Привет, Чума (СИ)

Не став себя утруждать приличиями в виде стука в дверь, я ввалилась в комнату енотов и маленько охренела от увиденной картины. Харис стоял на задних лапах навытяжку, прислонив задницу к столу, стоящему посреди комнаты, а Серый, стоя на четырех лапах, припал ухом к животу напарника и во что-то внимательно вслушивался.
— Кхмм… — негромко хмыкнула я, и еноты, услышав звук моего голоса, синхронно подпрыгнули на месте, разворачиваясь мордами в мою сторону и моментально встали в боевые стойки.
— Оу! Ну, молодцы, молодцы. Рефлексы хорошие, но чутьем явно не блещете. Будем тренировать вашу чуйку… до тех пор, пока она у вас в жопах навсегда не поселится. Так что выражение "жопой чую" приобретет для вас единственно правильный смысл, — протянула я, разглядывая их готовые к отражению неожиданной атаки телеса, — И чего же такого интересного можно услышать в бездонном резервуаре Хариса?
Еноты опустились на лапы, и Серый неохотно пояснил:
— Да вот как бы… рожать скоро, а у нас там даже не шевелится никто. Только бурчание какое-то и бульканье.
Из коридора донесся короткий, но громкий и выразительный всхлип опоссума.
"Бля… Однако, старый, твоя шутка зашла слишком далеко", — отозвалась я.
Не дожидаясь ответа от Макжи, я вновь спросила Червовых:
— Вы куда нового артефактора определили, акустики желудочные?
— Так, это… Как раз напротив старого, — ответил Харис, — Там комната пустовала, второй этаж почти не заселен. И везти недалеко было.
— Чума, напомни магистру, чтобы лифт сделал, — подал голос Серый, — В нашем положении трудновато по лестницам ходить… да еще чересчур упитанных артефакторов на себе таскать.
— Это они-то упитанные? На себя давно в зеркало любовались? Я вас, проглотов, только возле холодильника и вижу… А ну ка быстро метнулись на второй этаж и проверили состояние артефакторов, — и заметив их замешательство, невзначай добавила, — Надо бы магистру доложить, что команда Тузов потеряла былую лихость, одна придурковатость осталась. [15] Думаю он вам в момент пневноускорители в задницы вставит.
Червовые переглянулись и ринулись мимо меня в коридор, где и разбежались почему-то в разные стороны — Харис налево, а Серый направо. Впрочем, их комната находилась посередине между лестницами, так что по какой из них подниматься в принципе было без разницы.
— Пошли быстрее, Чума, — окликнул меня опоссум с порога комнаты, — Если артефакторы повылезали из своих комнат, то точно встретятся, дом не город… И, боюсь, тогда они от дома ничего не оставят, у обоих тараканы в головах с тебя размером.
— Пошли, — вздохнула я и думая, что еноты все равно добегут до комнат гостей первыми, не спеша вышла в коридор и направилась к центральной лестнице. Но дойти до нее нам с телепатом было не суждено.
Дикий вопль, прилетевший с правой половины дома, потряс весь теремок от чердака до подвала — пара стекол даже вылетела. Макжи рухнул на пол и "умер", тут же завоняв на весь коридор. А мои руки словно обожгло кипятком. От дикой боли у меня подогнулись коленки, на которые я безвольно и грохнулась.
Второй крик из центра терема накрыл нас через две секунды — и мои руки, моментально обожженные до костей, упали плетьми, а парализатор, до которого я уже почти дотянулась, остался висеть за спиной. На него я и начала падать, сквозь нестерпимую боль успев почему-то подумать, что лежать на нем будет жуть как неудобно.
Дом содрогнулся от третьего вопля. Моего.
[15] "Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство."
Фраза приписывается Петру I, хотя документально это не подтверждено
  
Глава 9
 
В которой я обрела новое знание, а команда Тузов взбунтовалась.
Сон был очень странный. Вроде и не кошмар, но легкая дрожь все равно пробирала. Я расхаживала внутри какого-то дома и рассматривала его постояльцев. И все бы ничего, да вот только перемещаясь, я оставалась на месте, а все жители дома были в других помещениях, и смотрела я на них широко распахнутыми… руками.
 
