Не причиняя зла (СИ)
После этого я устроилась в Турткуле, завела друзей. Но вот беда — Андрей Александрович прознал о том, кто я, и хотел шантажировать, затащить в постель. Я сбежала с Айнур в Астану.
Делая выводы из всего путешествия, я вновь и вновь виню Жамилю в том, что ко мне присосался этот уродливый псих, последовавший за мной в Германию. Где он сейчас? Ищет меня?
От размышлений меня отвлёк шорох снаружи. В окно я увидела движение. Сердце ударило под дых. Я быстро надела рюкзак, схватила газовый баллончик и спрятала его в кармане кофты, при этом держа палец наготове.
Не поддаваясь панике, я вышла на улицу и остановилась.
— Кто здесь?
Из-за пикапа выглянул золотовласый мужчина, который угощал меня шашлыком, и улыбнулся. Что он тут забыл?
— Прогуливался здесь, стало любопытно, кто остановился в этом домике. Он ведь значительно далеко от лагеря.
— Да, — только и сказала я.
Мы помолчали. Мужчина явно не собирался уходить.
— Почему вы отказались от мяса?
— Я… мне стало неловко. — Я чувствовала, как ладошка, державшая баллончик, вспотела. — Такой уж я человек — не очень общительна.
— Меня Маркус зовут. Я живу в Таллинне. Приехал отдохнуть с семьёй. Мы приезжаем сюда каждый год в это время. Бронируем домик на год вперёд.
— А вы хорошо знаете русский.
— Да. Я учился в Москве три года. — Он потоптался на месте, затем посмотрел на меня и кивком головы указал на берег. Волны бушевали, громко хлопали по мокрому песку, обливали пирс. — Хотите прогуляться?
— Может, чаю?
Не хотела я гулять с незнакомым Маркусом из Таллинна. И баллончик оставался на месте.
— А вы всегда носите на спине рюкзак? — спросил он, когда мы вошли под навес, и я принялась готовить нам чай.
— А? Я его почти не замечаю. Когда выхожу на улицу, беру с собой. Я ведь не знаю, что мне может понадобиться. — С этими словами я сняла рюкзак с плеч и повесила на спинку своего стула.
Маркус не сводил с меня взгляда. Я вдруг почувствовала себя неопрятной. Волосы небрежно были собраны в хвост, несколько прядей выбились из общей массы, свисая по бокам. Загорелое и опухшее после сна лицо оставляло желать лучшего. И тёплая кофта с карманами надета не по погоде. Но я ее не снимала. Подняла рукава до локтей и продолжила готовить чай. В кармане «оружие», способное меня защитить.
— А как вас зовут? — наконец спросил он.
— Элла, — назвала русский вариант своего имени. — Меня зовут Элла.
— Редкое имя.
Я лишь пожала плечами. Разлив чай, я поставила чашки на стол и села. А потом очень спокойным, вежливым тоном сказала:
— Значит, вы были в Москве. И как вам город?
— Очень большой. А вы, Элла, откуда?
Из Москвы? Из Стамбула?
— Из Энгельса.
— Ммм… никогда не слышал.
— Там стоит побывать.
— Возьму на заметку. — Маркус сделал глоток чая. — Вкусный.
— Обычный чай. Из магазина.
— Давно здесь отдыхаете? — последовал вопрос.
— С начала мая.
— Ого. Вы любите такой долгий отдых? — Я ничего не ответила. Тогда Маркус задал следующий вопрос: — Почему вы одна? У вас нет семьи?
— Нет, — коротко, но ясно.
Внезапно откуда-то раздался телефонный звонок, заставивший меня буквально вздрогнуть. Я уже слышала такой в своём сне. Маркус привстал, чтобы достать мобильный, и я вдруг подумала, что на самом деле слышала во сне реальный звонок. Вполне вероятно, что Маркус бродил на моём участке, пока я спала.
— Сестра зовёт, — сказал он, убирая телефон. — Мне нужно идти. Надеюсь, ещё увидимся.
Я не сводила с него глаз.
— Да.
— Есть мобильный? Бумажка и ручка?
Покрутив головой, я вспомнила, что в шкафчике лежит блокнот с ручкой. Я пользовалась им, когда нужно было в магазин, писала список необходимых вещей и продуктов.
