Бьерн. Том 4 (СИ)

Десять минут спустя я смотрел в иллюминатор на мелькающие внизу поля и рощи, и шуршал документами в руках. Наша промышленность довела до ума большой планер, так что теперь можно летать в комфорте и намного быстрее.
Заработавшись, заметил, что мы прибыли, только когда шасси коснулось взлётной полосы. Очередной электромобиль, и дорога повела нас в сторону заводов Железногорска. 
По пути, на поле, я увидел огромного, медленно шагающего, голема. Его даже «на доработку» привозили в Бродно год назад. Обвешали пушками и заставили разносить мишени на полигоне.
Думаю, шпионы с континента достаточно возбудились. Как же, огромная огневая платформа, островитяне самые продвинутые, нужно сделать лучше и больше…
Машина остановилась возле недавно достроенного здания городской администрации, и я, через открытые для меня двери, прошёл внутрь.
— Её Величество в лаборатории, господин, — поклонился охранник при входе.
Кивнув, я свернул налево, направо и толкнул двери, входя в святая святых Фионы — её лабораторию. Большой зал был заставлен оборудованием и станками, тут и там в воздухе висели иллюзии, а по центру, над большим столом, находилась полная иллюзорная копия какого-то прибора.
Замерев, остановился, смотря, как блондинка руководит полудюжиной людей, допущенных к ней в помощники.
— Нет, госпожа, всё же, не выгодно получается. Рунный контур будет эффективней и дешевле. Иначе должен быть каскад из сотен таких. При огромных объёмах, может, и сравняется по выгоде, но у нас таких нет! Проект невыгоден!
— Все так думают? — окинула взглядом собравшихся Фиона.
— Да нечего тут думать, ваша божественность, — отмахнулся другой парень, поддержанный согласными возгласами остальных. — Это не выгодно! Руны работают уже сейчас, а там никогда не будет тех объёмов, как в обычной металлургии.
— Тогда проект «Центрифуга» закрываем, — согласно кивнула блондинка.
Повела пальцем в воздухе, и иллюзия над столом сменилась моделью крупнокалиберного пулемёта.
— Касси, твою модель клинит после полусотни выстрелов.
— Как и ожидалось, госпожа, — пожала плечами единственная девушка в команде, кроме Фионы. — Я доработаю.
— Хорошо. Трудитесь.
Бывшая богиня сняла с рук перчатки, с помощью которых управляла иллюзией, и неспешно зашагала в мою сторону.
Усмехнувшись, вышел из мастерской и зашёл в кабинет рядом. Захлопнулась дверь, и блондинка оказалась у меня в объятиях, перешедших в затяжной поцелуй. 
Шагнув назад, я открыл спиной двери небольшой спальни. Миг, и мы рухнули на кровать, теряя по пути одежду.
Я две недели не видел свою вторую жену. Соскучился!
Ночью же проснулся от писка дверного звонка. Специально сделанного громким, чтобы было слышно и в спальне. Забавно дёрнулось длинное ухо Фионы, и она лениво открыла глаза.
— Я посмотрю, приводи себя в порядок, — зевнул, натягивая штаны.
Так, полуголый, и открыл дверь, недовольно уставившись на гвардейца из охраны блондинки.
— Началась война! С континента вышел флот вторжения!
Наконец-то! Последние месяцы мы ждали этого со дня на день. Надоела неопределённость. Так что я даже как-то облегчённо выдохнул и попросил встревоженного парня:
— Несите завтрак. И готовьте самолёт.
Гвардеец стукнул кулаком по груди и исчез. А я, почесав затылок, повернулся и, потеряв по пути штаны, завалился в душ к Фионе.
— Что там? — лениво спросила она, выгибая спину, когда я её обнял.
— Война!
— Какая жалость… Но ты не останавливайся, подождут!
— Будет исполнено, моя богиня! — хмыкнул, беря в руку немного мыла.
Через полчаса, за завтраком у неё в кабинете, поинтересовался:
— Полетишь со мной?
— Да. Надо же посмотреть, как будет работать всё то, что мы построили?
— Посмотришь, — усмехнулся я.
Пока мы добирались до Бродно, весь остров облетали радиосигналы, заставляя просыпаться нашу армию и флот. Выдвинулись самолёты-разведчики, собирая информацию о враге, пытаясь соотнести с тем, что мы знали заранее. 