"Пора просыпаться", — промелькнула мысль, — "Херня какая-то в голову лезет, молода я еще для дурдома".
И тут я вспомнила, что со мной было наяву и с ужасом открыла глаза. С полминуты я тупо разглядывала свои руки, поднеся их к своим глазам. Которые, хвала всевышнему, оказались там, где им и положено быть. Да и руки были совершенно целы, если не считать откушенного утром заусенца.
"Надо бы напрячь Фрика с покупкой нужных мне аксессуаров для ухода за своей бесценной тушкой", — мысль, конечно, была оформлена не так, а намного короче и с матерными эпитетами в адрес себя и магистра. Точнее — магистра и совсем немножко себя.
— Вот и напряги этого педрилу рыжего. Я тебе когда еще говорил, что тебе надо ухаживать за собой, а не только скакать по сомнительным местам в мужской одежке, — Макжи нависал над моим телом, держа мою голову в своих лапах.
— Ох… Что со мной было-то? — оформила я мысли о своем хреновом самочувствии в слова.
— Обморок. Обычное дело, когда не умеешь сдерживать поток чужих… эмм… эмоций. У меня так же было, когда телепатии обучался, только меня тогда чужие мысли захлестнули. Ну а тебя — эмоции Червовых.
Я села, бережно придерживая свою бестолковку, и прислонилась спиной к стене коридора.
— Ну и воняешь же ты… как тухлый кусок мяса, — посмотрела я на опоссума.
— Издержки особенностей моего вида, — ответил тот и состроив виноватую морду, шаркнул задней лапой.
Я рассмеялась, морщась от жуткой головной боли.
— Сейчас пройдет, это ненадолго, — успокаивающе произнес Макжи и помог мне подняться, — Ну что, пошли смотреть?
— Что смотреть? — не поняла я вопрос телепата.
— Не тупи, Чума, тебе не идет. Тузов пошли смотреть, это они тебя своими эмоциями чуть не убили.
— Так это они орали?
— Естественно. Причем не от боли.
— Не от боли? — изумилась я, — А от чего же еще так голосить можно?
— Сейчас и увидим… если поторопимся. Хотя там наверно уже толпа народа, минуты две прошло как ты возлечь на пол изволила, — опоссум хихикнул, прикрыв лапой рот.
— Тебе-то откуда знать? Ты же сдох к тому времени… даже вонять начал.
— Ну и дура же ты, Чумка. Это тело цепенеет, но мозг-то информацию все равно обрабатывает. Эх, пороть тебя пора, видимо через жопу лучше воспринимаешь, чем через свою тыкву дыряв… ой, ошибочка — они у тебя обе тыквы и обе дырявые. Ну так я твой верхний овощ имел в виду.
Так, за разговорами, мы и добрались до центральной лестницы.
Но подниматься нам не пришлось, сверху уже тащили Хариса, который крыл всех и вся, не стесняясь в выражениях. А тащили енота две совершенно незнакомые мне личности брутально-мужского обличья. Одному было лет сорок-сорок пять, а вот другому точно еще не было и тридцатника. У обоих была растительность на лице и если у первого была явно ухоженная, огненно-рыжая шкиперская бородка, то у второго была даже не борода, а конкретная такая, двухнедельная щетина радикально черного цвета. Впрочем, цвет их "мочалок" полностью соответствовал колеровке их голов.
— Чума, иди впереди и не давай никому даже близко к нам подходить, — скомандовал рыжеволосый.
"Твою ж мать-то… Это Фрик что ли?!", — обратилась я мысленно к телепату, без труда узнавая голос магистра, но все еще не веря своим глазам.
"Он самый, собственной персоной", — подтвердил опоссум.
 
"А кто второй?"
"Наш новый хирург, Шике."
— Куда идем? — спросила я магистра уже вслух.
— К ним в комнату. Случай не клинический, но осмотреть надо.
— Принято, — я двинулась по коридору к комнате Червовых, зорко бдя по сторонам, чтобы в коридор не выскочил кто-нибудь из прислуги. Но видимо те уже были учеными и ни в одном проеме даже щелки в дверях не образовалось.