Замуж за миллионера (ЛП)

Мы закончили ужин, десерт и теперь развалились на подушках на балконе, потягивая второй бокал вина. Мое сердце настолько переполнено противоречивыми чувствами, что я притихла.
— Ты спрашивала о моем прошлом. — Говоря это, Стерлинг смотрит на проезжающие машины.
Я едва замечала тихий гул и случайные автомобильные гудки на фоне, так как мы глубоко были погружены в разговор большую часть вечера. Изучая профиль моего собеседника — квадратный подбородок, покрытый темной щетиной, сильный прямой нос и полные губы — я не сразу понимаю, что он ждет от меня ответа.
— Да, мне было любопытно.
— В прошлом году у меня была девушка. Юрист с работы. Это было удобно.
Я снова чувствую укол ревности, как и раньше, когда думала о его прошлом.
— Понимаю. И как долго вы с ней встречались?
— Около восьми месяцев.
Дольше, чем я предполагала.
— Звучит серьезно. Все это время вы были верны друг другу?
— Конечно, я был. Но нет, это было несерьезно, по крайней мере, не в том смысле, как ты думаешь. Мы не говорили друг другу слов любви, — добавляет он.
— И она полностью исчезла из твоей жизни?
Стерлинг потирает затылок.
— Я все еще иногда вижу ее в офисе, но мы работаем на разных этажах. Она звонит время от времени, но я двигаюсь дальше.
Кажется, Стерлингу было бы проще жениться на ком-то, с кем было комфортно, с кем была история, чем на какой-то незнакомке, но я не собираюсь этого говорить. У него должны быть свои причины.
— А что насчет тебя? В прошлом году ты тоже с кем-то встречалась. Дэвид, не так ли?
Я киваю, удивляясь, что Стерлинг вообще это заметил. Может быть, он молча наблюдал за мной, как я за ним.
— Мы расстались около полугода назад. Он слинял. — С моим сердцем, кошельком и хорошей кредитной историей.
— И с тех пор никого не было? — спрашивает Стерлинг.
Я качаю головой.
— У меня не было ни малейшего интереса к свиданиям. — До тебя.
— Как и у меня, — говорит он.
— Но теперь ты должен жениться.
— Похоже, что так. — Стерлинг снова потирает затылок, и я начинаю понимать, что так он делает, когда волнуется.
— Почему ты делаешь это? Ты успешный адвокат. Я уверена, что ты хорошо зарабатываешь.
Он глубоко вздыхает.
— Давай войдем внутрь.
Мы заходим в квартиру, забрав с балкона стопки тарелок и бокалы. Оставляем посуду на кухне, берем бокалы и усаживаемся на диван.
Гостиная мужская, но не лишена привлекательности. Темно-синий диван из твидовой ткани стоит лицом к большим окнам, а кожаное кресло и маленький стальной столик украшают комнату с другой стороны. Кофейный столик — большой перевернутый деревенский ящик.
Мы сидим бок о бок на диване, Стерлинг берет бокал из моих рук и ставит его на стол рядом со своим.
Он спокоен, задумчив, и мне интересно, о чем он думает.
Я понимаю это в тот момент — мы все боремся, чтобы найти что-то настоящее. Искреннюю привязанность. Истинную близость. Настоящую любовь. Шанс на что-то реальное в этой жизни. Мы разделяем это желание. Стерлинг может отрицать это, может сказать, что сыт по горло идеей женитьбы, что он делает это ради денег, но я вижу это, когда смотрю ему в глаза, чувствую, когда он улыбается мне. Он хочет чего-то настоящего так же сильно, как и я. Ему это нужно, может быть, даже больше, чем мне.
— Знаю, тебе, наверное, кажется это странным, что я соглашаюсь на этот план с женитьбой.
Я сглатываю ком в горле и качаю головой. Я не стану его осуждать, на кону уйма гребаных денег.
— Но ты должна поверить, что у меня есть свои причины. Дело не только в деньгах. Ну, вроде того. — Он снова потирает затылок. — Мне просто нужно получить наследство.
Я беру его за руку.
— Ты не обязан мне ничего объяснять. Я же сказала тебе, что помогу, и не шутила. — Я хихикаю. — Просто представляй, что сегодня вечером я проверяю твою способность ухаживать за женщиной.
Стерлинг насмешливо улыбается.
