайно зеленые и густые, его главное достоинство как дракона, стали главной проблемой для человека. Плюс длинные ноги и округлые желтые глаза…
Маклин толкнул плечом стоящего рядом Камилла и тихо шепнул:
— Глянь, какой кузнечик…
Это было уже слишком. Мик и без того довольно застенчивый мальчик, а тут такое при первом знакомстве… Пришлось вмешаться. Немного магии, и Маклин с Камиллом сами превратились в кузнечиков. Сначала испуганно переглянулись, а после потупились, признав вину. А я отправила полный раскаяния взгляд Карлу.
— Это ненадолго, — поговорила и для него, но больше для наказанных мальчиков.
— Я всегда знал, что ты единственная, кто знает правильные подходы к детям, — поддержал повелитель драконов. — И ни в коем случае не осуждаю твои методы, Дарья.
Последними Карл представил Кемрана и Амира, двух родных братьев альбиносов. Светлые волосы, полупрозрачная кожа и красные глаза делали их похожими на призраков. Зато по характеру оба были веселыми и очень дружелюбными, так что даже мальчишки из приюта святого Макия не нашли к чему придраться (особенно помня о прошлом наказании).
— А вот и Максим, — довольно проговорил Карл, подталкивая вперед малыша со светлыми кудрявыми волосами и небесно-голубыми глазами. Его бы никто не уличил в связи с драконами, если не одно но…
— Тебе мы действительно рады! — воскликнул, не подумав, Лусин. Шагнул вперед и протянул руку для рукопожатия.
 
Но Максимка не ответил на приветствие.
— Постойте… — проговорил он немного расстроенно и смущенно. — Прежде чем продолжить дружбу… Вы должны увидеть меня настоящим. Я скрывал от вас кое-что… мне пришлось. Но теперь могу… Можно, мама?
— Нужно, милый, — поддержала я.
  
Глава 3
 
Максимка начал трансформацию. И вот перед ошалевшими детьми из приюта предстал серо-коричневый плотненький дракончик. У него уже начала пробиваться чешуя, скрыв шрамы прошлых обид и терзаний.
— Вот такой я на самом деле, — произнес Максимка, как будто извиняясь, и пошевелил хвостом. Глаза его остались небесно-голубыми, человеческими. Ими он умоляюще посмотрел на друзей. — Вы готовы принять меня таким?
Маклин и Камилл нервно переглянулись. Мила сделала шаг назад и опустила голову. Лусин остался стоять на месте, но взволновано сглотнул, рассматривая маленького дракона. И только Софи решилась подойти и положить маленькую ладошку на мордочку дракона.
— Ой, какой шершавый нос… — хихикнула она. — Ты красивый. И теплый.
Девочка покраснела и отдернула руку. Принялась застенчиво теребить подол нового розового платья.
— Она всегда была неравнодушна к драконам, — тихо вздохнул Маклин.
— Девчонка, что с нее взять, — пожал плечами Камилл.
На этот раз я не стала упрекать мальчишек. Их реакция была естественной, учитывая все то, что им так долго вбивали в головы представители ордена Света и священнослужители. Детям с детства говорили, как коварны и опасны драконы. Что их следует бояться и остерегаться.
— Он все еще тот мальчик, с которым вы играли во дворе приюта святого Макия, — напомнила я. — Все еще тот, кто нуждается в вашей дружбе и поддержке. То, что он выглядит иначе, не делает его чудовищем.
Кемран, Амир, Мик и Аркадия смотрели на Максимку с восхищением. Он был единственным из них, кто мог оборачиваться. Им, рожденным на стороне драконов, такое изменение внешности казалось делом обычным и в то же время прекрасным.
Максимка дрожал, как в тот день, когда я впервые увидела его. Тогда он сам считал себя чудовищем и готовился к смерти, ведь я, адептка академии Света, была послана к нему именно с этой целью. Но я не заметила ни толстой кожи дракона, ни его острых зубов. И тогда, и сейчас видела перед собой лишь запуганного ребенка, которого убедили в том, что он не достоин быть просто ребенком. Теперь прежние страхи вернулись к Максимке. От того, примут ли его прежние друзья в новом образе, зависело очень многое.
— Ну же, — попросила я детей. — Неужели Софи самая смелая из вас? Неужели только она видит больше, чем остальные? Неважно, какая у нас внешность, главное сокрыто внутри нас. Наша душа — самое главное.
Уж мне-то как никому это известно. Заняв чужое тело, я при этом не стала другой, не изменилась внутренне. И что самое удивительное, только повелитель драконов Карл понял это. Буквально с первого взгляда… Или со второго. За что я ему до сих пор более чем признательна. Благодаря ему мне больше нет нужды скрывать то, что я прибыла из другого мира. И я могу называться собственным именем, данным при рождении. Потому я прекрасно понимала чувства Максимки, отчаянно нуждающегося в признании.
— Мне все равно, дракон ты или нет, — бойко проговорил Лусин и подошел к дракончику. Подмигнул ему, но прикоснуться пока не решился. — Я знаю, что тебе пришлось многое перенести за право оставаться собой. И это многого стоит. Я с тобой, друг.
На глаза Максимке навернулись слезы, и он смахнул их кончиком хвоста.
— Спасибо, — пробормотал благодарно.