Путь к дому (СИ)

— И правда. Но ведь с серебряной фляжкой будет красивей сказка?
— Да, но так ведь не бывает! А все должно быть как взаправду!
— Ну, ладно. Пусть она возьмет фляжку у принца.
— Без спросу? Так она же украдет! Разве Дага воровка?
Светлейший несколько растерялся. Сильвия не выдержала и посмеялась в голос. Элладиэль перехватил дыхание, боясь неосторожным движением спугнуть обеих слушательниц:
— Давай, она просто одолжит флягу у принца.
— Но она же бежала! — Сильвии пришлось закрыть рот ладонью, чтобы не выдать себя с потрохами.
— О, Мари, как тогда? — улыбаясь, сдался Элладиэль.
— Ладно, пусть возьмет, но потом всенепременно отдаст! — строго согласилась Мари.
— Так вот, Дага нашла брата, закованного в камень. Так Небесный Король Троллей наказал его, — Сильвия ожидала реакции девочки: живого в камень?! Но Мари молчала, это ее ничуть не смущало, в отличие от сумки, хлеба и платья. Элладиэль тоже выждал паузу, однако ожидаемого вопроса не последовало. И Светлейший продолжил:
— От брата Дага узнала, что злобный небесный король наказал его так за негодную службу. Мальчик плохо добывал золото. И теперь навечно наказан и никогда не сможет отправиться домой. Девочка пришла к Небесному Королю Троллей и попросила отпустить брата. Но злобный тролль сказал, что отпустит, только если она даст ему королевскую корону, пока он будет считать до трех
— У Даги ведь осталась корона! — едва не вскрикнула Мари. Девчонка явно внимательно следила за сюжетом!
— Да, но Небесный король об этом не знал! И дал слово, что отпустит, если Дага корону достанет. Он думал так проучить девочку за ее дерзость. Но Дага достала корону быстрее, чем он произнес слово: "два"! Королю пришлось держать слово. Он отпустил брата и сестру. И они вернулись домой.
— Да… здорово, — измученная Мари засыпала прямо на полу. Но вдруг встрепенулась: — А как же принц? Дага же убежала от него!
— А что принц? — спросил Элладиэль, напрягшись всем телом. — Ты переживаешь за флягу для воды?
— Нет. Принц же влюбился, а она его бросила, ничего не объяснив!
Сильвия замерла, боясь даже дышать.
— Ну… он же не спросил ее желания, — осторожно возразил Элладиэль. — Вот она и ушла.
— Но он же влюблен! — упорствовала девочка.
— Ладно, будь по-твоему. Принц очень тосковал по потерянной красавице из леса, зная, что никто другой не сможет так тронуть его сердце. Он допросил слуг и узнал, что Дага все-таки убежала на поиски брата, и отправился следом. Принц убил Короля Троллей, заодно и корону вернул, но Даги и ее брата там давно не было. И он долго искал ее по свету.
— Он ведь нашел ее, да? — девочка засыпала. Снадобье действовало.
— Да, нашел и она вернула ему флягу.
— Флягу? Какаю флягу? Ах, эту… Нет, она ведь могла бы сама вернуться к нему!
Элладиэль долго думал, что ответить ребенку:
— Но Дага ведь не любила принца! — наконец произнес Светлейший.
— Как она могла быть в этом уверенной? Может, потом полюбила бы, она же совсем его не знала!
— Мари, сказки должны быть как взаправду, — Элладиэль вздохнул.
— Так разве это невзаправду? — спросила Мари сквозь сон. Элладиэль хотел что-то ответить, но девочка уже спала.
Сильвия вышла из комнаты, забрала спящую Селену, давая таким образом Владыке возможность встать и положить Мари на узкую кровать к брату.
Элладиэль случайно, от усталости, едва коснулся ее рукой, и… она не отдернула. Он осторожно взглянул на Сильвию, ее лицо было задумчивым, спокойным, что-то новое скользило в чертах, новая мысль. Показалось?
Владыка взял ведро и вышел в ночь. И правда, что ответила Дага влюбленному в нее принцу? Ну… Ему это неважно. Принц же не оставил Дагу беременной на дороге голодать, и охоту на нее не устраивал!
Сильвия сжалась клубком, ласково обнимая спокойно спящих детей. Вскоре и она уснула крепко-крепко, драконица притихла и перестала скулить ежесекундно от ужаса.
Драконовы Сны.
