Второй сын (СИ)
Эрвин прошел сквозь большое количество каменных развалин. Внешне они выглядели случайным нагромождением, но если подняться повыше, то можно было бы увидеть, что они образовывали огромный треугольник с вписанными в него тремя треугольниками поменьше. Юноша спустился вниз, и впереди показался тихий, мирный луг. Сочная зелень, среди которой белело множество цветов.
— Хм… немного похоже на колокольчик, красивый цветок… — Эрвин сорвал его, и рассматривал в руке. Тончайшие, белоснежные лепестки больше напоминали изысканное украшение, чем часть растения. Чем больше юноша всматривался, тем красивей он казался. Наверное, если бы был способ сохранить его внешний вид надолго, аристократки королевства осыпали бы золотом того, кто смог бы принести его.
Все еще вертя в руке цветок, юноша сделал еще несколько шагов вперед. Внезапно у Эрвина закружилась голова.
— Что… что происходит?
Колени подогнулись, и он рухнул на землю без сил. Захотелось спать, и сознание начало мутнеть. Юноша попытался вскочить, но добился того, что лишь немного дернулась рука. Неземной красоты цветок все еще был зажат в его руке, рядом с лицом — руку свело судорогой и пальцы не разжимались. Вокруг начали вылезать тонкие корни. Они медленно шевелились, постепенно опутывая тело Эрвина.
— Неужели я умру вот так… А! Я вспомнил! Это же вьюнок десяти рождений! — осенило Эрвина. Этот растительный монстр парализовывал людей, животных, и других монстров. Теперь, когда юноша лежал на земле, стали немного видны кости, там и тут оплетенные корнями. Похоже, это были предыдущие жертвы вьюнка.
Взгляд Эрвина сосредоточился на цветке в его собственной руке. У парализующего действия вьюнка был антидот — его же цветы. Их не нужно было как-то обрабатывать — просто съесть.
Рука перед лицом, с зажатым цветком чуть-чуть дернулась, сдвинувшись на пару миллиметров. Потом еще… и еще. Со стороны, наверное, это выглядело даже немного комично — широко раскрыв глаза, Эрвин практически неработающей рукой пытался подвинуть кисть. Еще… и еще.
Спустя жалкий десяток минут ноги и туловище уже полностью скрылись, оплетенные корнями. Мало того, они начали постепенно прорастать сквозь одежду. Сотнями крохотных иголок корешки кололи кожу. Ткань во многих местах окрасилась красным…
Тем временем руку с цветком тоже оплело корнями. Но… еще оставалась свободной кисть. И… расстояние до заветного цветка тоже было крохотным. Еще миллиметр… и еще…
Подхватив задеревеневшими губами цветок, Эрвин понемногу принялся разжевывать его. Растение оказалось горьким, настолько, что хотелось его выплюнуть… Чем больше юноша жевал — тем быстрее это получалось. Мышцы лица и шеи расслабились, приходя в нормальное состояние. Эрвин проглотил получившуюся кашицу, и дернул головой, срывая обмотавшие и кое-где успевшие пробить кожу корешки. Еще пара минут — и с громким криком юноша вскочил, разрывая оплетшие его корни.
— Проклятье! Как так легко можно было попасться?!
Оглядевшись, Эрвин заметил ближайший цветок, и немедленно сорвал его. После чего сразу же засунул растение в рот, не разжевывая. Кто знает, насколько хватит предыдущего цветка? А так — если снова парализует, пара движений челюстью спасут его.
— Нет, ну до чего мощный эффект, — покачал головой Эрвин, срывая с себя остатки корней. Немного приведя себя в порядок, юноша достал небольшой мешок, сшитый из цельного куска шкуры. На его дне валялся темно-синий, едко пахнущий шарик. Это был специальный мешок, для сохранения ценных растений. Как и что там работало, за счет чего этот «камушек» в состоянии выполнять свои функции — юноша не знал, да и не собирался выяснять. Главное — это то, что он может просто нарвать все, что нужно, и засунуть в этот мешок. А через несколько месяцев вытащить. И растения будут все еще свежими, пригодными для использования.
— Ну что, настал час расплаты? — усмехнулся Эрвин. И принялся обрывать все цветы, что видел. У вьюнка десяти рождений драгоценными были как раз цветы — они считались по баллу за каждые пять штук. А здесь было больше, гораздо больше!
Через некоторое время белый цвет полностью исчез с этого луга. Где-то в земле еще пряталось основное корневище этого монстра. Но, чтобы найти его, нужно будет все тут перекопать.
