Целитель 8 (СИ)
- Это я от удовольствия, - мне удалось справиться со смущением.
«Имею право!» - подумал с вызовом. Спасибо, конечно, товарищам иудеям – они через Эфиопию перетаскали берберам горы старого оружия, и нашего, и своего. И пошла потеха…
Марокканцев как вымело из САДР! А израильтяне, под крышей «Союзфосфора», роются на месторождении Бу-Краа… Прижмут берберы «братского вождя» Каддафи – и потянутся в Хайфу танкеры. Всё по-честному, как Настя выражается. Союзу ССР - военно-политические дивиденды, Израилю – экономические. А нам и своих ресурсов хватает…
- Юрий Владимирович, - решился я перевести разговор на другую тему, - а что слышно о моих девчонках? Не обижают их там?
- Да они сами кого хочешь, обидят! – рассмеялся президент. – Дроздов буквально вчера связывался, а до этого Добрынин звонил. Всё там в порядке. Светлана лечит… э-э… принимающую сторону, наезжая в Бостон – это там Гарвард, да? А Наталья через день пропадает в каком-то МИТе…
- Массачусетский технологический, - кивнул я. – Вроде нашей «Бауманки». Ну, и хорошо.
Заглянув в беседку, оплетенную вьюном, мы двинулись обратно по другой аллее, закатанной в серый асфальт, кое-где тронутый трещинами.
- А с Афганистаном вы не ошиблись, Миша, - задумчиво вымолвил Юрий Владимирович. – Я, признаться, до последнего не верил, что халькисты решатся на дворцовый переворот. В апреле мы едва успели предупредить Дауда, а летом… Да вы читали, наверное!
Мне оставалось только кивнуть, соглашаясь. Андропов не дал увести себя от темы. Ну, и ладно. Интересуетесь мнением советского человека? Нате.
- Меня сейчас больше Китай беспокоит, - признался я, стряхивая с волос упавшую хвоинку. – Американцы не выносят русского медведя, их корчит от усиления СССР, но они готовы прикармливать китайского дракона – у нас под боком. Мао давно заигрывал со Штатами, даже шоу на Даманском устроил, лишь бы понравиться дяде Сэму. А теперь «Поднебесной» дали зеленый свет, чтобы росла, жирела – и однажды отведала медвежатинки…
- Да, я помню, - медленно проговорил президент. – Вы об этом писали в одном из своих… э-э… писем. О Дэн Сяопине, о негласном лозунге КПК: «Наша цель – капитализм!» И… Да, о военном конфликте Китая с Вьетнамом. Хм… Миша, а вам не кажется, что присутствие нашего флота на базе Камрань может смешать планы НОАК?
- Вполне возможно, Юрий Владимирович, - согласился я. – Вообще, мне кажется, что даже прокси-войн стоит избегать. Если только США не затеют что-нибудь серьезное против наших союзников, вроде заварушки во Вьетнаме, как в прошлом, или в Ираке, как в будущем. Нет, с американцами мямлить нельзя, надо сразу хук слева, и прямым в челюсть! Но сейчас, когда Пекин нищ, а Москва богатеет, появляется уникальный шанс нажиться на китайском экономическом чуде. Хотя… Чего там чудесного? Фокус прост – граждане КНР будут пахать без выходных за миску риса. А мы обеспечим их нефтью, газом, углем – и технологиями. Только пусть заплатят настоящую цену!
- Чтобы попали в зависимость от нас? – сверкнул очками Андропов.
- Ну, да! Вон, как штатовцы английского лёву прикормили! Да и орёлика немецкого. Я даже подумал… Возможно, стоит, для начала, Кубе помочь? Пусть какая-нибудь наша «Азовсталь» отгрохает металлургический комбинат в Никаро, тем более что никеля там полно, а руду можно завозить морем из Бразилии. Можно еще танкерами нефть переправлять из Венесуэлы - в Сьенфуэгос или в Сантьяго-де-Куба…
- …Где какая-нибудь наша «Татнефть» забабахает нефтепереработающий завод! – подхватил Юрий Владимирович, кивая и улыбаясь.
- Именно! Будем торговать с Латинской Америкой прокатом и бензином, а янки – завидовать и слюноточить! И тракторный завод откроем, и автомобильный… Удобрения там выпускать, шины, генераторы, одежду шить… Кубе – налоги и рабочие места, нам – прибыль. Разве плохо?
