Танго с демоном. Танго эсценарида

– Адэхи?
– Индеец. Шаман. Мой наставник. Это сейчас не столь важно… за епископом еще не послали?
В дверь постучали.
Ленора фыркнула.
– За епископом я не посылала. Но думаю, тот, кто пришел, нам тоже пригодится.
– Что случилось, кузина?
Его высочество Бернардо встревожился. Ленора почти потребовала бежать к ней… да что такое?! Что могло произойти?!
А вот…
Такого собрания он не ждал. Но…
– Тан Кампос, ваше высокопреосвященство, таны… эээ…
Ленора быстро представила присутствующих, оставив Феолу под конец.
– Ритана Феола Амадина Ксарес. Шаман.
– Шаман?
Бернардо даже рот открыл. Шаман… разве они так выглядят? Стоит перед ним какая-то девчонка, смотрит веселыми глазами… где в ней величественность? Где серьезность?
Да в страшном сне не подумается, что это – шаман! Но Ленора же врать не станет? Правда? Или станет?
– Ленора? Что-то серьезное случилось?
– Вы позволите, ваше высочество… ваше высочество, ваше высочество…
Епископ кланялся по очереди присутствующим членам королевской семьи, в порядке старшинства. Ее высочество Маргарита Мария позволила поцеловать ручку – и в свою очередь прикоснулась губами к епископскому кольцу.
– Благословите, отче…
Бернардо это ничуть не успокоило. Наоборот…
– Мне доложили, что вы, ваше высокопреосвященство, хотели поговорить с моим отцом. Но он отказался вас принять.
– Да, ваше высочество.
– И вот вы здесь?
– И я прошу вас, ваше высочество, выслушать тана Кампоса. Он изложит ситуацию лучше, чем я, недостойный.
Феола поглядела на епископа, нахмурилась и, недолго думая, потянула его к креслу.
– Простите. Если сейчас этим не заняться, епископ у нас на пару дней сляжет. А некогда.
– Я не…
– Вы переволновались, устали, и сердце у вас бьется в два раза чаще. А лекарство вы сегодня уже пили. Спорить будете? – огрызнулась Феола.
После обучения у Адэхи для нее это все было, словно открытая книга. Опять же она могла помочь. Здесь и сейчас епископ страдал не за себя, а для общего дела. Вот и получалось, что его вылечить на благо. Страдал бы во имя блуда или, там, убийства, Феола бы и пальцем не шевельнула.
– Вот так, сейчас потоки стабилизируем…
Ленора бы с удовольствием поглядела на происходящее, как маг, но куда там! Тан Кампос принялся рассказывать – и у девушки волосы дыбом встали.
Короля отравили?
Да это еще ерунда! Вообще, считай, игрушки на опушке! А вот тут… тут все намного серьезнее.
Бернардо хоть часть истории знал, с продолжением. А Ленора вообще ни о чем таком и не догадывалась. Прекрасно жила себе в Академии.
А ведь случись что…
Огонь и вода – антагонисты. Но именно потому огневиков и не бросят против водников. Бессмысленно, силы просто нивелируются. Лучше выпустить на них магов земли или воздуха. А еще лучше… что уж там! Феолу бы на них! Шаманов – и побольше!
Бернардо слушал молча, не перебивая, потом, когда тан Кампос замолчал, принялся задавать уточняющие вопросы. Немного, впрочем. Основное тан рассказал, а мелочи сейчас погоды не сделают.
– Тан, поступки моего отца не обсуждаются. Давайте решим, что мы сможем сделать для избавления от этой угрозы.
Присутствующие мысленно поставили Бернардо большой плюсик.
Действительно, есть ли смысл ругаться? Надо что-то делать. Надо разбираться с проблемой, а не возмущаться отношением к ней отца. Хоселиус Аурелио именно такой, каким его сделал Аурелио Августин.
Да, слабый, да, зависимый, да, непостоянный и легко переключающийся! И что теперь?
Убивать его за это?
Вот еще не хватало! Мединцев вам мало, что ли? И так кучу народа переубивали! Пусть живет, а Бернардо присмотрит, и за отцом, и за государством. Сложно?
А вот не дошел еще парень до той степени сволочизма, когда люди готовы всем пожертвовать ради власти. И отцом, и матерью, и детьми своими… всякое бывало в истории. Бернардо будет защищаться сам, будет защищать отца, и сейчас для этого нужно… что, собственно, нужно?
Второе заседание военного совета можно было считать стихийно открытым.
– Мы не знаем практически ничего про мединцев, – вздохнул Амадо. – То есть я знаю, что у них был запасной план, но в чем он состоит? Об этом знают только те, кто собирается его воплощать.
 
