Черная смерть (СИ)

Я снова пожал плечами. Дальше некоторое время ехали молча. Девушка надулась и отвернулась, пытаясь изобразить из себя оскорблённое и униженное достоинство. Я же молча крутил головой по сторонам, и неторопливо доедал в эту самую голову ватршку, размышляя о том, насколько всё-таки неприятно, когда тебя переигрывают на твоём же поле.
Девушка нарушила молчание первой.
— Извини, — неуверенно сказала она, — Не знаю, что на меня нашло.
— Со всеми иногда бывает, — я снова равнодушно пожал плечами, мысленно прикидывая, может ли это быть «заход» с другой стороны.
— Угу, — кивнула она, — Просто, знаешь… — Айлин замялась и посмотрела на меня, — Мне приятна твоя кампания. И наверное, я надеялась услышать то же самое от тебя.
— Могла бы спросить напрямую, а не устраивать эту игру в если бы, да кабы, — я чуть дёрнул поводья притормаживая Гневко. Конь уж больно резво пошёл, почуяв свежий морской воздух.
— Я тоже, может, предпочитаю теории практику, — насупилась девушка, — Вот только из твоей практики непонятно ровным счётом ничего. То вроде видно, что приятна, а то даже на обычную прогулку приходится уламывать.
— Я уже говорил, что терпеть не могу лошадей.
— Что, прям настолько? — она с вызовом посмотрела на меня.
— Да. Прямо настолько, — я многозначительно подмигнул ей, — Не доверяю я им, — Немного помолчал и шёпотом добавил, — Думаю, что у них какой-то лошадиный заговор.
Словно бы подтверждая мои слова, Гневко фыркнул и шумно втянул ноздрями воздух. Айлин прыснула.
— Ну да, — отсмеявшись сказала девушка, — Определённо, это был заговор. А ты поймал его с поличным. Теперь ему придётся тебя убить.
— Хм… — я задумчиво почесал бороду, — А ведь ты права. Значит, как приедем в столицу, отправлю парней развешать по всем улочкам объявление: срочно требуется казах-телохранитель, разбирающийся в приготовлении конской колбасы.
Айлин улыбнулась. Зверь шумно втянул ноздрями воздух, начал встревоженно стричь ушами. Будто бы понимал, о чём мы сейчас говорим.
— И всё-таки… — начала было девушка, но я не дал ей договорить. И так было понятно, что именно она хочет спросить.
— Да, мне тоже приятно твоё общество, — улыбнулся я, — Хоть порой ты меня тоже жутко бесишь.
— Без этого думаю, было бы слишком скучно, — улыбнулась девушка. И мы снова замолчали.
Дорога делала крюк, огибая крутую, устремлённую в небо скалу, которую облюбовала целая стая чаек. Они гостили здесь не в первой, судя по многочисленным белым потёкам, оставшимся на чёрном, покрытом водорослями камне. При нашем приближении птицы встревожились, закричали, захлопали крыльями и взмыли в затянутое серыми тучами небо. Из-за скалы донёсся раскатистый шум прибоя.
Айлин закрыла глаза и шумно втянула носом воздух. Немного помешкав и на всякий случай оглядевшись по сторонам, я последовал её примеру. Он пах солью, морскими водорослями и… свежестью. Такой, какая обычно бывает после грозы или хорошего проливного дождя. Ощущение было непривычным. И от того вдвойне приятным. Честно сказать, я уже и не помню, когда в последний раз вдыхал воздух, не пропитанный конским потом, запахами старых портянок, вонью выгребной ямы, прогорклым маслом и прочими «ароматами» солдатского лагеря.
— Хорошо тут, — словно бы вторя моим мыслям, улыбнулась девушка, слегка ёрзая в жестком седле. Я молча кивнул.
За дорога огибала скалу и выходила на берег. Ближе к подножию скал его устилала мелкая галька. Чуть подальше за этой каменной косой, расположились барханы из бело-жёлтого мелкого песка, овеваемые холодным морским ветром. А за ними расстилалась бескрайняя серо-чёрная водная гладь, увенчанная белыми барашками волн. Они с шумом бились о барханы, пытаясь добраться до мелкой гальки, но каждый раз вязли в песке, выбрасывали на него комья пены и отступали назад, собираясь с силами для новой попытки.