— А я ухаживал за вами, мисс Палмер? — Он все еще держит мою руку, и когда гладит ее большим пальцем, по коже пробегают мурашки.
У меня практически кружится голова от напряжения, весь вечер гудящего между нами. Стерлинг чертовски привлекателен, поэтому грань между профессионализмом и удовольствием безвозвратно стерлась. Между друзьями по работе и приятелями по перепиху должны быть километры, но со Стерлингом, сидящим так близко, с его пряным одеколоном и синими глазами, которые смотрят в мои, все расплывается.
— Вы получаете пятерку с плюсом за ухаживания, мистер Куинн, — шепчу я, когда он наклоняется ближе.
— Нам, вероятно, нужно проверить, как я целуюсь. Ну, знаешь, в исследовательских целях, — бормочет он.
Меня охватывает дрожь. Боже милостивый, может ли он быть еще сексуальнее? Если он предложит мне проверить, как трахается, хватит ли у меня сил сказать «нет»?
Рукой касаясь моего лица, Стерлинг притягивает меня, и наши губы встречаются. В долю секунды я понимаю, что могла бы отстраниться, если бы захотела, но не делаю этого. Я медленно закрываю глаза, в то время как теплые полные губы мягко прижимаются к моим. Когда Стерлинг слегка посасывает мою нижнюю губу, я открываюсь. Он проводит своим языком по моему так медленно, что мне становится больно.
Боже милостивый.
Этот.
Мужчина.
Умеет.
Целоваться.
На самом деле, каждый поцелуй, который у меня был после моего первого в восьмом классе, бледнеет в сравнении с этим.
Нежный. Чувственный. Мягкий. Настойчивый. Его поцелуй — это все сразу. И даже больше.
Одной рукой Стерлинг держит меня за подбородок, а другой проводит по моему свитеру с V-образным вырезом. Осторожно, избегая груди, которая жаждет его прикосновений, он слегка проводит кончиками пальцев по линии декольте, оставляя за собой теплое покалывание. Все мое тело безмолвно молит о большем.
Стерлинг отстраняется всего на несколько сантиметров и прижимается своим лбом к моему.
— Блядь, ты так хороша на вкус.
Все внутри меня сжимается. Он даже матерится сексуально.
Отодвинувшись еще немного, Стерлинг фокусирует свой взгляд на мне. Его темные глаза остекленели от похоти, и осознание, что я влияю на него так же сильно, как он на меня, заставляет хотеть его еще больше.
С тихим стоном он отстраняется, чтобы посмотреть на меня. Проведя большим пальцем по моей нижней губе, он громко выдыхает. Не спрашивает, как прошел поцелуй, и не дразнит, чтобы проверить, сдал ли он тест. Мы оба знаем, что этот поцелуй был совершенно идеальным. Энергичным. Это было по-настоящему. Настолько реально, что даже немного пугает. Некоторые люди просто подходят друг другу — их химия, феромоны или что-то в этом роде. Я знаю, что могу легко влюбиться в него, и, учитывая его образ жизни, не могу позволить этому случиться.
— Мы должны остановиться, прежде чем сделаем то, что не сможем изменить, — говорит он.
— Или то, о чем пожалеем утром.
Я встаю с дивана, и Стерлинг делает то же самое. Очевидную выпуклость в передней части его джинсов невозможно не заметить. Святой стояк!
Стерлинг откашливается и провожает меня к двери.
Мы стоим, прерывисто дыша, будто только что пробежали марафон, не готовые сказать «спокойной ночи».
Чувствуя себя смелой, на этот раз я встаю на носочки и прижимаюсь к его губам. Это должен быть целомудренный поцелуй на прощание, но Стерлинг берет ситуацию в свои руки. Он перебирает волосы у меня на затылке, наклоняя голову, чтобы прижаться к моим губам. Исследует мой рот глубокими, одурманивающими поцелуями, пока я извиваюсь, отчаянно желая большего.
Связь, которую мы разделили сегодня вечером, больше, чем физическая. Но ничто не могло подготовить меня к этому. Трение его бедер о мои, жесткая длина его члена, давящая прямо туда. Я хочу большего.
Растущая потребность перевешивает весь здравый смысл. Закинув ногу на его талию, я притягиваю нас ближе друг к другу. Стерлинг проводит руками вверх по бокам, прикосновения переходят от невинных к соблазнительным, и он гладит грудь, массирует, задевая большими пальцами напряженные соски.