Бьерн. Том 4 (СИ)

Наша помощь в ритуале не ограничится мной и Фионой. Завтра отправлюсь на побережье, куда прибудут корабли с островов. Двигатели, алюминий, топливо. Несколько специалистов, которые должны поставить процесс переработки нефти. Договор об этом уже лежит у меня в кармане.
Драконам наплевать на технологии сами по себе, в отличие от гномов. Если изделия можно купить, покупают. Они бы и топливо покупали, если бы его не так далеко везти.
Также пообещали закупать зерно под своими флагами и перепродавать его нам, даже если случится война с континентальными королевствами.
За помощь Фионы в ритуале, за поставки двигателей и алюминия, за прикрытие на финальной стадии эксперимента они заплатят миллион. Сумма больше, чем весь бюджет островов за год. Так что я шёл рядом с ними, иногда кивал или поддакивал, но сам предавался мечтам, куда мы сможем пустить такие деньжищи.
Правда, мечты получаются какие-то не такие. Оказывается, деньги сами по себе моему государству не нужны. И даже закупать нам имеет смысл лишь зерно и некоторые товары роскоши да редкое сырьё, вроде каучука. Но много их не купишь, а рынок зерна на континенте довольно ограничен по размерам, мы и на данном этапе практически выбираем всю возможную норму.
Инфраструктурные проекты вроде железной дороги? Так они упираются в недостаток людей, ресурсов и производства. Мы физически пока не в состоянии проложить большую железную дорогу, для этого не хватит стали, а для кратного увеличения выплавки требуется повышать автоматизацию и количество рабочих.
Что-то из миллиона уйдёт на закупки, в том числе можно будет кратно поднять покупку скота и забить склады тушёнкой с сухарями. Остальное? Только вкладывать деньги в эмиграцию с континента, поднять выше расходы на медицину и образование. Лет за пять такую сумму и освоим. Как-никак и нынешний бюджет свёрстан под такие же задачи, и торговля приносит немало денег.
Пока я предавался мечтаниям, плавно перешедшим в безрадостные размышления, мы подошли ближе к центру долины, где сильно давило скверной. Точнее, должно было бы давить, однако я с каждым шагом чувствовал, как расправляются плечи от переполнявшей тело силы.
Вот ещё сотня метров — и мои спутники остановились на поляне, где земля засыпана гравием, а сверху толстым слоем песка, образуя место для немаленького рунного круга.
Фиона с драконом остались, а я прошёл ещё пару сотен шагов, лениво отмахиваясь от пытающихся атаковать плёток. И, в итоге, аккуратно раздвинув густые заросли паутинки, оказался возле местного ядра.
Когда-то это был саженец плётки, а сейчас огромный клубень размером с двухэтажный дом. Подойдя ближе, я положил ладонь на морщинистую поверхность и прикрыл глаза, отдаваясь могучему потоку силы.
Вместе с энергией пошли невнятные ощущения окружающего леса. Несколько образов от живых тварей, но, в основном, дремотный фон изменённых растений, готовых взорваться коротким периодом активности.
Среди них ощущались несколько мощных сгустков скверны. Скользнув вниманием к самому крупному, я неожиданно услышал голос Фионы:
— Нет, отправлять его к средоточию не опасно. Уже нет. Отношения Бьёрна со скверной совсем другие. Он не сорвётся.
— Много сошло с ума таких, считавших, что для них всё сложится иначе, — с недоверием пророкотал в ответ Крайг, чьими глазами я смотрел.
— Мир меняется. И Бьёрну повезло оседлать гребень волны изменений. Так бывает, — равнодушно пожала плечами блондинка, не считая нужным что-либо доказывать.
— Надеюсь, вы знаете, что делаете, — не стал спорить ящер и перевёл тему: — Вот тут переход опознания у нас вызывает сомнения. Что скажете?
— Работать будет, но потери энергии можно снизить двукратно. Меняем тут и тут, — показала пальцем на два места в комплексе рун блондинка.
Я некоторое время понаблюдал за их обсуждением, но быстро надоело и вернулся обратно к ощущению потока силы. Не такому уж и большому, если вдуматься. На пике возможностей энергетики я вполне способен за час активного боя его опустошить.
