Благородная леди замуж не желает (СИ)

— Вы совсем не смотрите на сцену, нейра Ингира. Вам неинтересно представление?
— Я знаю этот сюжет. Бессмертная любовь существ разных рас, которым не суждено быть вместе. Игра актеров меня не впечатляет.
— Что ж, очень жаль. Мне хотелось, чтобы вы отвлеклись после рабочего дня.
Правда? А откуда такое желание, тем более по отношению к, считай, незнакомой леди? Что за непонятная забота?
— Благодарю, но обычно я отвлекаюсь дома с книгой.
«А этой возможности вы меня лишили», — добавила я про себя.
Витольд задумчиво кивнул.
— Тогда предлагаю покинуть театр в антракте.
Это потому что все, что было нужно, уже узнано?
— С удовольствием, — ответила я и вернулась к своим наблюдениям.
Для меня разговор был исчерпан.
[1] Вежливое обращение к мужчинам-аристократам у эльфов.
  
Глава 9
 
Возвращение оказалось спокойным. Витольд не доставал меня в карете, ехал молча, и меня это полностью устраивало. Понятия не имею, о чем он думал, я же мысленно составляла план работы на завтра.
— Доброго вечера, нейра Ингира, — вежливо попрощался Витольд, выйдя из кареты возле моего дома. — Благодарю за доставленное удовольствие.
— И вам доброго вечера, нейр Витольд, — ответила я, проигнорировав вторую фразу.
Да, я выбралась куда-то в кои-то веки, возможно, приятно провела вечер. Но говорить об удовольствии, находясь рядом с практически незнакомым мужчиной? Нет, я такими словами не разбрасывалась.
На этот раз тетя ждала меня у парадного входа. Вместо дворецкого. Дверь, правда, открыла я сама. И тут же наткнулась на поджавшую губы тетю.
— Заходи, Ингира, — тоном, не обещавшим мне ничего хорошего, произнесла она.
Я мысленно хмыкнула и переступила порог.
— Я была в театре, тетя, с нейром Витольдом Ольстерским, — предупреждая поток негодования, сообщила я.
Дверь за мной закрылась.
Тетя расцвела. Потом сразу же нахмурилась. И что ей опять не так?
— В таком наряде?! — всплеснула она руками. — Ингира, ты позоришь меня!
О да, конечно, еще заявила бы, что я позорю весь род.
— К сожалению, нейр Витольд заранее не предупредил меня о своем желании провести вечер в театре, — пожала я плечами.
Тетя покачала головой.
— Я рада, что ты наконец-то прислушалась к голосу разума и вспомнила, что существует не только твоя работа. Но, Ингира, ты должна одеваться наряднее. Ты же дочь герцога!
— Конечно, тетушка, — послушно согласилась я. — Я сегодня почти не ела…
Губы все же поджались, и тетя приказала:
— Иди к себе. Я пришлю служанку с ужином.
С удовольствием.
Я дошла до своей комнаты, уселась на кровать, откинулась на подушки за спиной и удовлетворенно вздохнула. День прошел успешно. Надеюсь, и следующий будет таким же.
Через несколько минут появилась Мари с подносом. Она помогла мне переодеться в домашнее платье, я закинула в себя, не разбираясь, все то, что было съедобного на подносе, и улеглась спать. Сил больше ни на что не оставалось.
Обычно я спала без снов. Но не в этот раз. Я увидела себя со стороны, веселую, немного располневшую, но еще молодую. Я сидела за празднично накрытым столом, рядом расположились на детских стульчиках трое детей. А напротив… напротив сидел Витольд и смотрел на меня непонятным взглядом. В самом деле, ведь мне, конечно, показались и нежность, и забота, и любовь! Да и что вообще происходило?
Я проснулась, нахмурилась. Это что за намеки такие? А в том, что сон вещий, я не сомневалась. Местные боги часто насылали на своих «детей» подобные сны. К ним, и к снам, и к богам, принято было прислушиваться. Ну, если, конечно, не хочешь неприятностей во всех сферах деятельности.
Но я не собиралась замуж! Ни за кого!
Вызванная Мари помогла мне вымыться, привести себя в порядок и переодеться.
Пока у меня было свободное время, я размышляла над показанным мне сном.
В местном пантеоне насчитывалось восемь главных и около двадцати второстепенных божеств. Насколько я помнила из прочитанного и услышанного, насылать сны о семье могла богиня любви Ширра. На гравюрах в книгах ее обычно изображали чуть полноватой блондинкой в белом подвенечном платье и с корзиной цветов в руках. Ширре молились о семейном благополучии и обретении настоящей любви. Никто никогда не упоминал о ее возможности вмешиваться в судьбы тех, кто не хочет ничего менять в своей жизни. Но, видимо, все когда-нибудь происходит впервые. И Ширре зачем-то понадобилось выдать замуж именно меня, не думавшую о браке. Впрочем, пока ультиматум не поставлен, я буду бороться. А там посмотрим, что будет дальше.
 