– И от чего вы предлагаете защищаться?
– От всего.
– Перенести коронацию? – вслух подумал Бернардо.
– Вряд ли это поможет, – честно сказал епископ. – Понимаете, им же нужен был не король как таковой. Окажется Хоселиус Аурелио жертвой – хорошо. Нет? Им и так неплохо будет, если их демоница вернется в мир.
– Не вернется, – скрипнула зубами Феола. – Твар-ри!
– Скажи, Адэхи… твой учитель, не сможет узнать о запасном плане?
Феола качнула головой.
– Вряд ли. Он не может читать чужие мысли, он не провидец и не пророк. Он знает, что рисунок мира здесь нарушен, что его зовут, призывают на помощь… не более того.
– Но он сможет помочь?
– Смотря чем, – Феола развела руками. – Адэхи не смог бы предотвратить взрывы, он сможет только перенаправить силу в другую сторону, чтобы скорлупа мира не треснула.
– То есть нам с того никакой пользы. Нас-то все равно убьют.
– Боюсь, что так. Шаманы не всесильны, иначе индейцам не пришлось бы уходить из этого мира, платя своей кровью.
– Может, шаманы и не всесильны, но магия провидцев есть именно у них?
Феола сдвинула брови.
– Похоже, мне и правда придется ехать в вашу Академию. Если это все, что вы знаете про индейцев… это невежество.
Ленора сверкнула глазами. Она бы ответила, и достаточно резко, но Амадо оказался первым.
– Даже я знаю мало, хотя индейцев я изучал долго. Очень долго. Остались только сказки…
Феола чуть смягчилась и тряхнула головой.
– Магия предсказаний – это не записная книжка. Там не сказано – в пять часов прозвенит будильник, в шесть от этого вылупятся птенцы в гнезде, в семь утра одного из них съест ласка… так не бывает. Это не жесткое расписание, а скорее, вводные – и итог. Но не жесткая роспись действий по минутам. Так не бывает. Сейчас у нас есть исходные данные – в нашем мире остались мединцы. Итог – они могут погубить мир, примерно в эти дни. Как и что – предсказание вряд ли учтет. Когда-то у нас… у индейцев были настоящие пророчицы и пророки, но те времена прошли. Шаманы редки, но настоящие провидцы встречаются в десять, двадцать раз реже.
– Извини, – покаялась Ленора, – я не знала. В нашей магии такого нет. Разве что в Церкви знают больше?
Епископ Тадео, которому стало намного легче после вмешательства Феолы, укоризненно покачал головой.
– Механизм предвидения у святых, у пророков – иной. Их знания исходят от Творца, а знания провидцев немного из другого источника, верно же?
– Они не проводники воли демонов, – обиделась на епископа Феола.
– Конечно, нет! – взмахнул рукой брат Анхель. – Они, скорее, читают изменения в окружающем мире, верно?
– Эфирные потоки… да, часто – так. Они не видят – ВСЕ. Они видят, к чему может привести то или иное течение русла. Все верно, это – другое. Пророку никто не диктует, он просто видит, к чему может привести то или иное начало. Но любое пророчество можно изменить!
– Вот и давайте думать о конкретных вещах, а не о пророках небесных, – припечатал Бернардо. – Итак, что мы можем сделать?
Но прежде, чем ему ответили – Творец его знает, в комнату постучали. Хавьер Карраско остановился на пороге, а за спиной некроманта маячил мужчина в каких-то лохмотьях.
– Простите, что потревожил, – вежливо извинился некромант. – У меня не было другого выхода.
– Крис? – удивился Амадо. – Ты?
– Я. И у меня срочные новости. О мединцах.
Первым опомнился епископ Тадео. Вот что значит – должность.
– Кто после этого откажется признать всемогущество Творца?
Промолчали – все. Дружно.
 
Глава 2
 
Лично себя Слизень считал вполне умным и удачливым бизнесменом.