Путь к дому (СИ)

Девочка даже не заметила змеи с золотыми глазами…
Сироты. Никому не нужные дети. Сироты не живут долго в мире людей. Так уж этот мир устроен. Ни приютов, ни попечителей.
Сознание волной вернулось Светлейшему, он вскочил и побежал — только бы успеть! Ветки цепляли длинные пряди, и ломались от прикосновения с ними, но он этого не почувствовал.
За несколько секунд Элладиэль добежал до девчушки. Светлейший Владыка не подумал ни об укрывных чарах, ни о иных способах скрыть природу Старшего. Таким перед ней и предстал — золотовласым богом с сияющими глазами. Невероятный, холодный и грозный. Девочка помертвела от трепета и ужаса…. и Элладиэль уже знал этот взгляд, у его «обещанной» бывал такой.
Элладиэль приблизился к сиротам и склонился над мертвым ребенком. Девочка отпрянула, и этот взгляд он знал. Сильвия делала так всякий раз, когда он подходил ближе. Отчаяние смешалось с ужасом и страшной обидой. Обидой, что все это случилось с ней. "Так вот, что ты чувствуешь, Сильвия", — с горечью убедился в собственных догадках Элладиэль. Но сейчас он должен подойти!
Он протянул обе руки к ребенку, золото его магии потекло в уже пустое тело. Сколько болезней! Мальчонка был не жилец и без ягод! Аппендикс разорвался — не ягоды его сгубили мальчишку, а перитонит! И все же душу надо вернуть в пусть и столь больное тело.
Элладиэль уже делал так, но всякий раз он рисковал не вернуться. Он отвязал своё астральное тело от физического. И по-новому осмотрелся. Душа мальчика стояла потерянная прямо на дороге. Мальчик, верней его душа, пытался поговорить с сестрой. Он не понимал, что мертв. И страшно злился, чуть не до драки, что сестра его не слышит и не слушает. Он мучился несколько дней, и только вот ему стало хорошо, так она вздумала с ним не разговаривать! Зараза!
"Как тебя зовут?", — спросил Элладиэль.
"Григ!", — уверенно отозвался мальчик. Элладиэль вздохнул с облегчением — мальчонка еще помнит своё имя!
"Григ, тебе надо сейчас вернуться в тело. Будет очень плохо. Но ты же любишь сестру, ты ведь не оставишь ее одну, верно?! Я помогу! Хорошо?".
"Я, что… выходит… умер?"
"Тебе решать".
"Здесь хорошо, ничего не болит и есть не хочется", — задумчиво произнес мальчик.
"А она?", — тихо спросил Элладиэль.
Мальчик вздохнул и подошел к сестре, с досады толкнув её в бок, но девочка этого не почувствовала. И скривился, глядя на свое несчастное тело. Худое, грязное, все в нечистотах. Посмотрел на свою прозрачную и чистую руку. Трудно было не увидеть контраст:
"Фу, какой я запаросший!", — и все же Григ покорно лег обратно. Элладиэль только улыбнулся.
Резким усилием он вернул астральное тело в физическое. Шумно вдохнул перехватил дыхание. Девочка сидела, не смея шелохнуться. Она уже даже не плакала. А Элладиэль скреплял заново душу и тело мальчика, тот снова застонал и его затошнило.
— Идем! — позвал Владыка, но девочка не шелохнулась. Тогда Элладиэль подхватил обоих детей: девочку закинул на плечи, а мальчонку понес на руках.
"Алеон! Быстрей — перетонит!".
"Что?!", — он услышал в голосе темного настоящий ужас. Сколько ему потребуется времени, чтобы добежать от бароновой фазенды до их дома?
"Просто быстрей", — не стал вдаваться в разъяснения Владыка.
Элладиэль добежал до дома первым. Он резко остановился, опустил детей на землю и туго заплел косу.
На неожиданный шум из дома вышла Сильвия. Она округлила глаза.
— Прошу, помоги. — попросил Элладиэль. Сильвия с глубоким непониманием продолжала смотреть на него прямо. Старший продолжил. — Мальчишку нужно вымыть. А я пока смешаю травы для его сестры.
