Последние поручения

Бриджит слегка улыбнулась, затем окинула взглядом остальную толпу. Большинство людей глядели в землю, некоторые — на священника, некоторые — на гроб. Внезапно она встретилась глазами с человеком, которого узнала. Детектив-инспектор Джимми Стюарт (в отставке) смотрел прямо на нее.
Она кивнула ему.
Он кивнул в ответ.
Бриджит покраснела и снова повернулась к могиле, в которую уже опускали гроб.
В отсутствие семьи — по крайней мере, настоящей семьи — люди чувствовали необходимость подойти и выразить соболезнования Полу, Бриджит и Филу. За последний час они пожали бесчисленное количество рук. Пол и Фил, похоже, знали многих, Бриджит — почти никого. Казалось, на похороны собралась половина Дублина.
И вот, когда все уже заканчивалось, к ним подошел Джимми Стюарт. Он крепко пожал руку Бриджит и, наклонившись, прошептал: «Я в это не верю».
Странный выбор слов. До сего момента им говорили в основном вариации на тему «сожалею о вашей потере» с добавлением слов вроде «великий человек» и «его будет не хватать».
— Да, — ответила Бриджит, — это огромное потрясение для всех нас.
— Нет. Я имею в виду, это чушь собачья. Он не умер.
Бриджит с Полом переглянулись.
— Не понимаю, о чем вы.
— А мне кажется, понимаете. Я подойду на поминки в «О’Хэйган». Дам вам шанс объяснить мне, или я начну копать сам. Может, я, конечно, ошибаюсь — в таком случае простите за беспокойство.
Он сказал это с улыбкой, говорившей о том, что он полностью уверен, что не ошибся.
Им потребовалось некоторое время, чтобы добраться до задней лестницы паба «О’Хэйган». Все помещение было забито скорбящими, как положено для традиционных ирландских похорон. Выпивка текла рекой, все обменивались историями о покойном. Оставалось совсем немного времени до того, как кто-нибудь запоет.
Пол и Бриджит следовали за Тарой Флинн, провожавшей их через зал.
— Я завела его в кабинет, как вы просили. Надеюсь, все в порядке?
— Конечно, — ответила Бриджит. — Просто… Гарди спрашивали о мемориальном фонде. Хотят поговорить об этом с нами.
— Понятно. Звучит логично. Вполне хорошая идея.
Тара провела их вверх по лестнице и впустила в свой кабинет с дверью, обозначенной надписью «Только для персонала». Джимми Стюарт стоял, прислонившись к столу.
Он кивнул, когда оба вошли, и Пол плотно закрыл дверь.
— Хорошо, — сказала Бриджит, — постараюсь покороче. Я не знаю, почему вы что-то заподозрили, Джимми, но вы ошиблись. Банни мертв.
— Сердечный приступ.
Бриджит кивнула.
— А почему закрытый гроб?
Бриджит посмотрела на Пола, и тот шагнул вперед.
— Ради всего святого! Это был не сердечный приступ. Он… — Пол избегал поднимать глаза. — Он покончил с собой.
— Херня, он не из таких.
— Да что вы в этом понимаете? — теперь голос Пола зазвенел сердито.
Бриджит взяла его за руку.
— Господи, Джимми, — сказала Бриджит, — вы не можете быть потактичней?
— Может, я далек от истины — может быть. Но вот почему я решил, что здесь что-то нечисто: имеется еще пара вещей, кроме закрытого гроба. Во-первых, вы двое. Я бывал на многих похоронах — на самом деле даже на слишком многих. Я выезжал на каждое чертово убийство, которое расследовал, так что повидал много горя. Вы двое не горюете.
— Я не знаю, почему вы…
— Честно говоря, — продолжил Стюарт, — кроме меня, это вряд ли кто-то заметил. Я имею в виду: вы вели себя очень правильно, но именно в этом все дело. Вы держали все под контролем. Я очень внимательно наблюдал за вами, и больше всего было похоже на то, что вы чувствовали вину.
— Вину?
— О, не в этом смысле. Если я не ошибаюсь, вы его не убивали. Вы чувствуете вину, что вам приходится обманывать столько людей зараз.
— Серьезно, Джимми, — сказал Пол, — возьмите себя в руки, ладно? Вы хоть представляете, как нелепо это звучит? И к тому же невероятно неуместно.
Джимми пожал плечами:
— Кто-нибудь из вас знаком с доктором Дениз Дивэйн?
Они посмотрели на него с непониманием.
 
