Бьерн. Том 4 (СИ)

Тут же изволь по девять часов провести в шахте или цеху, ударно трудясь. И это ведь у меня ещё нормированный рабочий день, на мануфактурах континента всё намного хуже. Но, всё же, народ крепкий, вытягивает нагрузки.
И хотя город, в целом, закрытый, и покидать его, если ты мастер на производстве, нельзя, чтобы не разнести секреты по пьяни или за деньги. Но слухи идут, и люди едут, не считая это особым недостатком, здесь привыкли всю жизнь проводить на одном месте.
Вообще, если бы у меня была задача начать технологический прогресс в этом мире, то я бы её уже выполнил. Развитие остановится, только если на остров завтра упадёт метеорит, который уничтожит нас и все страны на континенте. Там ведь тоже уже появляется порох.
Ещё раз довольно оглядев город, неспешно пошёл в сторону дома, размышляя, чем бы сегодня заняться. Производства работают, дети и взрослые посещают школы, химики и маги двигают науку. В железе копаться слегка надоело. Всё, что я мог вспомнить по автомобилям, уже давно выложил. Теперь дело за мастерами.
Может, посетить нефтяное месторождение, где распоряжается Войцех и бывший главный алхимик Бродно? Но там я и вовсе ничего не подскажу, о добыче нефти знаю примерно столько же, сколько про искусственный каучук. Главное, что нефть качают, перегоняют, и перебоев в поставках нет.
В городе, чтобы не толкаться, я запрыгнул на крыши, и уже через минуту пробежки с прыжками оказался дома. Одно из немногого, что мне не нравится в нынешнем статусе. Если я решу пойти по улице, то подобное, в итоге, превратится в долгую миссию с выслушиванием просьб и пожеланий горожан.
Или, как вариант, ходить в кольце охраны, которое никого ко мне не подпустит. Что тоже не очень хорошо выйдет, в свете нового закона. Больше недели назад вышел манифест, подписанный мной и Элеонорой, об отмене сословного деления на Полуденных Островах. Не первый уже, конечно, документ.
До него были о земле, об учреждении министерств, образовании, налогах. Собран первый парламент, который будет уточнять законодательную деятельность. Государство уверенно приобретало черты упорядоченной структуры, а не феодальной вольницы.
Я неспешно собрался, оставил записку Фионе и через час плыл на грузовом корабле обратно в Бродно. Пора опять вникать в дела государственные, хватит просто отдыхать, возясь с железом и отправляя в Лес океаны маны.
Капитан судна выделил мне свою каюту, в которой я, впрочем, только спал, в остальное время чаще сидел на корме возле двигателя, развалившись на накинутом поверх ящиков с запчастями соломенном матрасе.
Таких кораблей курсирует уже почти сотня. Всё это старые переоборудованные суда, обеспечивающие перевозки по рекам или прибрежной зоне. Всё, что сейчас строят верфи в Вышгороде, уходит на морскую торговлю.
Наши товары пользуются спросом. И, что удивительно, продукция мирного назначения приносит намного больший доход, чем военная. Все эти лампы, сковородки, лопаты, котлы и бруски металла на подковы. Производится оно в огромных количествах, и в таких же уходит на континент. И на всём есть чеканка, что товар сделан на Полуденных Островах.
Полезная пропаганда, как и слухи, распускаемые нашими торговцами. Впрочем, нам и не нужно лгать. Налоги ниже, работы навалом, а сейчас ещё и декларируемое равенство перед законом. Скорее, простому крестьянину сложно поверить, что подобное возможно, и его не обманывают.
Зевнув, почесал в затылке и сел прямо, концентрируясь на скверне. Внятный приказ силе, и мир вокруг замедляется. Выдержав несколько секунд, расслабился, позволяя энергии вернуться в состояние покоя. Магия времени, да?
Фиона хмурится, когда заходит разговор про этот трюк. По её словам, выходить он у меня не должен. Но, тем не менее, получается, и с каждым разом всё лучше и лучше. Правда, всё равно остаётся очень затратным. Вот и сейчас запасы личной скверны сильно упали. А я потратил именно свою энергию, а не черпал из Леса.
