Испорченный... (СИ)

— Все данные я получил. Я сейчас возьму у вас кровь и сделаю тест с некоторыми препаратами. Мне нужно знать, как вы реагируете на них.
Прежде чем я успела ответить, он твердо взял меня за руку, проколол мне палец. Собрав кровь, он отошел к столу. Дерьмо. Я сжала руку в кулак, чувствуя, как начинает быстро биться сердце.
Выдавив на стекло мою кровь, врач что-то капнул на нее из маленьких колбочек. Я смотрела, как его лицо приобретает хмурое выражение, с каждой секундой становясь все более и более задумчивым.
— Вы употребляете?
— Чего? — я подалась вперед, думая, что ослышалась.
— У вас в крови очень большая доза каких-то сильных веществ. Я говорю о наркотиках. То, что я буду в вас вводить, вступит с ними в конфликт и вы можете умереть.
Я не поняла, о чем он говорил, но спустя секунду на меня обрушилось осознание. Черт. Это были подавители. Только их я принимала последнее время. Я увидела еще более сильное отвращение в глазах Вавилона. Теперь он считал меня еще и наркоманом. Но, честно, сейчас меня это не волновало. Тем более, уже скоро я услышала следующие слова доктора:
— Я кое-что вам вколю, чтобы очистить кровь.
— Нет. — вот теперь ситуация становилась предельно опасной. Я сжала ручки кресла, чувствуя, как паника, словно огромное цунами, грозит вот-вот накрыть меня. Он очистит мою кровь от подавителей, и запах тут же вернется. Ему вообще нельзя было позволять касаться меня, но новость о Помпее выбила меня из колеи, и я не успела среагировать. — Я отказываюсь.
— К сожалению, мы оба не в том положении, чтобы от чего-то отказываться. — пробормотал доктор, продолжая что-то делать на столе. — Препарат безвреден. Выдохните и настройтесь, а я пока проведу другие тесты и все подготовлю.
С каждым вздохом мне становилось все тяжелее и тяжелее проталкивать воздух в легкие, которые будто бы сжались.
Мне нужно было что-то делать. Взгляд упал на скальпель на столе, который бросил Вавилон. Убить доктора? Нет, я не могу отнимать чужую жизнь, даже если бы доктор был полным отбросом. Тем более, что он был таким же заложником, как и я. У него наверняка была семья и дети. Но и моя жизнь будет сломана через несколько минут!
Кто-то словно забрал у меня всю удачу, которая позволила мне дожить до этого дня. Сначала Помпей. Теперь это. Мои мысли были в полном беспорядке, и разбегались, словно муравьи из подожженного домика, когда я судорожно пыталась поймать хотя бы одну из них. Да нет. Я сама была тем слабым муравьем, чей мир подожгли и он теперь полыхал.
Я так сжала пальцы, что ногтями они впились в кожу.
Черт, если я раню Вавилона, доктор может воспользоваться ситуацией и сбежать. Я не могу больше искать выход. Лучше я просто не найду.
Молниеносно схватив скальпель со стола, я вскочила, но, стоило мне развернуться, как моя рука резко остановилась, налетев на что-то.
Я медленно подняла взгляд. Вавилон стоял почти вплотную ко мне, возвышаясь, как скала. Его правая рука сжимала лезвие скальпеля, остановив его за секунду до того, как я на него бы набросилась. Из ладони медленно вытекла темная струйка крови, прочертив дорожку по предплечью.
— Я смотрю, ты занервничал, сукин сын. — медленно произнес Вавилон. — Наслаждайся последними минутами жизни, или сдохнешь уставшим.
— Я просто не считаю, что все эти сложности помогут. Какие-то препараты и анализы… Давай просто потрахаемся и уже разойдемся, — я криво улыбнулась. Как там сказал доктор? Для проведения анализов я должна быть в нормальном состоянии? Проклятье, как же сильно я хотела, чтобы Вавилон меня избил. Чем сильнее, тем лучше. — Так, что, афродизиак есть? Нет? Тогда хотя бы поцелуй меня, чтобы я расслабился. Нам же это делать не впервые. Начнем с малого, а потом постепенно продолжим. Может, даже втянемся.