Положив блокнот на стол, я снова села и сунула руку в карман. Мне было спокойнее чувствовать гладкую поверхность баллончика и кнопку.
Написав какие-то цифры в блокноте, Маркус подвинул его ко мне.
— Если вдруг будете в Таллинне, звоните. Город покажу.
Он встал, а за ним поднялась и я.
— Рад был знакомству. Head päeva! Всего хорошего! — сказал он, поднял руку в знак прощания, затем ушёл.
С минуту я смотрела Маркусу вслед. Когда его силуэт превратился в маленькую точку, я вернулась под навес и схватила блокнот.
Маркус Лаас
Юридическая консультация, Таллинн
+372 536 7000
Я ещё раз прочитала грамотно написанные слова.
— Он всего лишь юрист, — усмехнулась я.
Оторвала листок и положила в кармашек рюкзака. Надо будет вбить номер в папку на экране лэптопа, а потом отправить Дену. Мало ли, вдруг пригодится.
Ден. Мой верный друг. Он ведь понятия не имеет, что творится сейчас в моей жизни. Что-то кольнуло в сердце. Жутко захотелось написать ему, поболтать как раньше.
Я могу прятаться на этом острове вечно, а жизнь не стоит на месте. И сон, приснившийся мне сегодня, доказывал лишь то, что страх я придумала сама. Возможно, тот изувеченный человек вовсе не желает мне зла.
«Я так люблю тебя, Эла…»
Кто бы ни был тот человек, я не должна его бояться.
Вечером я собрала вещи и тронулась в путь. Паром уходил в девять, но я не собиралась задерживаться в Рохукюла. Той же ночью я отправилась в Таллинн.
Хватит! Пора распрощаться с отшельничеством и возвращаться к настоящей человеческой жизни.
Без страха, без боли, без зла.
13
Южная Корея, г. Чеджу
2022 год
Самолёт приземлился в международном аэропорту Чеджу — всего каких-то пять часов полёта. И если я чувствовала себя уставшей, то Хоа прыгала и скакала, будто не было никакой утомительной поездки. За все время она глаз не сомкнула.
Нас встречала ее старшая сестра Шин на крутой ярко-синей «хюндай». Они с Хоа были похожи как две капли воды. Если бы Хоа не сказала, что Шин старше на пять лет, я бы подумала, что они близняшки. Обе тоненькие, белолицые с кудрявыми волосами, доходящими до плеч. Они будто договорились завязать их в невысокий хвост. Разрез глаз у обеих был азиатский, миндалевидный. У Шин были выведены стрелки чёрной подводкой и пышные ресницы накрашены тушью, что визуально увеличивали глаза. Лица у них были хрупкие, детские, заострённые к подбородку. Необычные, но очень красивые.
Мы с Шин познакомились, обнялись, затем я забралась на заднее сиденье, а Хоа уселась рядом с сестрой впереди. Через пять минут под их корейский диалог я уснула.
Мне снился Су. Как будто мы снова бродили по бесконечной дорожке вдоль берега, направив свой взор на Гонконг. Я чувствовала его тёплую руку, пальцы наши были переплетены. Он рассказывал мне о своей жизни после моего отъезда. Я совсем не чувствовала боли, когда он сказал, что женился на той китаянке.
Это был очень странный сон, и прервался он на том, как я вдруг побежала вперёд, закричав невнятные слова.
— Эй, просыпайся. Приехали.
Я открыла глаза и увидела милое личико своей подруги Хоа.
— Это мой дом! — гордо сказала она, обводя рукой большой и красивый двухэтажный дом с коричневой крышей. — Сегодня переночуешь у нас. Да не бойся ты! Мои родители не кусаются! — Она потянула меня за руку. — Завтра поищем тебе квартиру, как и договаривались. Ты выглядишь просто ужасно.
Хоа показала мне комнату, и я, не разглядывая ее, рухнула на кровать и крепко уснула. На этот раз я не видела снов.
За ужином Шин спросила меня, чем бы я хотела заняться.
— Мне нужна временная работа. Не знаю, на сколько смогу задержаться здесь. Наверное, с документами будут сложности.
— Ммм… Посмотрим, что можно будет сделать. У меня друг работает в посольстве.
Посольство? Официальные документы? А если они пробьют мой паспорт и выяснят, что он фальшивый? Дать мой настоящий? Но где гарантия, что меня не вычислят?
Я поёрзала на стуле.