Последние поручения
— Я стараюсь себя контролировать.
— Микки Марш только что попытался отбить мяч головой. Это же шлитар [21] — кожаный мяч, летящий со скоростью шестьдесят пять километров в час, и он попытался отбить его головой. А ты. Не сказал. Ничего… Теперь давай по-серьезному. — Джонни понизил голос: — Что случилось? С тобой все в порядке?
— Все в порядке, просто… Пара последних дней выдались тяжелыми.
— Хочешь об этом поговорить?
— Господи, Джонни, ты что, решил ко мне подклеиться? Конечно, я польщен и все такое, но мой флаг совсем не радужный.
— Не льсти себе. Если бы все мужики были такими, как ты, то я бы гонялся за вагиной, как за последним вертолетом из Сайгона [22].
— Со мной все хорошо, просто… ТЕРРИ ФРЭНСИС, ЖМИ ДАВАЙ! — Банни взревел так мощно, что Джонни на секунду показалось, будто он полностью оглох на левое ухо.
— Окей, теперь вижу: кое-кто пришел в себя.
Джонни повернулся к игре в тот момент, когда центральный нападающий команды Святой Марии заработал, наверное, уже десятое очко за матч, отправив шлитар в крапиву у задней стенки.
— Рэмбо, сходи за мячом, пожалуйста.
Толстый парень, теоретически вратарь команды Святого Иуды, поднял два больших пальца вверх и улыбнулся Джонни, прежде чем убежать за мячом, — впервые за всю игру дав понять, что он хоть как-то реагирует на то, что происходит вокруг.
— Это кто? — спросил вдруг Банни.
— В смысле?
— Вон там.
Джонни посмотрел в ту сторону, куда кивнул Банни.
— Ты про женщину с коляской? Я ее не знаю. Собираешься спросить, не хочет ли ее ребенок сыграть за нас центровым? Вряд ли он справится хуже Киарана.
— Не, я о том, что никогда ее тут раньше не видел. Она не мать ни одного из наших пацанов и вообще не пойми кто.
Джонни посмотрел в сторону худой блондинки, толкавшей перед собой дорогую коляску:
— И что? Я, конечно, не эксперт, но ей, возможно, просто захотелось подышать свежим воздухом. Тут единственный клочок зелени на много кварталов вокруг. Или, может, она большой фанат хёрлинга?
— Тогда на хера ей приходить смотреть на нас?
— Ну да, — кивнул Джонни. — Тоже верно.
— Она мне кажется знакомой.
— Вообще-то ты тут знаком почти со всеми.
— Это да, но эта, знаешь ли, не местная, а я… Я почти уверен, что уже видел ее сегодня утром.
Джонни снова посмотрел на Банни.
— В смысле? Ты видел ее где-то еще?
— Ага. Только у нее не было ребенка и она была брюнеткой.
— Что?
— Не бери в голову. Просто совпадение.
— Окей.
Что бы ни беспокоило Банни, теперь то же самое, похоже, проникло в голову и Джонни. Присмотревшись к девушке внимательнее, он готов был поклясться, что и она украдкой разглядывала их. Поймав на себе взгляд Джонни, девушка вдруг резко наклонилась и принялась хлопотать над ребенком, после чего развернулась и покатила коляску обратно к входным воротам.
— Ладно, парни, давайте начнем хорошую игру. Пока что вы играете как…
— Банни!
Ранее между ними состоялась долгая и подробная торговля/спор о тех словах, которыми Банни не должен был завершать эту фразу.
— …одноглазые сыновья косоглазой Сьюзи!
— Нормально.
Несмотря на долгие годы знакомства с Банни, Джонни до сих пор не был до конца уверен, что понимает значение этой фразы, но она хотя бы казалась нормальной.
— Какой счет? — выкрикнул Подриг Доусон.
— Не думай о долбаном счете, — ответил Банни. — Сосредоточься на игре.
— О, — протянул Подриг, уныло пиная свой хёрл. — Мы уже настолько сильно проигрываем?
Игра возобновилась. Команда Святого Иуды слегка ожила, немедленно заработав пару штрафных ударов, что, по крайней мере, продемонстрировало хоть какие-то усилия — в отличие от предыдущих попыток завладеть мячом.
— Вот так, парни, поднажмите! Им это явно не нравится!
Джонни закатил глаза.
