Черная смерть (СИ)
Глава 8
«Простые истины»
Путь до города прошёл на удивление спокойно. Людей на тракте почти не было. Твари тоже не маячили на горизонте. Лишь один раз нам навстречу попался крупный конный разъезд. Три десятка всадников спешили в сторону туманного перевала. Как раз туда, откуда мы спустились около часа назад. Должно быть до девяти башен уже дошли вести о заварушке в малых рифах.
Их командир заявил нам, чтобы мы немедленно дали дорогу его людям. Приказ на первый взгляд был абсолютно бессмысленным, ведь еслиб солдаты ехали в одну колонну, они могли бы спокойно разминуться с нашими повозками. Впрочем, несмотря на всю бессмысленность этого требования спорить с ним я не стал. Командиру похоже хотелось самоутвердиться, показав кто здесь главный, а нам не нужны были лишние неприятности. Тем более, в двух шагах от цели нашего путешествия.
Пришлось остановиться и отогнать телеги на обочину тракта. Конники тут же промчались мимо, через минуту скрывшись за ближайшим холмом, а мы двинулись дальше. Больше, до самых городских ворот нам никто не встретился, если не считать парочки кметов, бредших обратно к своим хуторам.
— Крамантин, — громко возмущался один. Рослый черноволосый мужик, на лице которого красовались несколько крупных красных волдырей, — Да пусть в гузно себе свой крамантин засунут. Что мне теперь с мёдом и воском делать, ежель меня на городскую ярмарку не пущают? Детей им кормить? Или продать этим засратым челночникам себе в убыток?
— И не говори, — добавил второй. Русый, низенький, широкоплечий, с густыми усами, — Ну да ничего, вот как понадобятся им мёд или кожа — сами к нам приползут.
— Держи карман шире, — рубанул рукой воздух первый, — Выпустят какой-нибудь хердикт, пришлют стражников и «изымут излишки» на благо королевства. И хорошо, ежели красного петуха потом не подпустят, раз…
— Тише ты, — шикнул усатый кивая в нашу сторону.
Второй замолк, тоже уставившись на нас, долгим изучающим взглядом. Как бы прикидывая, стоит подпускать нас ближе или лучше драпануть в кусты прямо сейчас. До кметов было ещё метров двадцать, так что небольшая фора у него была. Впрочем, немного подумав он выждал, когда мы с ними поравняемся, снял с головы шапку, едва заметно кивнул и бросил.
— Доброй дороги вам, господа хорошие. Куда путь держите и откуда?
— Известно куда, — улыбнулся я. Увидев эту улыбку, кмет едва заметно попятился, и явно пожалел, что не убежал в кусты полминуты назад, — В девять башен. А путь держим с севера.
— Из вольной марки? — удивлённо поинтересовался второй, — Давненько оттуда путники не хаживали.
— С севера, — равнодушно пожал плечами я, — Вы лучше вот что скажите, добрые люди. Что там с проходом в город?
— Да не пущают никого, — махнул рукой второй, — Окромя городских да знатных. Крамантин у них там какой-то. Говорят после этой… Епидемии его выждать надо, чтоб снова зараза не поползла.
— Дак ведь у них в городе то вся зараза и осела, — сплюнул первый, — У нас почитай только хутор Зденека зацепило. Ух и страху тогда натерпеться пришлось. Несколько дней стоял вой на всю округу. А потом тихо как в могиле стало. Ну мы с Боголем, — он покосился на своего спутника, — решили сходить посмотреть, что там деется.
— И посмотрели, на свою блядь, голову, — выругался усатый, — Кто нас тогда дёрнул вообще туда тащится.
— Ты же и дёрнул, — кивнул ему русый, — Я тебе говорил, не надо, Боголь. Зачем оно тебе? А ты, мол, пойдем, посмотрим, вдруг жив кто и им подмога какая нужна.
— Затем Алеш, что не по людски это как-то соседей наедине с бедой оставлять.
— Ну да. Надо её ещё и в свой дом притащить, — перебил его первый, — Чтоб ентим не так обидно было. Ну да ладно. Кто старое помянет — тому глаз вон. Так бишь, о чём мы, милсдарь…
— Генри, — поправил его я, — и можно без «милсдарь».
— Так вот, значица, милсдарь Генри, — продолжил кмет, начисто проигнорировав мою просьбу, — Подобрались мы тогда к хутору Ольрика. Легли в кустах, смотрим.