— Владыка, вы не тронете ребенка! Я не дам! — очень резко отозвалась Сильвия. Он изумленно посмотрел на нее. И только теперь понял: на днях он вскрывал лягушку, проверяя действие лекарства… Он бы обиделся, но то, как она встала на защиту мальчика, забывая любой страх, не могло не восхитить! Именно такой она была в их первую встречу! Такой свела его с ума одним только взглядом! Правда сейчас было уже не до лирики, одернул ход мыслей Владыка:
 
— Госпожа Сильвия, ему нужна помощь. Нужна операция. Мальчик умирает. Так вы мне поможете?!
— Да, конечно, — Сильвия явно растерялась и смутилась, её поспешность в суждении была опрометчивой. Но времени на дальнейшие разбирательства уже не было. Она быстро раздела мальчишку, навела теплую воду со щелоком и тщательно вымыла. Бедолагу тошнило ежеминутно.
— Потерпи, — прошептала она несчастному ребенку.
В избу влетел Алеон. Он метнул взгляд на Сильвию, на люльку с малышами, а потом и на стонущего мальчика и его насмерть перепуганную сестру. Ужас сменился резким облегчением. И полным недоумением.
— Зачем? — спросил он в слух. Чужаки могли быть кем угодно! Это небезопасно! Во взгляде Алеона читался главный завет эльдаров: «Старшие не вмешиваются в дела младших. Это закон».
"Пожалел", — Элладиэль и сам не знал зачем. Просто вспомнил, что совсем недавно кто-то сильный так же пожалел его детей. Там, на морском берегу…
"Ясно", — больше Старшие между собой не говорили.
Сильвии пришлось забрать малышей и уйти с ними в лес. Без магии эльдарам было не обойтись.
Мари, так звали девочку, так и сидела, не смея пошевелиться. От ужаса она не могла выпить отвар. С братом делали что-то невозможное прямо у нее на глазах. Элладиэлю пришлось опутать девчонка чарами с головы до пят. Он бы отпустил её в лес вместе с Сильвией, но она тоже наелась ягод….
Бедная Мари решила, что она попала в лапы к чудовищам, как прежде Сильвия решила, что ребенка принесли пытать или убивать во имя эксперимента. Но только Сильвия хотя бы знала, что такое операция, а девочка, маленькое и неразумное дитя этого мира, знала только, что такое нож и рана от ножа.
Алеон, как мог, ей объяснял. Но девочка их попросту не понимала. Она плакала, не смея умолять. А потом притихла, забилась в угол и смотрела оттуда огромными от ужаса глазами на страшных и кровожадных чудищ из детских кошмаров. И когда Старшие наконец закончили, Элладиэль сделал полшага к ней. Девочка пронзительно закричала. Ее колотило.
Алеон вздохнул, он не знал, как договариваться с невменяемыми. Темный старший ушел за Сильвией и детьми. Элладиэль прибирал комнату после операции. Складывал инструмент: то немногое, что по странному наитию он взял из Поднебесной, или что просто смог найти уже в мире людей.
— Мари, так тебя зовут? — начал Элладиэль, имя он нашел в мыслях её брата. Девочка не разжала губ. — Твой брат поправится.
Девочка даже плакать не могла от ужаса. Все же, ему надо было вывести ребенка во время операции из комнаты, но он побоялся — девочка и сама была плоха, приходилось смотреть еще и за ней. Однако, кровавая картина потрясла ребенка до глубины души.
— Ваши родители умерли этой весной, когда был мор. И остались вы одни. Верно?
Девочка молчала. Элладиэль никак не мог придумать, как вывести молчунью из ступора. Вернулись Алеон и Сильвия, но они сразу ушли в соседнюю комнату. Алеон отправился отрабатывать дежурство у барона, теперь еще и за Элладиэля. И Светлейший снова остался один на один с обиженным и измученным ребенком.
— Брат очнется к утру, — пообещал девочке Старший. Но она опять никак не отреагировала, даже мыслями. Он вздохнул и продолжил:
— Сегодня тебе есть нельзя, но придется много пить. Скоро начнет сильно тошнить. Я побуду с тобой, пока вся отрава не выйдет.
Ребенка и правда скоро затошнило, на что девочка заплакала горько-горько. Элладиэль аккуратно подставил ведро. Он бы использовал красивую магию, но за стеной были Сильвия и дети. Магия больше недопустима.
Селена опять заревела. Сильвия пыталась успокоить ребенка. И тут очнулся Эндемион. Элладиэль вздохнул и осторожно постучал в соседнюю комнату. Ему открыли.
— Госпожа позволит? — Элладиэль забрал Селену себе. Вместе с плакавшей малышкой он вернулся к больной Мари.