Рыжеволосая красавица шла по ночному лесу, то и дело поправляя все намеревавшийся соскользнуть с огненной головы капюшон. Девушка со вздохом нервно перехватывала ткань. Было боязно, мало ли кто гуляет в лесу по ночам?
 
Вот хоть её саму взять! Ведьма, как ни есть. Даже с избушкой для ритуалов. Не дай Боже, кому заблудиться в лесу… Костей не соберет вовек! Ведьмы, они такие, хищные. Но ведь мужчинам нравятся хищницы, ей ли не знать? А хищники питаются мясом, ей ли не знать!
Красавица сильно удивилась новой поляне в знакомом лесу. Откуда ей тут взяться? Прежде же не было! Рыжая ведьма точно помнила, что не было прежде тут поляны!
Притягательные черты исказила злость — сколько ловушек! Демону тут ни за что не пробраться!
Но она не демон. Она человек. У нее только душа в закладе, но что ей душа? Какой с души прок? Верно, никакого, душа что есть, что ее нет! Отдать в залог то, чего, по сути, никак не ощущаешь, не это ли выгодная сделка?! А цена за безделицу высока — необыкновенная красота. И теперь простая дочь крестьянина — жена барону. Кто не останавливает на баронессе взгляда? Нет таких. Она всем желанна, каждый найдет ее красивой.
Власть, деньги, и красота, и скоро баронесса — госпожа мира. Желтоглазая так и посулила, если сможет быть полезной в деле.
А делов-то! Следить за двумя непонятно как здесь очутившимися чужестранцами и их девкой. Одна беда — к дому больше не подойти! Этот глупый размазня все испортил, и масло девчонка все равно не взяла. Вот рохля! Щенок, в нее влюбленный. Хорошо, хоть он ничего не знал. Иначе… Ох, и несдобровать бы им всем! А вот если бы девка съела хоть немного того масла…
Масло ей сама Желтоглазая дала. Сказала, что это ценность большая. А на вид масло как масло. «Оно отравлено, что ль?», — спросила деревенская ведунья, по совместительству баронова жена. Желтоглазая усмехнулась: «Там увидишь. Все увидят! Лицо она свое истинное покажет! А ты смотри и запоминай. Её кровь вернет нам королеву Ада! Служить ей будешь…».
Рыжей баронессе совсем не понравилась идея, что она будет служить какой-то замарашке. Как-то мельком баронесса видела девчонку издалека — худющая, изнеможденная, и годков-то, поди, не больше семнадцати. Но девка-то шустрая! Таких кобелей себе прижила! Комендант говорит — братья! Как же! Ври больше! Братья они ей…, а дети тогда чьи?! Интересно, который отец?
Баронессе нравились оба. Аж нутро сводило, как нравились. Темный — строгий такой, как из камня выточенный, а брат его мощнее, больше. И с кем слаще? Вот бы с обоими… Но Желтоглазая строго-настрого запретила к "братьям" подходить. Сказала, очень опасные. А еще предупредила, что ни о чем нельзя думать рядом с ними, научила прятать себя. Долго тренировала. Особенно велела беречься старшего, светловолосого.
Однако у баронессы на все свое мнение было. Ей никто не закон! Захочет и подойдет. Неужто она себе такое тело просто так купила? Чтоб старый барон по ночам неумело мял? Надо бы и с ним разделаться. Но это потом, позже. Вот выполнит задание желтоглазой, и….
Баронесса искала любую мелочь, каждый день искала, но вот уже несколько месяцев ничего не находила: ни сучка, не задоринки. Никак демонам не пробить барьер, все просчитал этот беловолосый маг. Даже кровь свою, упущенную.
На лиги вокруг — лишь совершенные ловушки! И сам охотник, похоже, никогда не спит. Ну хоть бы что-то найти! Желтоглазая становилась все злее. Все чаще напоминала ведьме о закладе.
Сегодня все могло измениться, что-то у «гостей» пошло не так. Привычная уже проверка не успела до замка докатиться, жгучая страшная сеть не появилась. Потому баронесса и рыскала теперь по лесу…
Сложно как, без подсказок-то! Однако поляну баронесса все-таки нашла. Зрелище было необыченое: наполовину выжженая, наполовину густо заросшая травой, поляна хранила в себе такой заряд чар, что можно было зелья одним только словом создавать, даже без ингредиентов! Одна беда, вся растительность будто в одночастье расцвела и тут же завяла.