— Хрен с тобой, живи пока, злобный цветок…
Отойдя подальше от коварного луга, Эрвин задумался. Уже собранного вполне хватит, чтобы считать, что он выполнил несколько миссий. Там явно будет больше сотни баллов заслуг. Да и стихию тьмы после этого похода можно будет уже не прятать. Встретил монстра, победил, сформировал свой знак. Редкость? Ну, что сказать, повезло…
— Остается только одно — собрать побольше ядер силы, чтобы впитывать энергию уже в крепости. Тратить десятки лет, чтобы добраться до второго ранга с моими возможностями — глупость. Только… нужно попробовать подобрать какой-то район леса, где монстров будет больше, и в то же время — они будут слабее. Хм…
Юноша достал карту. Немного порассматривав ее, после чего раздраженно свернул. В любом случае, это будет зависеть от удачи. А раз так — то выгоднее было бы вернутся поближе к крепости. Но, может быть, стоит выбрать другой маршрут?
— Точно! В Цветущем Лесу я уже был, не понравилось. Красный Лес — чуть лучше, но все равно не то. В Развалинах вообще пустынно — кроме множества птиц, старых камней, и растительного монстра-вьюнка, ничего не встретилось. Можно попробовать вернутся через Большое Озеро…
Большое Озеро было на востоке от крепости. Самый примечательный там гигантский водоем. Часть его была обыкновенным озером. Южная и юго-восточная сторона перерастала в труднопроходимые болота. К тому же, на нем находилось бесчисленное множество мелких островов. В общем, живности там должно хватать. Оставался только вопрос — не слишком ли там будет опасно? Но это, к сожалению, можно узнать, лишь побывав лично… Расспрашивать других культиваторов крепости было бессмысленно — все очень зависело от удачи. Кто-то мог за всю миссию встретить одного-двух монстров. А другой, отправившись по тому же маршруту, отбивался буквально на каждом шагу. Можно даже в качестве примера вспомнить Цветущий Лес. Если бы все сталкивались с цветочной многоножкой, как он — то туда бы ходили лишь культиваторы второго ранга и выше. А это не так…
— Ладно. Решил — значит, нечего топтаться на одном месте!
С такими мыслями Эрвин отправился на юго-восток, стараясь идти чуть больше на восток — очень уж ему не хотелось вновь попасть в Цветущий Лес. И полторы недели спустя юноша добрался до района Большое Озеро. Хоть основного водоема еще не было видно, спутать было сложно, потому что окружение говорило само за себя. Древние развалины исчезли, сменившись полноценным, густым лесом. Стало гораздо влажнее, плюс, постоянно попадались мелкие ручейки, крохотные лесные озерца. Климат тоже изменился — каждые несколько дней тут шел дождь. Для сравнения, ни в Красном Лесу, ни в Развалинах, Эрвин ни разу не попал под дождь…
Передвигаться по лесу приходилось медленно — так, чтобы можно было постоянно пользоваться «шагом незаметности». Техника убирала все запахи, и не давала находить юношу полчищам летающих кровососущих тварей. В других местах хватало намазать открытые участки тела соком одной непримечательной травы… но местные, похоже, получили к ней иммунитет — им было абсолютно начхать на «народные методы». Спасала только техника, полностью уничтожавшая запахи. Но даже так, постоянно приходилось на лету хлопать одно-два насекомых, заметивших силуэт человека.
Эрвин перепрыгнул поваленное, полусгнившее дерево, и на мгновение остановился. Перед ним оказалась звериная тропа. Следопыт из юноши был слабенький — какие-то азы показал еще Аджит, а до остального он еще не добрался — не успел. Но даже его куцых познаний хватало, чтобы понять — тут часто ходят звери. Причем, судя по тем местам, где следы не затаптывались последующими, а были в одиночестве, тут постоянно ходили существа одного и того же вида. И ходили регулярно. Оглядевшись, Эрвин нашел огромное дерево, нависавшее над тропой. Недалеко юноша заметил траву, с длинными, плотными и широкими листьями, немного напоминавшими перо. При этом каждый лист был не меньше полутора метров в высоту, и сантиметров тридцать-сорок в длину. Нарубив целую охапку этих листьев, юноша вернулся к тропе и привычно взбежал по стволу. Сверху было лучше — дальше видно, да и удобнее. Добравшись до подходящей широкой ветки, Эрвин принялся обустраиваться — он привязывал к стволу дерева добытые листья таким образом, чтобы из них получилась небольшая крыша. После этого юноша притащил еще несколько пушистых веток, и связал их в единый массив, устраивая все там же. Вышла крохотная хижина на дереве, прикрывавшая от надоедливых осадков, и довольно комфортная, по сравнению с голым стволом, для долгого сидения.