С этими мыслями я посмотрела на себя в зеркало, возле которого сидела на пуфике.
Мари почти закончила одевать меня. Домашнее платье ярко-синего цвета, с кружевами по подолу и расшитым бисером лифом меня немного насторожило, но не настолько, чтобы не полюбоваться на себя. Молодая, красивая, богатая. Незамужняя. Последнее — вообще самый жирный плюс.
Мари сделала прическу по последней моде — завила мои волосы и аккуратно уложила их. Теперь можно было спускаться к завтраку.
Вот только сначала следовало кое-что уточнить.
— А по какому поводу вся эта красота? — посмотрела я на Мари. — Осталось макияж наложить и драгоценности надеть, и можно сразу на бал в императорский дворец.
Мари хихикнула, оценив мою иронию.
— Так, нейра, герцог же молодой ночью вернулся, — ответила она охотно.
Герцог? Стивен приехал? Что-то я совсем потерялась в днях. Он разве не должен был появиться завтра? Или это я запуталась? В любом случае, надо было обуваться — вполне подойдут домашние тапочки! — и спускаться к столу. Там и пообщаюсь с любимым братцем.
Стивена я знала недолго, буквально пару недель до его побега. Ну как знала. Он появлялся дома, чтобы поесть и поспать, на сестру внимания не обращал, мы за то время, что я находилась в теле Ингиры, и дюжиной слов с ним не перекинулись.
Так что я не боялась с его стороны никаких подозрений. Тем более, что за полгода кто угодно мог измениться. Кроме самого Стивена, конечно. Я не верила, что он стал умнее, рачительнее или адекватнее.
Я действительно надела домашние тапочки под оханье Мари. Мой любимый братец обойдется без излишних проявлений сестринской любви и уважения к нему.
В таком боевом настрое я вышла из спальни и неспешно направилась по коридору к лестнице. У меня оставалось несколько минут, чтобы привести в порядок мысли и чувства. Не так много для Ингиры, но вполне хватит для меня, Виктории Остаповой.
Я намеренно медленно спускалась по лестнице, держась за перила. Тетушка жаждала возвращения любимого племянника, мечтала о его появлении? Вот я и дам им обои возможность вдоволь наговориться, заодно и меня, непокорную, обсудят.
Я гадала, один ли появился Стивен. С него сталось бы привезти невесту, на любой стадии беременности. Впрочем, в последнем случае наверняка Мари сообщила бы мне об этом. Она любила посплетничать.
Впрочем, вполне вероятно, что Невестой Стивен обзаведется здесь, и довольно быстро. Тетушка поспособствует. А братцу, если он не изменился, все равно, на ком жениться. Главное, чтобы его самого особо никто не дергал, не мешал отдыхать и развлекаться.
Лестница между тем закончилась. Я вышла в холл. Из приоткрытой двери, ведущей в обеденный зал, слышались голоса. Я была слишком далеко, чтобы пытаться подслушать разговор. Увы и ах.
Я дошла до обеденного зала, переступила порог. На месте тетушки, во главе стола, сидел Стивен. Рядом, слева, с довольной улыбкой на губах сидела тетушка. Что ж, ничего удивительного. Правильное патриархальное воспитание всего лишь. Мужчина в доме. Он и глава, и хозяин, и все остальное. А женщина — так…
«Что-то меня понесло не туда», — хмыкнула я про себя. Не иначе сон сказывается.
— Доброе утро, — навесив на губы самую слащавую из своих улыбок, произнесла я. — Стивен, с возвращением. Не ожидала тебя здесь увидеть.