- Хорошо, Миша, очень хорошо! – Андропов глубоко вздохнул, не уныло, а от избытка сил. – Послушайте… А вы не помните случайно, не собирался ли в будущем так называемый саммит Большой пятерки?
- Большой пятерки? – задрал я брови.
- Да, по числу постоянных членов Совета безопасности ООН.
- Н-нет, Юрий Владимирович. Была Большая семерка, даже Большая Двадцатка, но пятерка точно не собиралась.
- Значит, история меняет-таки курс! – подмигнул президент. – Это хорошо… Для зачина. В августе съедется и слетится эта самая «великолепная пятерка». Советский Союз буду представлять я, Китай – председатель КПК Хуа Гофэн. От Франции прибудет Валери Жискар д`Эстен, от Британии – Джеймс Каллаган, от Штатов – Форд. Вот такая сборная… Сначала хотели провести матч… тьфу, саммит… в Лондоне, но потом согласовали местом встречи Париж, - Ю Вэ развернулся ко мне лицом. – Убедительно прошу вас, Миша, сопровождать меня. В качестве моего советника и консультанта.
- О-ля-ля… - вздохнул я и пожал плечами. – А пуркуа бы и нет, как выражается один мой друг. Хорошо, Юрий Владимирович.
Андропов широко улыбнулся.
- Документы на имя Михаэля Шлака и Майкла Борна у вас уже есть, придется оформить советский паспорт… Два паспорта. На Михаила и Маргариту Гариных.
- А вот так еще лучше! – ухмыльнулся я.
Понедельник, 17 июля. День
Москва, проспект Вернадского
- Вчера еще всё выслал! – нахмурился я, придерживая трубку плечом, и накручивая градусы японской печи – в ней запекалась металлокерамическая масса.
- Да нету тут… - пробубнили на линии.
- А приложение ты открывал?
- Приложение?.. – растерялся абонент. Глухо донеслось кликанье. – А-а, точно…
- Балбес, - буркнул я, клацнув трубкой.
Телефон дождался, пока я доверну терморегулятор, пока гляну на успокаивающее подмигивание индикатора вакуумной помпы, и грянул снова, противным своим звонком баламутя неустоявшуюся тишину.
- Алло!
- Товарищ Га-арин? – в манерном женском голосе угадывалось полнейшее безразличие к научно-техническому творчеству молодежи, и растущее нетерпение. Видимо, поручение начальства застало врасплох, оторвав от более важных дел – нанесения лака на ногти или подмазывания век.
- Слушаю.
- Вам нужно подписа-ать счет-фактурки…
- А вы, вообще, чьих будете? – мой тон окрасился в цвета легкой хамоватости.
- Я-я? «Стройбанка»…
- В таком случае, принесите бумаги в Центроштаб. Не будет меня на месте, отдадите техническому директору или дежурному. Вечером я всё подпишу. До свидания.
Вероятно, барышня на том конце провода растерянно шлепает густо накрашенными ресницами, размышляя, не послали ли ее, и как далеко находится пункт назначения.
- Задрали… - выцедил я, склоняясь к дисплею. Компьютерное бессилие раздражало, да и чем мне поможет «железо»?
Взвесив в руке увесистые неодимовые магниты, я бережно выложил их на лабораторный стол. Опасливо наклоняя термос с жидким азотом, плеснул парящей жидкости в кювету.
«Опыт, сын ошибок трудных…» - подумал я, цепляя пинцетом «таблетку» металлокерамического спека, и окунул ее в азот.
Подержим немного… Выкладываем…
Я разжал пинцет, но «таблетка», чуть колыхаясь, осталась висеть над мощными магнитами. Вот и все достижения…
Покривившись, я отошел к окну. Отсюда хорошо была видна стройплощадка. Со дна глубокого котлована росли мощные опорные колонны. Как раз подкатил «КамАЗ» с округлой «бочкой» миксера. Хлынула тяжкая серая масса…
Арматурный костяк наполнился бетонной плотью.
За спиной щелкнула дверь, и бодрый голос Иваненко сказал:
- А-а! Вот вы где прячетесь!
- Бесполезно! – рассмеялся я, оборачиваясь. – Все равно находят! Звонят и звонят… Здравствуйте, Дмитрий Дмитриевич!
- Приветствую, коллега, - научрук крепко пожал мою руку, и с любопытством осмотрелся. – Ого! – он огладил корпус новенького спектрометра. – Атомно-абсорбционный? Здорово… Ну, и как успехи? Хм… Судя по выражению вашего лица, они вас больше удручают. М-м?