— Впрочем, вряд ли вы с ней пересекались. Она государственный патологоанатом. Очень хорошо справляется с работой. Об этом почти никто не знает, но когда-то давно мы с Банни поучаствовали в одном совместном с ней деле. Вы никогда не догадаетесь по ее внешнему виду, но у нее есть одна… как бы это сказать… Не знаю, уместно ли в данном случае слово «слабость», но она чрезвычайно высоко ценит Банни по причинам, в которые я не могу вдаваться.
— Окей…
— И ее не было на похоронах.
— И что?
Джимми снова пожал плечами:
— Это очень необычно. Я имею в виду, учитывая обстоятельства.
— Люди бывают заняты.
— Может, и так, но я уверен, что ее подпись стоит в свидетельстве о смерти. Наконец, ваша реакция, когда я сказал, что это чушь. И чем больше я смотрю на вас, тем больше чую неладное. Разумеется, если я ошибся, то принесу вам искренние извинения, но скажу честно: я собираюсь начать поиски. Сейчас у меня много свободного времени, и моя натура не согласна с выходом на пенсию.
— Господи боже мой! — Бриджит провела рукой по лбу. — Это просто смешно. — Она повысила голос: — Можете войти!
Через секунду дверь отворилась, и в комнату зашла детектив-суперинтендант Сьюзан Бернс, а за ней проследовал ужасно смущенный детектив Доннаха Уилсон.
— А, Уилсон, — сказал Стюарт. — Счастливого Рождества.
Уилсон покраснел:
— Джимми, это старший инспектор Бернс.
Стюарт протянул руку Бернс, и та неохотно ее пожала.
— Рад познакомиться, суперинтендант. К тому времени, как вы возглавили Национальное бюро уголовных расследований, меня в строю уже не было, но я многое о вас слышал. Уилсон ценит вас очень высоко.
— Да? А вот вас он вообще не упоминает, хотя я заметила, что иногда он возвращается после долгого обеда с внезапно возникшими новыми идеями. Вы, случайно, не подрабатываете неофициальным консультантом?
Стюарт покачал головой:
— Не понимаю, о чем вы. Это было бы противозаконно.
Бернс кивнула:
— Да, с формальной точки зрения.
— Вы умеете хранить секреты, суперинтендант?
— Конечно.
— Хорошо. Я тоже умею, — Стюарт улыбнулся. Безумный старый хрыч наслаждался жизнью. Он повернулся к Уилсону: — Что ж, Доннаха, по крайней мере, это объясняет, почему ты не отвечал на мои звонки. Выходит, ты часть большого заговора. А я уж подумал, ты просто расстроился из-за того, что я не прислал тебе рождественскую открытку.
Уилсон снова покраснел:
— Твою ж мать, Джимми!
Бернс переводила взгляд с одного на другого.
— Итак, Уилсон уже предупредил вас?
— Нет! — выпалил Уилсон.
Стюарт встретился взглядом с Бернс:
— Он действительно сохранил тайну. Как вы думаете, я пришел бы сюда, зная, что этим самым его подставлю?
Она снова перевела взгляд с одного на другого:
— Справедливо. Вы действительно сделали такие выводы из того, что Дивэйн не пришла на похороны?
— Считайте это удачной догадкой.
Бернс снова тяжко вздохнула:
— Я начинаю думать, что наши правила выхода на пенсию — нелепость. Вам действительно стоило бы оставаться в обойме.
— Приму как комплимент. Итак, кто-нибудь собирается рассказать мне, что тут на самом деле происходит?
— Думаю, мы можем положиться на ваше благоразумие?
— Разумеется.
Бернс посмотрела на Уилсона.
— Шеф, он та еще заноза в заднице, но я бы без оглядки доверил ему жизнь.
— Это хорошо. Потому что, будьте уверены, практически так и есть.
Стюарт оглядел собравшуюся четверку.
Наконец заговорила Бриджит:
— Ну ладно, дело было так…
  
Глава шестьдесят первая
 
Рождественская ночь, 3 часа 17 минут
Банни посмотрел на небо и улыбнулся.
— Мистер Макгэрри, вы меня слушаете?
Никакой реакции, только та же улыбка.