Особый пассажир (СИ)

Только вот…
Только вот я уже минут двадцать стояла перед домом, в котором провела так мало времени, но случилось так много.
Ногами просто вросла в подъездную дорожку, не могла заставить себя шевельнуться.
- Никогда не видел тебя с распущенными волосами. В смысле, не в больничной палате, - сзади подошёл Илья, невесело улыбаясь.
- Руку поднять не смогла, чтобы заплестись, - хрипло ответила я, показывая согнутую руку в мягком гипсе.
С момента аварии прошло две недели. Мой телефон был изъят в интересах следствия. Но только это. Никаких допросов со мной не проводили, экспериментов или что ещё там проводят. Хотя, всего-то чуть больше недели прошло с момента моей выписки. Ауди забрал молчаливый Леонид, который, поджав губы, бросил на меня беглый взгляд и уехал.
Я точно знала, что и Илье велели не общаться со мной, но, когда он слушал приказы? Меня больше расстраивало, что ни Марк, ни Михалыч не пытались со мной поговорить. Казалось бы, раз Костик встречается с моей лучшей подругой и, соответственно, много времени проводит с ней, то тоже должен со мной как-то контактировать, но он верен приказу. Когда в комнату входила я, он вставал и уходил. Вслед за ним Айрин, но только для того, чтобы высказать ему, что именно она думает об этом всем, а потом вернуться.
- Почему ты нарушаешь приказ не общаться со мной? – Всё также не сводя глаз с фасада дома, спросила у бывшего коллеги.
- Просто не хочу жалеть потом, что предал хорошего друга.
Илья с некой горечью заглянул в мои глаза. Я не считала себя его другом. Мы были хорошими приятелями, да, но не близкими друзьями. Видно, он это и прочел на моем лице, потому что добавил:
- Ты – хороший человек, Сень. По-настоящему хороший, а таких давно не встречал. Да и вряд ли скоро встречу. Если мы сейчас не друзья, то в будущем, для меня будет честью иметь в своем кругу такого человека, как ты.
Вот это-то и вырвало меня из прострации, в которой я плавала последнее время. Как бы храбрости добавил, благодаря чему, удалось, наконец, сделать шаг навстречу неярко горящих окон.
Дом встретил какой-то нервирующей тишиной. Привычно разулась в небольшой комнатке, которая выполняла функцию гардероба, и, чуть расправив плечи, пошла в кабинет Архарова, где мы ели шоколад и так сильно любили друг друга.
Коробок с шоколадом, естественно, уже не было. И того огромного дивана, на котором Марк вновь и вновь покрывал мое тело поцелуями, - тоже.
Архаров же стоял посреди кабинета, засунув руки в карман. Черные глаза исподлобья следили за каждым моим движением. Он будто кусал губу изнутри, чуть хмурясь, всматриваясь в мое лицо. Я же, нервно сглотнув, набрала воздуха в рот и замерла, вглядываясь в его лицо в ответ. Обычно Марк умел держать маску, в смысле, скрывать свои эмоции. Но здесь я наблюдала за целой чередой противоречий: любовь, неверие, тоска, разочарование. Вот последнее ударило под дых сильнее всего:
- Марк, я… - сделала шаг вперёд, машинально протянув руку.
- Для вас я - Марк Васильевич, - одна за другой эмоции уходили с его лица, превращая его в каменную маску, - прошу не забываться.
Лицо вспыхнула алыми пятнами. Даже уши начали гореть.
Про себя начала считать до десяти, чтобы в своей манере не наговорить всего. Не время для выхода эмоций.
Марк захлопнул между нами дверь. Больно? Да. Но поправимо.
- М-марк Васильевич, - запнулась я на долю секунды, но быстро взяла себя в руки. Все слова совсем некстати выпорхнули из головы. Может, меня нервировали Илья и Костик, которые сейчас были не моими коллегами, хоть и бывшими, а совсем уж… гардами – холодными и безучастными. Так, собралась. Ты ни в чем не виновата! – Марк Васильевич, - уже твердо продолжила я, - я понимаю, как это выглядело со стороны. Ну, та сцена в ресторане… - Никакой реакции. Черные глаза абсолютно безомэционально смотрели на меня, - он похитил Айрин, мою подругу, сказал, что причинит ей вред, если я не сделаю так, как он велит.
Про Айрин ему наверняка должен был Костик уже рассказать. Мое участие в том спектакле было принужденным, это же очевидно. Так почему Марк не верит?
