Не причиняя зла (СИ)
Я повернула голову, а к моей маленькой дорожной сумке тянется рука какого-то парня. Светлые волосы волнами ниспадали ему до плеч. Глаза голубые и выразительные. В ушах поблескивали гвоздики. Лишь жвачка во рту портила всю его внешнюю картину.
— А! — я выпустила ручку сумки, чтобы он мог ее забрать. — Спасибо.
— Ну, поехали! — воскликнула Вика и зацокала своими шпильками по асфальту.
Мы сели в дорогостоящий «шевроле». Я просто расплылась на заднем сиденье от усталости. Очки закинула в рюкзак, а кепку снимать было стыдно. Хотела подремать, но Вика тараторила всю дорогу, рассказывая про свой распрекрасный город.
— Бургас расположен в восточной части Бургасского залива, — говорила она. — Наш дом, кстати, находится в частном секторе недалеко от Терасаты. В общем, это смотрительная площадка. Там так красиво! А вечерами очень даже романтично. — Вика и ее муж, которого она так и не представила, улыбнулись друг другу. — В Бургасе столько музеев. Ты должна их посетить: этнографический, археологический, исторический и естественнонаучный. И это не считая множество выставочных площадок и интересных природных достопримечательностей. Элизабет, у тебя какая специальность?
А Вика не так глупа, как кажется на первый взгляд. С виду она слишком расфуфырена, но говорит четко и слажено.
— Туризм, — ответила я.
— О!
— О-о… — за Викой протянул ее муж.
— Ты нашла лучшее место для прохождения практики!
— Ну, да. Если бы не мой… двоюродный брат. — Дурацкое вранье Дена портило все мое впечатление. Сказал бы, что мы спим с ним, это хоть было бы правдой.
Несколько минут мы ехали молча. Вернее, Вика с мужем что-то негромко обсуждали, а я смотрела на море и ухмылялась. Как парадоксально уехать с одного берега моря на другой. Это ведь всё то же Чёрное море!
— Эл?
Когда Вика позвала меня, я вздрогнула.
— Можно я буду тебя так называть? От Элизабет?
Вздохнув с облегчением, кивнула.
— Кстати, имя не русское, — заметил муж-болгарин.
— Отец из Дании. — Это мы тоже с Деном обговорили.
— Как круто! — взвизгнула Вика, затем забралась ногами на сиденье, чтобы видеть меня. — Эл, ты не представляешь, в какой рай ты попала! У тебя будет своя комната. Не волнуйся, дом настолько большой, что ты можешь там потеряться. Сестра Христо живёт там с сыном, так мы неделями не видимся.
В моей голове зазвенел ее смех. Наконец-то, она сказала имя своего мужа, а то я бы так и прозвала его — муж-болгарин.
— А кто еще живет в доме? — осторожно поинтересовалась, чтобы пробить почву.
— О, сестра Христо с сыном и бабушка с дедушкой. Родители Христо живут отдельно. А сестра не замужем. Ее бросил парень на пятом месяце беременности, теперь она воспитывает Ешку одна.
— Сколько ему лет?
— Шесть. А бабушка с дедушкой живут на первом этаже. Ты их редко будешь видеть. Дом принадлежит им, на самом деле.
— Мой дедушка был военным, — добавил Христо. — Он заработал этот дом кровью и потом.
— О! О! — вскрикнула Вика, подпрыгивая почти до потолка. — Вон там можно пройти к Бургасскому мосту. — Она села. — Мы почти на месте.
«Наконец-то».
Мне очень хотелось спать. Половина информации пропущена мимо ушей, не запомнила ничего.
Машина остановилась около трехэтажного кирпичного частного дома. Из-за забора торчали ухоженные кустарники.
— Сколько здесь спален? — с любопытством спросила я, таращась на окна дома.
— Шестнадцать! — гордо сообщила Вика.
Ну, да. В отцовском московском особняке было двадцать семь спален. Не дурно. Отец Христо не посол, я надеюсь.
Меня проводили в комнату с множеством светильников и широкой кроватью.
— Ужин в семь. Если я не успею после салона красоты, спускайся сама. И никого не стесняйся. Чувствуй себя, как дома.
Вика так искренне мне улыбнулась, а я вела себя как заторможенная курица.
Стоило Вике выйти за дверь, я тут же нырнула под душ. А потом уснула крепким сном на мягкой постели — и пусть мир подождет.
