Поля Крови (СИ)

Нумеро смутился, плечи его поникли:
— Дорогая, я никогда не был уверен, что один из слуг не продаёт свои уши Воразу, — вскинувшись, добавил. — И я был прав, ты же помнишь!
Но Терсию это не успокоило. Не обращая внимания на мнущихся позади Нумеро воинов, она повысила голос:
— Так значит Креоду можно было обо всём знать, а мне нет? Старшим воинам можно было доверять, а мне нет? Если уж ты решил потешить себя железом, то разве нужно было скрывать это от меня? Неужели же я не поняла бы твоё стремление усилить гарнизон? А?! Я тебя спрашиваю, Нумеро! Ты столько лет мотал мне нервы с этой клятой шахтой, чтобы её Безымянный к себе забрал. Чтобы ты позабыл, что вообще называют слезами! За каждую ту слезу, которую я пролила по ночам!
Нумеро попятился, поднимая ладони:
— Терсия, спокойней, спокойней. Ты всё не так поняла, дорогая.
— Что я не так поняла? Где ты вообще шлялся месяцами, если деньги тратил не на поиски шахты, а на доспехи? Агдже питар!
Ладонь Терсии окутало пламя. Оно стекло с её пальцев на пыль под ногами, заставило её вспыхнуть дымом и свернулось там кольцами огненной плети.
— Может, ты сидел неделями в каких-нибудь тавернах? И хорошо, если только тратил деньги на вино. А может, ты искал там и другие удовольствия, а, Нумеро?
По шёлку одеяния Нумеро пробежала голубая волна. Он снова шагнул назад, забормотал:
— Стой, стой, стой. Да о чём ты говоришь? Поездки, я тратил всё это время на поездки, Терсия. Пересечь весь север, договориться с нужными людьми, вернуться обратно. Да всё это на конях, а не граухах, изображая из себя обычного наёмника.
— Обычного наёмника? Одного из тех, до денег которых так охочи девки в трактирах?
Нумеро понял, что всё идёт не так, как он хотел и перешёл к главному:
— Да, я не искал шахту слёз. Просто потому, что все эти годы знал, где она находится, — Терсия шагнула вперёд, вскидывая руку, и Нумеро выкрикнул. — Большая шахта, большая!
Терсия замерла, огненная плеть так и касалась кончиком камня под ногами, заставляя его шипеть и дымиться. Терсия переспросила:
— Ты знал, где была шахта?
— Да! Контрабандист всё рассказал. Но мы были слишком слабы, я был слишком слаб и молод. Если бы тогда прознали, что это не глупая выдумка, а правда, то меня бы быстро растерзали на Играх Предков, а наши земли бы разорили странные пришлые «бандиты». Ты же сама должна помнить те годы и те странные стычки.
Терсия опустила руку, задумчиво спросила:
— Так ты поэтому так хотел, чтобы Лиал получил равную с тобой силу?
— Да!
— И поэтому уговорил меня отослать его в Кузню?
— Да! Я подозревал, что Вораз что-то разнюхал. А теперь, когда он так нагло прислал к нам своих солдат, у меня нет в этом сомнений. Ведь свои земли гораздо проще обыскивать, чем чужие. Ты же сама знаешь, насколько в горах нашего Дома больше «бандитов» и «контрабандистов», чем у соседей. А ведь у нас даже нет нормального пути к королевству Андамо.
— Так если у нас всё это время были деньги, оружие и доспехи, так почему же наш сын поехал в Кузню с полупустым кошелём? Если ты годы ездил по всему северу, изображая из себя наёмника, то почему нашего сына не ждали в таверне Верде наши солдаты? Почему сейчас наш сын на юге один? Один, в то время как там вся армия Реола?!
— Дорогая, ну, как сказать...
Плеть рассекла воздух, заставив Нумеро отшатнуться в сторону.
— Глупец! Ты даже не подумал об этом!
— Терсия!
— Не смей уворачиваться! Наши солдаты должны знать, что глупость всегда наказывается!
  
Глава 4
 
— Ваше величество, мои люди сумели взять в плен одного Кровавого воина. Не поверите, на севере. Не иначе нам благоволят сами Хранители.
Король Лавой стремительно развернулся:
— Наконец-то! Древний?
— Простите, ваше величество, но нет. Он даже не Клинок.
Король скривился на миг, но затем гримаса сменилась усмешкой:
— Тем легче будет спрашивать.
Стремительно шагая по лагерю, он на ходу поинтересовался:
— Ему уже задавали вопросы?
— Нет, ваше величество, моим людям было не до того. Они с трудом оторвались от погони, да и...
 