 
- Удобная отговорка.
- Отговорка? – Глупо моргнула. – Максим, или как там его, специально меня подтсавлял. Я никогда раньше его не видела, у него в квартире на самом деле нашли те самые долбанные маски! И покушение он организовал да, моими руками, но я ведь не знала. Алина сказала забрать взрывчатку. Я просто выполнила ее поручение! Она сама призналась в больнице. И… И слив данных, я клянусь, я этого не делала. Вы должны мне верить!
- Должен, Есения? Должен? – Марк спокойно прошёл мимо меня и уселся в кресло, которое тоже было новым. – С какой стати я должен и что именно? Поверить, что весь перечень обвинений и доказательств – это просто совпадения? Что не с вашего телефона было передано сообщение со ключевой информаций по продаже акций?
- Я такого сообщения не писала.
Марк взглядом указал на листы А4, где были распечатки моих звонков и сообщений. Там действительно было сообщение, отправленное на номер Максима, тот самый день, когда империя Архарова начала терпеть крах. Просто фамилии покупателей, номера биржевых заявок и сумма.
- Я не отправляла, - как попугай шепотом произнесла, избегая тяжелого взгляда Архарова.
- Вот ваш выбор, Есения: вы поможете следствию дополнить некоторые пробелы, и получаете год-другой домашнего ареста. В противном случае – реальное заключение.
- Да не делала я этого всего! – Взорвалась, наконец я, - Если бы не та сцена в ресторане, ты бы иначе смотрел на все это! Но что мне оставалось? Он мог сотворить с Айрин все что угодно. Он ей угрожал!..
- Вам же ничего не сделал, почему должен был причинить вред ей? Пересмотрите ваш тон, - мягко проговорил Марк, но я его не слышала, меня несло дальше:
- Мне, конечно, приятно, что ты считаешь меня таким гением преступного мира, но тогда, когда Максим устраивался к тебе на работу несколько лет назад, я о твоём существовании и знать не знала. И самое главное: зачем мне все это, Марк?
- Марк Васильевич, - его голосом можно было резать металл, - заруби себе на носу, дважды повторять не буду: либо чистосердечное, либо по всей строгости. Мне наплевать, что творилось в твоей продажной голове, когда ты всё это замутила с этим выродком, - Архаров резко поднялся с кресла с каждым словом делал шаг за шагов ко мне, вынуждая отступать,- но не думай, что тебе все сойдет с рук лишь по тому, что ты несколько раз раздвинула ноги передо мной…
- Босс, - предостерегающе вклинился между нами Костик, закрывая меня собой.
Кажется, это и отрезвило Марка, но не меня. Кажется, по щекам текли слезы. Он не мог такого наговорить. Он никогда такого не говорил. Ну как Марк может верить в этот бред, он же умный! Господи, что еще устроил Максим, кроме долбанного сообщения, которое я не отправляла?
- Вы не можете во все это верить, не можете, - дрожащий голос уже не получалось унять.
- Каждое ваше взаимодействие с Максимом-Леонидом на шаг приближало мое детище к катастрофе. Вы оба попытались подставить Алину, отправив ее за взрывчатым веществом. Но самое главное – все мои переговоры велись из авто, которым управляли вы. Вам удалось выстроить некие доверительные отношения между нами, чтобы у вас были развязаны руки для передачи информации вашему поддельнику. На вашем телефоне нашли записывающее устройство, но никаких “жучков”, знаете что это значит, Есения?
- Что? – переспросила помертвевшими губами.
- Каждый долбанный раз вы включали запись сами, - ледяной тон что-то выжег внутри, заставляя слезы остановиться, - Константин, отойдите, - Костик кинул на меня обеспокоенный взгляд, но все же отошел в сторону, позволяя Архарову подойти почти вплотную, возвышаясь надо мной, - мне глубоко плевать, какой выбор вы сделаете. Нет ни единого факта, которой подтвердил бы вашу невиновность в этом деле. Возможно, всего лишь возможно, у вас получиться обвести вокруг пальца комитет и выйти сухой из воды, доказав, что вы беспросветно глупы, раз вас удалось подставить настолько. Но не держите за идиотов и других вокруг вас. И теперь самое главное: приблизитесь к этому дому, к моей матери, либо к кому угодно из моего окружения, я вас сотру в порошок. И не надо мне лапшу на уши вешать про какую-угодно влюбленность, не держите в голове иллюзий, что такое короткое время что-то может для меня значить. Убирайтесь.