Бутылка (СИ)

— Мне ничего не будет. Я защищал своего лойде. К тому же между ними и мной слишком большая разница в статусах. За них некому вступиться. Они были теми, кто выбирает быструю наживу, не думая о последствиях. Семьям не нужны такие глупые дети. Честь рода в нашем мире не на последнем месте. У этих, — презрительно произнёс он, — не было даже фамилий.
Мир вампиров выглядел странным и жестоким. Моих неудавшихся насильников и убийц мне не было жаль, так же, как и Рича, но то, что рассказывал Лас, пугало.
Смог бы я выжить в мире вампиров?
Я поспешил отмахнуться от неожиданных мыслей, напуганный собственной смелостью. И если днём голова кружилась от усталости, то сейчас она была переполнена новыми знаниями, с которыми я понятия не имел, что делать. Лас молчал, понимая, должно быть, что я сейчас чувствую.
— Наверное, уже поздно, — осторожно отнял я руку. — Мне пора домой.
На лице вампира отразилось разочарование.
— Конечно, — кивнул он. — Тебе нужно обо всем подумать.
Я благодарно улыбнулся, позволив Ласу снова взять себя за руку и отвести к машине.
Мы добирались до флигеля в полном молчании.
Лас вышел вместе со мной, желая проводить до порога. От моих слов о том, что в этом нет необходимости, он отмахнулся.
Тёмное небо слегка поредело синевой — близился рассвет.
Я остановился напротив двери, не зная, как попрощаться. Лас застыл на очень близком расстоянии, ожидая моих действий.
— Увидимся, — произнёс я, мазнув взглядом по его лицу.
— Когда?
Я снова посмотрел на Ласа, а затем опустил взгляд, уткнувшись в землю.
— Отец уходит на работу в семь, — пробубнил я под нос, чувствуя, как краснеют щеки.
— Тогда я буду у тебя в семь десять, — ответил Лас, а затем обхватил моё лицо ладонями, заставляя поднять взгляд, и поцеловал.
То, что делал его язык, было возмутительно. Возмутительно хорошо.
========== Сталкер ==========
Очутившись дома, я оставил верхнюю одежду в коридоре и проскользнул в кухню. Чайник, как раз закипел, когда в ванной послышался шум воды — отец встал.
Приготовив и накрыв для него завтрак, я решил, что, наверное, стоит переодеться. Стянув грязную майку и забросив её в корзину, принюхался. Наверное, и мне стоило принять душ.
Альфы, в отличие от омег, обладали более чутким обонянием. Я не знал, относилось ли тоже самое к вампирам, но решил не проверять это опытным путём. Не очень хотелось видеть, как Лас корчится от отвращения, оказавшись слишком близко…
Как близко мы можем оказаться друг к другу, я не знал. На этот счёт у меня были противоречивые мысли…
Стоило об этом подумать под струями душа, как неугомонные советчики заголосили разом.
Энди-пессимист сварливо запричитал, что я лишился разума, поверив в невероятные выдумки Ласа.
Какой ещё лойде! — возмущался он. — Хочешь снова попасться на крючок вампиров? Неужели тебе было мало от них проблем с самых первых дней в Истрет Виль? Вместо того, чтобы уносить ноги, ты сам приглашаешь одного из них — самого опасного для тебя, потому что ты, идиот, попросту выключаешь инстинкт самосохранения, — в собственный дом, стоит отцу шагнуть за порог.
Вымывшись, я нашёл простую белую футболку и летние штаны, затолкав фланелевые, с раздувшимися пузырями колен, подальше, и уселся на диван, ожидая, пока отец расправится с завтраком и я смогу вымыть посуду.
Слушая Энди-пессимиста, мне становилось стыдно за собственную глупость, и даже мелькнула мысль, чтобы набрать Ласа… нет, послать ему смс о том, что я устал и нам лучше увидеться позже. Стоит мне услышать голос вампира и я мог случайно поменять своё решение.