Я продолжала держаться за ручку скальпеля, замечая, как ладонь Вавилона сильнее сжалась на его острие. Словно мысленно так сжимал мою шею. Его глаза налились чернотой и лицо перекосило от ярости.
— Черт, какой же ты нерешительный, — сказала на саркастическом выдохе. — Брезгуешь выебать парня? Или боишься, что понравится? Вот смотрю на тебя и понимаю, что второй вариант. Но не переживай. Мы никому не скажем. Промолчим о том, что великий и всемогущий Вавилон, оказывается, по парням.
 
Глаз альфы дернулся. И я словно в замедленной съемке увидела, как он заносит свою огромную ручищу, кулак которой был сжат в кулак. Собирается ударить. В голове промелькнула мысль, что это будет последним ударом для меня. Страх объял сознание, но я закрыла глаза. Приготовилась.
Вот только, уже в следующий момент ощутила, как передо мной встал доктор, который, до этого момента, слыша наш разговор, пытался потеряться в этой комнатушке и сделать вид, что его тут вообще нет:
— Прошу, не делайте этого, — он выставил руки в стороны. — Я хочу уйти домой живым. Для этого мне нужно провести анализы. Превратите его в избитое нечто — и я ничего не смогу сделать.
Проклятье, кто просил его лезть? Я чертыхнулась, в мысленной суматохе потеряв тот момент, когда врач взял меня за руку и сделал быстрый укол.
Я широко раскрыла глаза, смотря на каплю крови на своей вене. Он… Он вколол мне то, что растворит подавители?
— Ты?.. — прошептала панически, но не договорила. Врач меня перебил.
— Послушай, Николас. Тебя ведь так зовут? — он подошел к экрану и внимательно посмотрел на него. — Это вопрос звучит странно, но ты уверен, что не было никакой ошибки при создании тебе чипа? Или, может, у тебя какие-то проблемы со здоровьем?
Вавилон медленно перевел взгляд на доктора. Я тоже повернула голову, едва в силах выдавить:
— Что? — я поежилась. Кожу начало покалывать. То, что мне вкололи действовало слишком быстро.
— Я не вижу в твоей крови альфа-частиц. Я никогда не сталкивался с ошибкой при создании чипа, но в твоем случае те данные, которые я получил из базы, и те, которые вышли в результате моего теста, не совпадают. — он наклонился к экрану ноутбука, на котором было множество каких-то символов и графиков. — Подожди-ка… Этого не может быть.
Я видела, как меняется лицо доктора, когда он расширил глаза, уставившись на результаты. Он был потрясен настолько, что, казалось, сейчас просто захлопнет ноутбук, чтобы ничего не видеть.
Это значило только одно.
Я понимала это, но до последнего отрицала. Тем более, в этот момент мне было по-настоящему паршиво. Это лекарство, вколотое в мою вену, растворило подавитель за считанные секунды и тело обмякло обдавая жутким жаром.
Сознание взорвалось паникой и я, словно в тумане, наблюдала за тем, как Вавилон скользнул взглядом по результатам теста на экране, по всей видимости, понимая их больше меня, а потом медленно посмотрел снова на меня.
Вместе с этим, ветер, ворвавшийся в комнату, через открытое окно, пронес к нему мой просыпающийся после подавителей запах.
Вавилон сделал глубокий вдох и свел брови. Его глаза менялись. Становились звериными. Наполнялись непониманием и чем-то очень мощным. Еще один вдох. Потом следующий. С первых же мгновений дышал бесконтрольно жадно, будто бы и не мог иначе. А я испуганно вжалась в спинку кресла.
Альфа отпустил скальпель, а в следующий момент взявшись двумя руками за мою толстовку, просто разорвал ее, обнажив мое очевидно женское тело и перетянутую бинтами грудь.
Глаза альфы еще больше изменились. Он выглядел так, словно только что увидел то, чего просто не могло быть.
— Ты не парень, — сказал Вавилон, делая уже очевидный вывод. Вместе с этим опять вдохнул запах. Потер лицо ладонью, так, словно его крыло. — Омега.
Конец