— Джонни?
— Да, Банни?
— Если бы со мной что-нибудь случилось, ты бы позаботился о клубе, верно?
Джонни снова обернулся:
— Так, скажи серьезно: ты был у врача или типа того?
— Нет, — ответил Банни, сердито махнув рукой. — Не тупи, а? Я всего лишь рассуждаю. Ты бы сделал это ради меня?
— Ей-богу, я уже еле сдерживаюсь. С чего у тебя такое настроение?
— Ничего, просто… СУДЬЯ!
Несколько двенадцатилетних детей из обеих команд столкнулись в центре поля на глазах у встревоженных родителей, образовав кучу-малу с болезненными вскриками. Судья дунул так сильно, что из свистка вылетела горошина.
Ни слова не говоря, Джонни схватил ведро и побежал на поле оказывать экстренную помощь.
— Почему бы вам ему не рассказать?
Банни обернулся на голос. Человек, умерший восемнадцать лет назад, сидел позади него на холодильнике для напитков.
— Почему бы вам не сказать ему, что, возможно, скоро вы уедете о-о-очень надолго? — сказал мертвец, насмешливо растягивая слова. — После всех этих долгих лет, когда вы учили поколения детей не сходить с прямого и узкого пути, — как думаете, что они почувствуют?
— Черт, заткнись уже на хер!
Дэниел Зайас улыбнулся ему, прищурив левый глаз, выглядевший неуместно рядом с дырой, где когда-то был глаз правый.
— Поговорите со своим другом. Расскажите ему, что вы сходите с ума. Призрак человека, которого вы убили восемнадцать лет назад, ходит за вами по пятам. Может, вам стоит обратиться к мозгоправу? Может, стоит попить каких-нибудь таблеток? Может, вам не следовало убивать меня, в конце концов?
— Я ни секунды не пожалел об этом, говно ты одноглазое.
— О, я знаю, что не был вашим первым. Но я тот, кто станет причиной вашего краха.
— У них нет ничего, что могло бы связать…
— Я вас умоляю! Мы оба знаем, что это неправда. Теперь, когда нашлись тела, они не отступят. Вы уже слышите их шаги. Они приближаются. Возможно, это займет время, но они приближаются. Вот почему я здесь.
Банни замахнулся хёрлом и нанес сильный удар по человеку, которого не было. От удара холодильник с напитками завалился набок, и его содержимое раскатилось по земле.
Банни снова оказался один. Развернувшись обратно к полю, он увидел, как смотрит на него двенадцатилетний Подриг Доусон — глазами, полными неведомого раньше страха. Все и так боялись Банни, но то был правильный страх. По крайней мере, прежде.
— На нем сидела оса. Маленькая настырная гадина.
Подриг кивнул и отошел подальше.
Банни провел свободной рукой вверх и вниз по лицу. Соберись с мыслями, соберись! Повернувшись, он увидел худую блондинку, выезжавшую с коляской из ворот.
Глава девятая
— Не могу поверить, — сказал Пол. — Это какой-то абсурд!
— Ага, — согласился Фил. — Почему я должен сообщать людям плохие вести? В моей жизни и так полно стрессов.
— В смысле? О чем ты говоришь?
Фил оторвал глаз от телеобъектива и посмотрел на Пола.
— Я о том, что говорила Бриджит: в тот момент, когда этот идиот займется сексом, я должен позвонить клиентке — его жене — и все ей рассказать. В моей жизни и так полно стрессов!
— А я совсем про другое, — ответил Пол. — Я про то, как Бриджит изгнала меня из компании!
Фил фыркнул и продолжил смотреть в камеру.
— Ах, это. Ты говорил то же самое час назад. Я думал, ты закончил.
— Закончил? Я потерял работу абсолютно безо всякой причины! Не думал, что ты такой черствый, Фил.
— Ну…
Глаза Пола сузились.
— Что «ну»?
— Ничего. Только последние несколько недель ты не занимался никакой работой, а потратил кучу денег. Теперь еще и весь офис залит желтой краской.
— Вот именно! И кто в этом виноват?
Фил откинул голову назад, принявшись разглядывать потолок фургона. Пол догадался, что он глубоко задумался.
— Ты?
— Нет! Келлехеры!
— Ну ладно, — ответил Фил, отпрянув от Пола. — Хорошо, это их вина. Только…