— А там на подворье… всё семейство! — перебил товарища Боголь, — На карачиках стоит над трупом собаки склонившись.
— Руками рвут из неё куски мяса и в пасти свои пихают, — полушепотом добавил Алеш, — А потом одна из этих… Дочка мельникова. Ей восемь лет от роду было. Встаёт. Бредёт к плетню. И смотрит прямо на нас. Невидящим взглядом.
— У неё по лицу кровь течёт, между зубов кусок мяса торчит, она смотрит на нас своими бельмами. А потом как завоет. У меня ажно юшка в жилах застыла, — продолжил Боголь, — Рванули мы тогда с ним оттуда так, что только пятки сверкали. Не знаю уж, почему эти вомперы за нами не погнались. Должно быть боги уберегли.
— А на следующий день их хутор солдаты ордена пожгли, да и тварей всех перебили, — развёл руками Алеш, — На этом всё и закончилось. Но то у нас тут. Что творилось внутри городских стен — страшно подумать. Еслиб не солдаты ордена, так перемёрлиб все наверное. Но слава богам, его бойцы защитили нас от этой напасти.
— Выходит проблему чумы решил орден? — поинтересовался я, мысленно пытаясь прикинуть масштабы влияния этих засранцев в столицы. Складывалось впечатление, что они весьма и весьма немаленькие.
— И не только её, милсдарь Генри, — кивнул русой головой Алеш, — Они огнём и мечом вымели эту заразу из нашего дома. А потом, когда в городе разразился голод — растрясли церковную мошну, закупили зерно и начали раздавать его людям. Много душ они тогда спасли.
— Святые люди, — поддакнул Боголь, — У меня сын к ним пошёл. В послушниках сейчас ходит. Говорит, скоро его в воители веры посвятят. А там, глядишь, может и в рыцари ордена.
— Чтож, благодарю за беседу, — кивнул я, фальшиво улыбнувшись. Было желание плюнуть, причём прямо им в рожу. Приходилось себя сдерживать, — Так стало быть в город не пускают?
— Токмо, если вы не благородный или не гражданин, — поддакнул Алеш, — Так что вертайтесь ка вы взад, туда откуда прибыли. Ничего вам там не светит.
— Там посмотрим, — покачал головой я, — Ещё раз спасибо за добрый совет. Теперь мы вам должны. Ну а долг, как известно — красен платежом. Так вот, на вашем месте я бы в ближайшее время поменьше шастал по окресным полям и на ночь запирал двери со ставнями на крепкие и надёжные засовы.
— Это ещё зачем, — удивлённо посмотрел на меня Боголь.
— Затем, что ваших вомперов мы видели возле малых рифов. Целый отряд, голов в пятьдесят, перебили. Но кто знает, сколько таких ещё шастает по округе, — Я тронул пятками коня и ни говоря больше ни слова поехал дальше. Крестьяне молча смотрели нам вслед.
Копыта лошадей вновь застучали по доскам очередного моста. Где-то позади поскрипывали телеги. Изредка ржали лошади. Звучали окрики караванщиков, которые, похоже, опять не смогли поделить дорогу.
— Мда уж… — многозначительно бросила Айлин, когда мы отъехали от кметов на почтительное расстояние, — Спасителей блин нашли.
— А чему ты удивляешься? — я равнодушно пожал плечами, — Для местных орден — действительно спасители. Победили заразу. Накормили голодных. Большинству и в голову не придёт, что не убей эти засранцы большую часть магов и лекарей, эпидемию скорее всего подавили бы в зародыше, а голода и вовсе бы не случилось. Ну, а тех, кого всё же такая мысль посетит, можно заткнуть. Теми или иными способами.
— Да ну, — хмыкнула девушка, — Не могут же быть все такими тупыми.
— Ты знаешь, как правильно организовать севооборот? — покосился на неё я, — В какое время чистить скотину? Чем её комрить? Как лечить, если вдруг заболела? Что такое троеполье?
— Ну… Нет.
— Вот и я не знаю, — я слегка натянул поводья коня, который снова начал убегать вперёд, — А для них это элементарщина, не знать которую может только идиот. Мы просто получили разное образование, и у нас разный масштаб кругозора. А ведь именно он и определяет структуру мышления.
— Вот только это элементарная логическая цепочка, — возразила Айлин, — Ребёнок бы догадался, что корень проблемы был именно в действиях ордена.