По правую руку от нас бурлила и пенилась река, бежавшая меж десятков мелких островков, отмелей, наплывов и торчавших из воды скал. К морю её дельта расширилась настолько, что большие и маленькие протоки тянулись почти до самого мыса, терявшегося в голубоватой туманной дымке где-то на горизонте.
 
— Знаешь… — неуверенно бросила Айлин, — Спасибо, что всё-таки согласился поехать. Без тебя, честно сказать, я бы наверное не решилась. И не увидела этого.
— Чего?
— Моря, — сказала она, — Не поверишь, но я за всю свою жизнь так ни разу его и не видела. Только на картинках или виртуальных проекциях.
— Технически, эта всё та же виртуальная проекция, — пожал плечами я, кося взглядом в сторону песчаных барханов, — Разве что, до боли реалистичная, так как воспроизводится на крайне мощных серверах, а не на частных рабочих станциях.
— Не занудствуй, — фыркнула девушка, — Для нас оно настоящее, как и весь этот мир. Другого к сожалению или к счастью у нас уже не будет.
— Знаю-знаю, — грустно улыбнулся я, — Просто никак не могу свыкнуться с этой мыслью. Сложновато уложить в голове знание, о том, что этот мир — лишь виртуальная иллюзия и понимание того, что для нас он самый что ни на есть реальный. Ну да правда… Не будем об этом.
На несколько мгновений в пропитанном влагой и солью воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь криками чаек и шумом морского прибоя. Где-то вдалеке зазвенела корабельная рында. Из-за скалы медленно, величественно выплывал огромный трёхмачтовый парусник. По его палубе сновали матросы. Иногда сквозь шум прибоя прорывались резкие окрики команд.
— И всё-таки я рада, что мы выбрались, — Айлин поглядела на корабль и легонько тронула пятками остановившуюся лошадь, — Честно сказать плавание меня вымотало в конец. Надо было взять передышку хоть на часок. Прежде чем нас снова задушит город.
— Качка? — поинтересовался я.
— Не только, — возразила девушка, — Не пойми меня неправильно. У нас в отряде хорошие ребята, но за последнюю неделю я от них устала. Они иногда так смотрят… — Айлин поёжилась, — Меня аж дрожь пробирает. Ну и манеры у них… Не на высоте. Представляешь, один прямо при мне достал свой шланг и начал мочиться за борт. Даже не отошёл из вежливости. И только когда я ему пригрозила, что превращу его хер в горстку пепла, если не прекратит… Да и остальные в этом плане тоже стеснительностью не отличались.
— Ну, тут уж тебе придётся понять и войти в положение, — я пожал плечами, — Нам и так стоило больших усилий выбить хотя-бы одну комнату под сортир, чтоб хотя-бы дамы не были вынуждены ходить за борт. Вот только для второй такой на барке просто не было места. Я тоже чтоб ты знала, справлял нужду именно туда. Не сходить же на берег, каждый раз, как кому-нибудь приспичит поссать.
— Да знаю я, — отмахнулась Айлин, — И всё понимаю. Просто всё это смешалось в одну кучу и… В общем надо было от этого отдохнуть. Кроме того… — девушка замялась, пытаясь подобрать нужные слова. Её лицо внезапно посерело. Плечи осунулись. Она зябко поёжилась, — Кроме того всё это мелочи, по сравнению с другим.
— Чем, — поинтересовался я, подгоняя пятками Гневко. Конь почему-то начал встревоженно стричь ушами, водить мордой и шумно втягивать носом воздух. Странно. Раньше он вёл себя достаточно спокойно. Может, устал выносить меня в качестве всадника? Или просто вновь буйный нрав разыгрался.
— Я тоже начала видеть сны, — мрачно бросила девушка, — И они мне совсем не понравились.
— Что увидела, — я легонько хлестнул Гневко поводьями. Дорога тут делала поворот, огибая скалу, но норовистый конь почему-то упорно отказывался идти дальше. Фыркал, бил землю копытом и стоял на месте будто вкопанный. С кобылой Айлин тоже происходило что-то странное. Она наклонила морду к земле и начала нюхать береговую гальку, изредка всхрапывая.
Девушка ударила её в бока пятками и хлестнула поводьями. Кобыла неохотно подчинилась. Видя это Гневко тоже прекратил упрямится и понемногу побрёл вперёд. Но тревога его не покинула. Я буквально задницей и бёдрами чувствовал, что конь напряжен словно натянутая струна. В любой момент готов сбросить с себя седока и ударить в галоп, уносясь прочь от этой странной скалы.