Теперь я так могу. Можно сказать, что мне дали права продвинутого пользователя. И чем больше энергии я отдаю, тем больше мне позволяется. Тело пропитано таким количеством скверны, что иногда приходится напрягаться, чтобы это не становилось видно окружающим. А если полностью заполнить подросший резерв, то на человека уже не очень похож. Просто залитый тьмой силуэт с тёмным маревом вокруг.
 
Да и наплевать, главное, что скверна стала лучше контролироваться, и я, возможно, проживу немного дольше. Поднявшись с насиженного места, прошёл на нос судна, смотря, как впереди медленно проступают стены Бродно. Улыбнулся, вернулся в каюту, подхватил рюкзак и, через час, натянув на голову широкополую шляпу, смешался с толпой на оживлённом причале.
А ещё через полчаса уже обнимал Элеонору и игрался с детьми. Меня не было четыре месяца. Крошки подросли, отъелись, теперь не так страшно касаться.
Маленькая Фрида заплакала, стоило мне взять её на руки, чувствуя через скверну подавляющее количество силы. Улыбнувшись, я транслировал ей через заражение свою радость и спокойствие.
Девочка озадаченно замолкла. А после крепко обхватила мой палец и довольно засопела.
— Чувствует скверну? — поинтересовалась бывшая принцесса, аккуратно обнимающая Натана.
— Да, — кивнул, аккуратно укладывая уснувшую дочь в кроватку.
— Со скверной точно не будет проблем? Может, ты вытянешь из неё заразу?
— Там не много осталось. Через пару месяцев само рассеется. Не хочу навредить.
— Ладно, тебе лучше знать, — отмахнулась она и, нахмурившись, поинтересовалась: — Лучше скажи, почему тебя так долго не было? Стоило ли оно того? Что нового?
— Если всё будет хорошо, через пару лет в вонючих полях не будет необходимости, наоборот, мы сможем производить столько кислоты, что её хватит даже на удобрения. Уже сейчас они смогут производить больше пороха, чем мы получаем через сборщиков.
— Мог бы оторваться и приехать хотя бы на пару дней…
В её тоне сквозила обида. Шагнув, я обнял девушку, прошептав на ушко:
— Готов загладить вину!
Она посмотрела на спящих детей и лукаво улыбнулась:
— Попробуй!
Я рассмеялся и, подхватив пискнувшую жену, зашагал в сторону спальни. Будем отрабатывать задолженности!
Уже на следующий день, далеко за полдень, весьма довольный прошедшей ночью, я стоял перед строем бойцов, пожелавших стать нашими будущими гвардейцами. Взрослые мужчины, около тридцати, у всех есть дети, что выступало непременным условием. Это те люди, кому имело смысл открывать магический источник.
Что и было сделано, после чего они полтора месяца тренировались в прокачке маны зарядкой накопителей и активацией рун. Подобная работа позволит им относиться к скверне как необычной энергии, своенравному аналогу маны, облегчит контроль и влияние на разум.
Пройдясь, заглянул в глаза каждому из тридцати человек, и не увидел там ничего, кроме нетерпения. О рисках и последствиях все предупреждены, объяснять и предостерегать повторно смысла нет. Так что я просто негромко произнёс:
— Вы знаете, зачем вы тут. И надеюсь, вы будете достойны этой силы!
— Служим Империи! — раздался мне в ответ уверенный рокот всего строя.
Оскалившись, кивнул Аязу, который поднёс мне литровую кружку вина. Прикрыв на секунду глаза, я зачерпнул больше силы в Лесу, сосредоточив её на своей руке. И, достав кинжал, резанул ладонь, смотря, как в напиток упали чёрные капли. Несколько секунд шла кровь, потом рана закрылась.
— Пейте.
Взяв кружку у ученика, отдал её одному из бойцов, наблюдая, как он делает маленький глоток и передаёт следующему. Когда выпили все, у первого скверна уже оплела его магический источник, выдаивая ману до капли. Убедившись, что зараза прижилась, перешёл к следующему.
Не всё получилось сразу, для полудюжины пришлось готовить «коктейль» заново. И только потом я удовлетворённо кивнул будущим гвардейцам. Мужчины довольно улыбались, перешучивались, обсуждали планы тренировок с Аязом.
Работать им придётся очень много. Лишь так можно гарантированно заставить скверну работать на усиление и самовосстановление. Хотя, моя кровь и работает как зелье, но долговременный эффект — немного другое.