Король Лавой махнул рукой, обрывая ответ, стремительным рывком обогнул своего проводника, первым оказываясь у входа одинокого шатра, что был окружён десятком идаров.
Откинул полог входя.
Внутри нашлись ещё человек семь: идары в шелках, адепт в традиционном для них одеянии из двух частей и простолюдин в лёгком плаще, с накинутым капюшоном. Но взгляд короля безразлично скользнул мимо них. Ему они были известны поимённо, со всеми их тайнами, способностями и слабостями.
Центральный столб этого шатра был раза в четыре толще, чем обычно. По сути, толстое бревно, вкопанное в землю. Бревно, к которому был прикован идар в иссечённом шёлковом халате.
В его происхождении не давал усомниться яркий узор на щеке.
Реолец.
В его сути не давали усомниться одежды без следа крови.
Кровавый воин, который закрыл раны и впитал в себя кровь.
Король Лавой остановился в шаге от реольца, негромко спросил:
— Судя по шёлку одеяния, ты из тех Кровавых, что в прошлом были идарами, не так ли? Один из тех, кого род Агуас награждает так за заслуги. Я прав?
Ответом ему стало молчание и презрительная улыбка.
Король Лавой и сам усмехнулся:
— Вижу, вижу. Мой вопрос и впрямь первый для тебя. Но я хочу услышать ответ.
Без слов к столбу шагнул один из идаров, на ходу выхватывая меч из ножен. Сталь меча засияла белым огнём, охватывая его аурой. А затем и по полотну шатра заструился голубой свет внешней техники, не позволяя вырваться наружу ни одному звуку.
Спустя несколько минут послышался измученный хрип:
— Хватит. Да, я из Малого дома Гамаурс, стал Кровавым двести лет назад.
Король Лавой улыбнулся, но идар так и не вытащил клинка из тела Кровавого.
— В чём причина нападения?
Кровавый промедлил лишь удар сердца, но сталь в его теле тут же провернулась, вырывая у него хрип:
— Хранители! Мы хотим разрушить ваших Хранителей! Должно остаться только одно королевство и это будет Реол!
Король Лавой скривился:
— Услышав такое из уст какого-нибудь сопляка реольца я ещё могу поверить, что он сам в это верит. Но раз ты прожил уже две сотни лет, то участвовал ещё в первой стычке Реола и Скеро. Ты-то отлично знаешь, что все Предки равны, как равны силы их потомков.
— Реол сильней!
— Вы просто выбрали другой путь после их ухода, но это не сделало вас... — король Лавой сбился, замолчал на несколько мгновений, а затем процедил. — Мне не нравится твоя ухмылка.
— Я не ухмыляюсь!
— И не нравится твоя ложь.
Идар без слов снова провернул сияющий меч в теле Кровавого, вырывая у него вопль.
Но крики не выходили за пределы шатра, а те, кто был внутри, давно привыкли к таким вещам. Кроме одного.
Кровавый взмолился:
— Хватит! Хватит! Вы же так убьёте меня! Что я должен сказать, господин?! Спросите хоть что-нибудь!
Король Лавой кивнул:
— Так всегда. Даже простой человек боится смерти, что уж говорить про таких как ты, которые прожили уже несколько человеческих жизней. Вы и смерти боитесь в несколько раз сильней, всегда, стоит вас только прижать в схватке, пытаетесь сбежать. Да, Рамой?
Идар, который и привёл короля к этому шатру, тут же подтвердил:
— Да, ваше величество. Все четыре Кровавых, которых я убил, никогда не пытались убить меня ценой своей жизни, а бросались бежать.
Король холодно улыбнулся:
— Слышишь, Кровавый?
— Меня зовут...
— Мне плевать, как тебя зовут!
Движение короля было почти неразличимым. Он ударил Кровавого кулаком с такой силой, что цепи пленника жалобно звякнули, пытаясь удержать его на месте, а меч, вбитый в него, располосовал ему грудь, заставляя кровь хлынуть ручьём.
И в этот раз она не спешила собираться обратно, втягиваясь в рану. Кровавый забился в оковах, захрипел.