***
Аргентина, г. Рио-Куарто
2020 год
Мы с Леандро лежали на белых простынях после занятия любовью, обнаженные и вспотевшие. Нашим отношениям уже целая неделя, и я с уверенностью могу сказать, что мне хорошо с этим человеком. Лежа на его плоском животе с закрытыми глазами, я кайфовала от того, как Леандро водит пальцами по моим рукам, спине, бедрам.
И вдруг он нарушил тишину, а за одно и мой кайф.
— Илеанна, почему ты никогда не рассказываешь о себе?
Я перевернулась на спину и закатила глаза.
— А что ты хочешь знать?
— Да много чего. Твой любимый цвет?
— Радуга.
Он улыбнулся.
— Любимая музыка?
— Алан Уолкер. Слушай, ты всерьёз будешь спрашивать про такую чепуху?
— На самом деле… — Леандро разлегся и принялся смотреть в потолок. А я разглядывала его профиль: темные ресницы, контур губ, мужественные черты лица. Он мне безумно нравился. — На самом деле, — повторил он, — я хотел бы узнать, где ты родилась, где выросла, кто твои родители… Ты ведь не аргентинка. У тебя акцент… ну, не знаю, может, колумбийский. Ты колумбийка?
Я знала, что рано или поздно он спросит об этом. Мой испанский не идеальный, и то, что я говорю с акцентом — это понятно. Я же русская турчанка.
— Ты прав. Я не аргентинка, — спокойно сказала, прекрасно зная, что скажу. На этот случай у меня давно были припасены отличные воспоминания о Кингсмэнах. — Я выросла в Небраске.
— В США?
— Да.
— Так ты американка? — В его голосе слышалось удивление, словно он не верил, что такое вполне возможно.
— Я… не знаю, кто я, — напустив на себя фальшивую грусть, ответила тихо и твердо.
— Как не знаешь?
— Меня удочерили. Откуда я родом, понятия не имею. У Лили, моей матери, есть еще старший сын. Мой брат Брайан. Но она мечтала о дочке, которую иметь было уже не суждено. Так и появилась я…
Леандро сел в кровати. Взгляд его выразительных карих глаз приковывал меня, лишал воли. Желание целовать этого мужчину было выше, чем сидеть и отвечать на вопросы, сочиняя при этом небылицы.
— Я видел твой паспорт, Илеанна. Ты гражданка Аргентины. Я…
Мой палец накрыл его рот.
— Леандро, я давно живу в Аргентине, училась здесь. Иди ко мне.
Мужчина улыбнулся, я притянула его за руку ближе к себе, а через мгновение его горячее тело обжигало мою кожу. Заметно возбудившись, я начала дразнить Леандро языком, страстно и нежно целуя в губы до тех пор, пока он не был во мне. Ничего лучшего я и представить не могла, когда планировала побег. Ужасные мысли о том, как сложилась бы моя жизнь, если бы сейчас в моей постели был Антон в качестве нелюбимого мужа, не давали покоя. О да, я бы точно не узнала, каким бывает секс с настоящим аргентинским мачо.
От разговора удалось увильнуть, но позже сама вернулась к нему, чтобы спросить Леандро о родителях.
— Они живут на юге, — сказал он. — В местечке под названием Вилья Рехина.
— Часто с ними видишься?
— Нет, — зарываясь носом в мою шею, пробурчал Леандро. — Только звоню иногда. Мы не очень дружны с тех пор, как я ушел из футбола.
— Ясно.
Утром, когда мы ехали на его «Амиго», я рискнула спросить:
— Леандро?
— Угу? — отозвался он. Мы как раз стояли на перекрестке, ожидая зеленый свет.
— А почему ты изменил Эрике?
— Потому что она меня достала! — Мотор заревел, и мы тронулись с места.
Всю дорогу я думала о том, что всё в его жизни выглядит слишком беспорядочно. Эрика изменяла Леандро, а он — ей. И почему она винит лишь его одного? А ребенок? Его ли он на самом деле? Почему же он не стал копаться в этом? Может, он знает?
— Илеанна, не думай об этом, окей? — сказал он, когда мы поднимались по лестнице. — Я не любил Эрику. Женился на ней, чтобы остепениться. Думал, что ответственность избавит меня от груза неправильных действий. Но при этом ничего не изменилось. Я много пил и гулял… да и Эрика ничем не лучше. Сейчас я не такой и…