Но тут вмешивался Энди-реалист, пытаясь взвесить ситуацию трезво и напоминая, что тот же самый вампир спас меня от форменных подонков. К тому же, Лас ни разу не пытался оскорбить меня или унизить. Ни разу не смотрел презрительно или свысока, несмотря на пропасть между нашими социальными статусами. И всё же это не значит, что пришло время выкидывать мозги на помойку и верить в небылицы.
 
Энди-добряк вспоминал сытные обеды и регулярный извоз. К тому же мокасины — подарок Ласа, который тот пытался оправдать моим же собственным заработком, спасли мои бедные ноги.
Отец прервал пылкую беседу нашей маленькой компании, напомнив о таблетках и о том, чтобы я побольше отдыхал. Я послушно кивнул и пожелал ему хорошего дня, отправляясь мыть посуду.
Знакомое и понятное занятие немного успокоило нервы.
Энди-романтик негодовал, что никто не хочет верить словам Ласа о том, что между нами существует связь. Ведь то, что Истрет Виль полон вампиров оказалось правдой.
Я сам видел кинотеатр без кассы и омегу с блестевшими клыками у входа, только не понял тогда, что это отнюдь не модный бриллиант, имплантированный в зуб, а самое настоящее острие клыков.
Все ребята в городке были достаточно странными для того, чтобы быть обычными людьми. Взрослых можно было сосчитать по пальцам. Энди-реалист согласно мычал, но Энди-романтика волновало даже не это.
Он просто не желал делать из города хотя бы шаг и ему, похоже, было абсолютно плевать, чем именно это могло закончиться. Вопил, что мы с Ласом созданы друг для друга, иначе как объяснить то странное влияние вампира, которому я едва мог противиться?
Раньше со мной такого никогда не случалось. В этом он был прав.
Напомнил, что Лас всегда смотрел на меня по-особенному, не так, как смотрят на знакомого или друга. И вампир никогда не обращал внимание на мою старую одежду и болезненную худобу.
— …Конечно. И он хотел целовать тебя, Энди, прикрываясь сначала игрой, а когда необходимость скрывать свои намерения отпала, он такое делал с тобой на крыльце…
— Да, да, да, — перебил пессимист до того как я успел смутиться, — если ему нужна твоя кровь, то и вещи, и остальные несовершенства обложки для вампира должны иметь мало значения.
— Пусть так, — отвечал ему романтик, — но он говорил, что это притяжение выше банальных гастрономических потребностей. Утверждал, что ты особенный и нужен ему до конца дней.
— Фу, какая банальная пошлятина, — отплёвывался оппонент, пока реалист и добряк в растерянности прислушивались к двум враждебно настроенным соперникам.
— Так и говорил! — ввернул романтик. — И сказал, что его отец искренне рад.
— Мы не можем это проверить.
— А как же тот факт, что он настаивал на том, чтобы ты, Энди, остался в их доме?
— На то могли быть разные причины…- но пессимист не успел закончить мысль.
— Ты такой, трус! — накинулся на него романтик. — Давай, заставь Энди бежать, скрываться. Пусть останется у разбитого корыта, наплевав на судьбу, которая стучится в его окно.
— Но ведь Лас утверждал, что отыщет где угодно. Почему бы не проверить его слова опытным путём?
— Но ведь он нашёл Энди в подвале, — негодовал романтик.
— Это могло быть чистым совпадением.
— О, ты уже веришь в удачу?..
Разговор утрачивал всякий смысл, переходя на личности, когда в дверь негромко постучали. Я вынырнул из собственных размышлений, бросив взгляд на часы — семь десять.
— Входи, — пропустил я вампира в гостиную, не став просить снять обувь.
Во многих домах это и не принято, но мы с отцом старались не развозить грязь, чтобы потом было меньше уборки. Но представить, как я заставлю Ласа согнуться на присядки и снять обувь, а затем пройтись в своих идеально чистых носках по старому, кое-где облезшему полу было сложно. Легче было помыть после полы.