Полюби во мне тьму (СИ)
«Ох, неужели ты выдашь тайну, что Лючия – дочь Света?» - говорил его взгляд.
– М-м-мы вовсе не из-за с-с-сукиной дочери горе мыкаем… - попытался спасти положение Анхель, выплывая из оцепенения. – А из-за сукиного сына. Шпионим за Кразимионом помаленьку. Мало ли каких дел натворит? А как только он возвратится, наша миссия тут же завершится. Только ведь демон без Лючии к Порогу не пойдет…
- Вот и усердствуем, дабы он сдюжил, и нам поскорее в Дивном саду лакомых плодов откушать, да в общении с праведниками мысли греховные выветрить, - подхватил Фим.
- А-а-а, - только и протянул Непотребник.
С небес раздался стон.
Все трое подняли глаза и увидели, что Кразимион усиленно машет крыльями, словно опасается, что те подведут его, и он рухнет вниз.
- Опять прихватило! – ахнул Анхель, увидев, как демонова ладонь сжалась на груди.
- Зов, он слышит любовный зов! – метнулся к лорду Непотребник.
Вскоре рванувших вперед демонов догнали и ангелы.
- Где-где-где?! - вскричал Краз, крутясь волчком на месте, когда все четверо добрались до отрога, что каменной цепочкой вытянулся вдоль побережья. - Слышу, но не вижу!
Превозмогая боль от отчаянного зова, демон взлетел так высоко, как позволил ветер, дующий с гор. Небо неотвратимо заволакивало облаками, а на горизонте, там, где море облизывало небосвод, надвигалась мрачная полоса, прошиваемая острыми молниями.
Внимание Кразимиона привлекло одно из облаков, что висело над каменным утесом. Маленькое, но сильное, оно не слушалось ветра и с завидным упорством стремилось вернуться к острому пику, на склоне которого вдруг открылись взору зубцы огромного замка.
«И как я его не замечал?» - удивился Кразимион. Замок скрутился на склоне, словно огромная змея, чей хвост пропадал в ее же пасти.
Вновь дернувшееся облако заставило прищурить глаза и... обнаружить у него панталоны.
-Дуня?! Дуня!!!
- Так-так-так! - перед Кразимионом появился Непотребник. За спиной хлопали крыльями ангелы. - Остановитесь! Там, - демон похоти кивнул в сторону замка, -враги. Дэйвы - не люди, они видят нас. Мы должны подобраться незаметно и как-нибудь их отвлечь. Я пойду первым, а вы займитесь Дуней.
- Мамочки! - просипела в ладонь, закрывшую ей рот, Дуня. Если бы она была жива, то сейчас пришлось бы стирать панталоны. Занятая сопротивлением ветру, она не заметила, как кто-то большой подкрался со спины.
- Т-с-с, Дуня! Это я!
- Милорд... - привидение повернуло голову и встретилось глазами с исхудавшим, но все таким же бесподобным демоном. - Родненький!
Она млела, когда Кразимион нес ее куда-то за стену замка, что примыкала к неприступной скале. Там, спрятавшись от ненужных глаз и ветра, сидели на корточках ангелы. Их радостные возгласы приободрили Дуню, и она поспешила обнять и расцеловать вновь обретенных друзей. Как бы невзначай, кинулась на шею и к Кразу, но тот положил палец на тянущиеся к нему губы.
- Нельзя, - доверительно проговорил он. - Разве ты не знаешь о демоническом поцелуе?
Дуня повертела головой, отчего ее кудри исполнили взбалмошный танец.
- У тебя и так с памятью плохо, а мой поцелуй враз отшибет все то, что ты узнала сегодня.
- А потом можно? - также доверительно прошептало привидение. - После того, как я все выложу.
- Можно, - улыбнулся демон.
Дуня побила все рекорды по скорости выдачи слов в минуту, но появившийся Непотребник уничтожил все планы по мгновенной потере памяти. Привидение делало зарубки на ближайшем деревце, намереваясь отомстить «гаду», в то время как демон грешной любви торопливо рассказывал о славной охоте на охрану замка.
- Можно спокойно идти, им не до нас. Они сильно заняты друг другом.
Фим вновь увидел похабную улыбочку, которую совсем недавно мечтал забыть.
«К Кразимиону надо бы обратиться. Пусть бы поцеловал», - подумалось как-то некстати.
И вот теперь, не страшась занятой греховным делом охраны, два ангела, привидение и Непотребник висели за окном, а в комнате над обнаженным дэйвом занес свою руку Кразимион.
- Убери ладонь, - прошипела Дуня, и ангелы с непониманием обернулись на нее. -Это я не вам. И не милорду, - пояснила она и стукнула по руке Непотребника, что перебралась с талии на грудь.
- Да я книжку почитать хотел, - сделал тот честные глаза, в то время как вторая его рука незаметно задирала привидению юбку.
- Ну, здравствуй, Захра, - донеслось из комнаты.
Все моментально забыли о Дуниной груди и просторных панталонах.
Над горами громыхнул гром.
Глава 28. Кто-кто в теремочке живет?
- Душа моя, закрой глаза! – ласково произнес Краз, когда встретился с испуганным, но немедленно оттаявшим взглядом Лючии. Строптивая дева, вопреки извечной привычке перечить, немедленно выполнила совет демона.
Над горами, словно предвещая ужасные события, сверкнула молния, и раскатами разлился гром.
Дуня, поняв, что сейчас произойдет нечто столь страшное, что женщинам видеть негоже, тоже поспешно зажмурилась. Совсем немного поразмыслив и сделав поправку на статус привидения, все же осторожно приоткрыла один глаз: пропустить расправу, пусть и холодящую кровь, она не могла.
«Как пить дать, оторвет ему голову», - мстительно думала Дуня, когда демон стащил «соперника» с кровати и, прижав к себе, игриво потрепал по макушке.
Море крови, рисовавшееся в фантазиях привидения, как ни странно, не разлилось, как не оторвалась ни одна из частей тела. То, что сотворил милорд с оторопевшим врагом, заставило привидение икнуть и быстро закрыть оба глаза.
ДЕМОН ПОЦЕЛОВАЛ ЗАХРУ!
Смачно, с полным захватом губ, с чувственным стоном краснокрылого красавчика, потерявшего сознание от столь глубокого проникновения чужого языка в собственный рот.
«Мамочки мои! Так вот в чем дело! - хоть Дуне было больно осознавать, что ее ненаглядный лорд - любитель тычинок, а не пестиков, упавшая женская самооценка, столь долго находившаяся на уровне кружавчиков панталон, резко взметнулась верх, вплоть до декольтированного выреза балахона. – Так вот почему его не прельщали ни мои крутые бедра, ни пышная грудь! Божечки! А как же ловко демон ушел от приветственного поцелуя! Теперь все понятно! И ведь неспроста попросил Лючию закрыть глаза! Точно! Узнай ведьма, что милорда не привлекают ее прелести, враз заерепенилась бы и к Пределу не пошла! Ай да охальник!»
Почувствовав горячее дыхание у уха и влажный след языка на изгибе шеи, Дуня стукнула кулаком Непотребника по темечку, после чего кокетливо поправила лиф платья.