Мастер меча рассечет тьму! (СИ)

— Я видел себя в зеркало, — хмыкнул я, — Красивые мужчины имеют такой эффект на противоположный пол. Это не то же самое, что внушать эмоции простой улыбкой.
Ну, то есть, у меня конечно есть талант «героическая сексуальность», который вроде как повышает мою привлекательность, но серьёзно, я и сам по себе ничего.
— Вот поэтому я и говорю, что ты слишком мало знаешь о нашем мире. И то и другое — эффект талантов. Если у тебя будет гигантский ожог на всё лицо, который ты по каким-то причинам не сможешь или не захочешь вылечить, ты конечно станешь менее привлекательным, но эффект всё равно будешь производить почти такой же. И не знаю как у тебя на родине, может у вас там это так сильно ценится, но у нас женщины вообще-то не прыгают в койку первому встречному с правильными чертами лица.
Иршал бы с тобой на эту тему поспорила… Стоп, так блонда хочет сказать, что это я эльфийке по сути так же на мозги надавил когда полез на сцену «просто потанцевать»? И сам этого не понял…
Чёрт, не очень хочется признавать, что женщина права. Удар по самолюбию будет… приличный такой. Но зато это позволяет под другим углом взглянуть на ситуацию с той же Иршал, да и с Софией и Томой… А более правильное понимание того что происходит, в том числе того, как мои таланты и аура влияют на других людей — это важно. Важно для выживания. А выживание будет поважнее самолюбия…
— Вижу, задумался. Что, были случае, когда девки к тебе сами в штаны лезли? Думал, это из-за одного твоего смазливого личика или силы происходит?
Поймав мой злобный взгляд, блонда снова хохотнула.
— Да не издеваюсь я над тобой, не зыркай так! Просто объясняю, что к чему. Мне самой хочется тебя на этот стол уложить и прямо тут объездить… Но я это подавляю. Как и ты подавил внушённые моей улыбкой эмоции. Так что не обвиняй меня на пустом месте, я не пытаюсь промыть тебе мозги, чтобы завербовать. Просто так уж сложилось.
Определённый резон в её словах был. Но меня, похоже, задели слова блонды — взыграла гордыня, и я решил упереться.
— Всё равно. Я становление героем не выбирал, и эти таланты мне Система всучила, не спрашивая. А вот ты свою харизму качала специально, чтобы на людей влиять.
— Не выбирал, значит, — женщина нахмурилась, — Дам тебе ещё один бесплатный совет. Никогда и никому больше не говори, что ты не выбирал становление героем. И вообще помалкивай обо всём что было с тобой до призыва и о своём мире. Не выдавай никакой конкретики. Если будут приставать с вопросами — скажи что тебе твой призыватель, или призыватлеьница, запретил об этом трепаться и магический контракт не позволяет нарушить этот запрет.
Я молча кивнул. А блонда вернулась к предыдущей теме:
— Да, я развивала харизму намеренно. Для человека моего положения и силы это фактически обязательно. Представь, что все вокруг — твои товарищи, командиры, и даже враги, все — имеют крайне высокую волю, подавляющую ауру силы, и не брезгуют развивать харизму до очень высоких по меркам обычного человека значений. Без высокой харизмы я буду для таких людей блеклой. Стану изгоем. Не смогу пробиться наверх, не смогу командовать. Это обычная история…
Женщина вздохнула, и продолжила:
— Человек начинает развивать какую-то характеристику, или навык, или класс, да что угодно. Он достигает определённых успехов, и выделяется за счёт своего развития на фоне простых людей, или тех, кто ушёл в другом направлении. Скажем, начинает камни голыми руками дробить, или может крупную скотину на плечах таскать пару часов кряду. А потом он за счёт своих новых возможностей поднимается из среды простачков, где вырос. И оказывается среди людей, которые все поголовно чем-то выделяются. Все умеют дробить камни щелбанами, все чудовищно выносливы, а некоторые ещё и нечеловечески быстры или влюбляют в себя одной улыбкой. И если человек хочет подняться выше, ему нужно выделиться уже среди этих людей. А значит надо соответствовать, во всём. Это не значит, что нельзя сосредоточиться на чем-то одном, нет. У всех свои сильные и слабые стороны, одно основное направление развития и одно-два дополнительных. Всё остальное — постольку поскольку. Вот только чтобы продвигаться и соперничать со всё более и более сильными людьми, нужно подтягивать и свои слабые стороны, даже если они остаются слабыми относительно всего остального. И в какой-то момент даже твои слабые стороны для обычного человека начинают выглядеть как что-то недосягаемое.