Пока же я с удовольствием чувствовал себя частью чего-то большего, чем бытие мешком мяса, костей и мозгов. В итоге, совсем потерял счёт времени, очнувшись, только когда село солнце и взошли луны.
 
Открыв глаза, огляделся вокруг. Я сидел, прислонившись спиной к средоточию, оплетённый паутинкой так, что для любого другого выступило бы смертным приговором. Я же, настроившись на защищающий меня организм, просто благодарно велел разойтись побегам изменённого растения.
Поднявшись, потянулся, ласково провёл рукой по морщинистой коже и неспешно зашагал к выходу из долины, несколько раз обернувшись на средоточие. Очень хотелось вернуться, опять ощутить себя таким большим и сильным, потерявшись в образах и видениях. Удивительно мирное средоточие скверны, что, вероятно, связано с тем, что в его основе лежит драконий костяк.
Плётке нужно было на чём-то прорастать, пока она не развилась до переработки кристалла, выходящего тут совсем близко к поверхности. И в дело пошёл старик, которому скверна не смогла продлить жизнь. Осколки его мыслей, чувств и устремлений ощущаются до сих пор в этом куске леса очень отчётливо.
Интересно, а насколько моя смерть изменит скверну? Что останется в ней от меня? Я ведь намного сильнее пропитан силой, чем мёртвый дракон. И какова будет моя роль в нарождающемся разуме новорождённого божества?
В таких размышлениях добрался до выделенного нам дома и уселся на крыльцо, меланхолично посматривая на редкие звёзды на светлом небе.
Позади прошелестели лёгкие шаги, и рядом опустилась Фиона, молча протянув кружку со сладким ягодным морсом. Благодарно кивнув, я сделал глоток и перевёл взгляд наверх, лениво пробормотав:
— Мне не хватает настоящего звёздного неба, тут всегда слишком светло.
— Разве это плохо?
— Необычно, — вздохнул я. — У вас извечный человеческий страх темноты не такой сильный. И боги, его олицетворяющие, в ваших божественных пантеонах даже не считаются самыми сильными. Где противостояние света и тьмы, спрашивается? Это же основа основ!
Я хмыкнул, сделал ещё глоток и продолжил:
— Орки, эльфы и гномы есть, а где зловредные тёмные боги?
Она подняла бровь и, перекинув волосы через плечо, медленно заплетая косу, спросила:
— Тебе не хватило вмешательства богов в твою жизнь? Скучно жить?
— Я бы хотел появиться в вашем мире во времена его расцвета. Стать магом, сражаться с нелюдью и всякими тварями. Или пить с гномами, любоваться эльфийками, летать на драконах, если оказался на другой стороне фронта…
Она усмехнулась, и у неё с ладошки поднялась иллюзорная бабочка, вспорхнувшая на перила и засиявшая мягким переливающимся светом.
— Ты очень силен даже по меркам времён до катастрофы, — лениво произнесла девушка, смотря, как свет меняет спектр в сторону зелёного, а потом в синий и обратно. — Скверна прекрасно защищает от большинства тонких воздействий. Да и боевым заклинанием тебя пробить проблемно. Даже если удастся попасть, что, с учётом магии времени, будет сложно, чего тебе ещё нужно, император? Приключений?
— Может быть, Фиона. Я ничего не успел увидеть в вашем мире, как сразу оказался прикован к островам. Жена, дети, налоги, расходы, люди с их проблемами. И даже сражения больше не горячат кровь, так как превращаются в бойню, после которой чаще всего просто стыдно. А ведь всего пять лет прошло…
— Боишься смерти? — прищурилась она.
— Да не в том дело, — отмахнулся я. — Свободы хочется, чтобы не висело это всё на плечах!
— Ты сам в это влез. В тот момент, когда заступился за Элеонору, а не прошёл мимо, и когда защитил людей в Бродно.
— Как будто у меня был выбор…
— У тебя всегда имелись варианты. Мог пойти в алхимики, торговцы или ремесленники. Но ты ведь ни секунды не мыслил себя никем иным, кроме воина и охотника, так ведь?
— Если бы осознал себя где-нибудь в городе, а не в деревне охотников? Может быть и стал бы кем-нибудь другим…