Я могу гордиться: нас восприняли очень серьёзно. Может, поначалу, первые полгода-год после изгнания «высших» королевства и считали нас нищей рваниной, но сейчас? С учётом количества и качества наших товаров, оружия и технологий? Нет.
 
Мы дали миру дешёвую ману. Сначала порох, а потом, к сожалению, двигатели и электрогенераторы. Вместе с открытием алюминия это изменило всё. Сотни проектов, спящих со времён катастрофы, вынуты из закромов вместе с новыми идеями.
Весь мир лихорадит. Новые открытия, изобретения, возможности. Грядёт большой передел мира, где свой кусок отберёт тот, кто лучше готов. И королевства не скупятся, щедро кидая деньги на любой, кажущийся перспективным, проект.
К примеру, мы точно знаем, что на вооружении Алларии стоит несколько тысяч пневматических винтовок. Ибо пороха не хватает категорически, не успела под него создаться производственная инфраструктура.
Поход на нас — это, в целом, просто попытка устроить маленькую победоносную войну с обкаткой новых технологий в реальном бою. И, к сожалению, никто из королевств не оказался настолько глуп, чтобы попробовать напасть в одиночку. Судьба «высших» оказалась очень наглядна.
Самолёт сел, и машина понесла нас с Фионой в город. Большое, недавно построенное здание штаба вооружённых сил встретило нас распахнутыми дверями и суетой. Под ногами мелькнул асфальт, ступени, ковровая дорожка, и мы вошли в святая святых нашей армии.
Огромный иллюзорный глобус мира поднимался над круглым столом, вокруг толпилось три десятка человек, обсуждая обстановку. Сюда стекались все данные о передвижении войск.
Нас встретил острый взгляд Элеоноры, и по её команде глобус свернулся в плоскость, на которой отобразились вражеские корабли и наш флот. Конечно, пока не в реальном времени, а исходя из отчётов лётчиков. Над океаном в том районе постоянно кружили самолёты, передавая данные по радио.
Поцеловав принцессу, поднявшуюся с кресла мне на встречу, оглядел карту и поинтересовался:
— Свен будет к вечеру?
Жена кивнула, и я сконцентрировался на обстановке. По морю шло около сотни кораблей. Что, на мой взгляд, как-то малковато. Я хмуро поинтересовался:
— Они не везут десант отдельно? Это только боевые корабли?
— Да, господин. Насколько мы знаем, они решили не рисковать. Наши суда себя хорошо показали в стычках с пиратами, и они не захотели терять воинов, — пришёл ответ одного из офицеров.
— Жаль, что они не идиоты — хмыкнул я.
Наши суда сейчас загружают дополнительный боезапас, принимают на борт медиков, и к вечеру будут готовы выходить в море. Враги собираются дать большую битву на море, а не прорваться для десанта всем, что есть. Что, кстати, у них, скорее всего бы получилось, но утопили бы мы при таком раскладе тысяч двадцать человек, а, может, и больше.
Тем не менее, у нас есть три десятка кораблей, совмещающих парусно-дизельный ход. На каждом установлено по два орудия в сотню миллиметров. В наличии фугасные снаряды с небольшим замедлением взрыва, и несколько ящиков обычных болванок, оставшихся со времён, когда не было нормальных снарядов.
Окинув взглядом маркеры наших кораблей на карте, я поинтересовался:
— Наш сюрприз готов выйти в море?
— Нет радиостанции, не готова внутренняя отделка помещений, не загружен боекомплект и топливо. Нужно два дня.
— Они у нас есть. Работайте.
В ближайшие часы ничего не должно измениться, кроме того, что мы поймём, куда идут враги. Будут ли они нападать группами от каждой страны или соберутся в общую кучу.
— И что дальше, Бьёрн? — нахмурилась Элеонора, смотря на карту.
— Бой на море. По его результатам, будем думать, что делать. Если они смогут прорваться к островам и обеспечить участок для высадки большого десанта, встретим их тут. Не смогут? Тогда и решим, атакуем в ответ или нет.
— Да, «решим», — весьма многообещающе усмехнулась брюнетка.
Я только вздохнул. Ох уж эта её мстительность и честолюбие. Нас ведь на островах очень сложно взять, а если начнём бой на континенте, то вылезут огромные расходы. Пусть, мы к ним отчасти готовы — зерна хватит на пару лет, даже если не сеять, и остальная промышленность набирает обороты.