 
Не знаю, насколько её слова правдивы. Выглядит вроде логично и непротиворечиво, но… Она права, я слишком плохо знаю этот мир. Но стоит ли полагаться именно на её слова? Тем более что София с Томой мне ни о чём таком не говорила… Вот только София — высшая аристократка, и судя по некоторым её оговоркам, отец её воспитывал в очень щадящих условиях, причём она сама этого до сих пор не особо понимает. Тома же не поднималась до такого уровня, как сидящая передо мной женщина. Вот и получается, что мои источники знаний о мире — две девчонки, которые этот мир сами толком не знают.
— Так что, как насчёт вступить в орден? Экзамен ты сдашь, я это с закрытыми глазами вижу. Или тебя смущает ещё что-то кроме моей харизмы?
— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь.
— Тебе рассказать обо всех преимуществах?
— Поверю, что они воистину огромны. Только вот мне не до службы в ордене, уж извини.
— Задание бога? — хмыкнула блонда.
Я напрягся. Слишком уж легко она меня читает. Как открытую книгу прям.
— Ладно, давай так. Ты пошёл мне навстречу и честно всё рассказал, хотя это грозило тебе неприятностями.
Ага, вот так прям по доброте душевной всё и рассказал. И ультиматума никакого не было.
— Так что я постараюсь тебе помочь в ответ. В разумных рамках, конечно. Говори, что тебе нужно, и я подумаю, что могу сделать.
Спросить её про Гандэза? Рискованно. Очень рискованно.
— Спасибо, ничего не надо. Буду довольствоваться тем, что моя голова осталась на плечах и никто не загонял мне раскалённые иглы под ногти. Так что, пожалуй, пойду.
Я начал вставать.
— Нет, не пойдёшь, — вмиг блондинка изменилась.
От образа добродушной женщины, учащей молодёжь уму-разуму, ничего не осталось. Передо мной сидела готовая к прыжку пантера. В руках которой за долю секунды появился меч. Направленный на меня меч. И уж я-то прекрасно знаю, что даже из такого вроде бы неудобного положения меня можно атаковать как минимум тремя способами. А без Майи я этой рыцарше не соперник. Не факт, что даже вместе с Майей справлюсь… По ощущениям, блонда если и уступает хрономагу, то несильно. Только с ней у меня не будет бесконечных попыток, и она будет пытаться меня убить, а не сделать сильнее, что повышает сложность боя на два-три порядка…
Я плюхнулся обратно на стул, поднял руки.
— Стоило ли так резко переходить к прямой агрессии?
— Мне надоело притворяться.
— Надоело, или просто окончательно убедилась, что меня не выйдет очаровать?
— Вопросы задаю я, — аура блонды стала сильнее.
Она не просто давила на меня, она колола, словно в кожу впивались тысячи лезвий со всех сторон. Я почувствовал реальную угрозу.
— Ты отвечаешь. Быстро, честно, и по делу. Будешь пытаться врать, утаивать, или юлить — отрежу ухо. Потом пальцы на обеих руках. Потом яйца.
Я пожал плечами. Верю, что она отрежет всё вышеперечисленное, если я буду врать, но почему-то уверен, что в итоге всё закончится для меня нормально. Не просто так же Хор меня отправил в то местечко с ареной… Если только сон под видом приказа Хора не наслал какой-то другой божок. Дерьмо, почему я об этом раньше не подумал? Сразу как-то стало страшновато. Меня ведь и в расход могут пустить после допроса. Даже с мечом я не факт что смогу отбиться от рыцарши. А тут ещё где-то тот эльф ошивается… Вот вдвоём они меня точно прикончат, вообще без вариантов. А ещё у них Тома в руках. Сука. Только сейчас дошло, насколько мы влипли. Это тоже эффект чужой харизмы?
— Откуда узнал про арену? — задала первый вопрос блонда.