Особый пассажир (СИ)
- Бедин сейчас заинтересован в сделке не меньше, чем я. И те люди, что пришли тогда в ангар, были наёмниками. Леонид мог затесаться только ради одной вылазки. Вы можете сесть за руль, Есения?
От резкой смены темы я слегка опешила:
- Нет, я выпила чачана.
- Простите, что вы выпили?
- Она смешала чачу с вином, - пояснил Илья с выражением лица, типа, ну кто так делает?
- Есения, собирайтесь.
Вот и закончился праздник. Душа хотела ещё танцевать, а заставили идти паковать вещей на пару дней и плестись на службу. У Марка Васильевича был такой беспрекословный тон и выражение лица, что даже не рискнула поныть, почему я должна ехать, а Илья и Костик могут остаться? Хорошо, хоть с Айрин успела попрощаться, пока Марк ждал в машине своего же водителя под градусом. Кстати, фотографию Архаров на место не вернул.
- Жаль, что я его не увидела вживую.
- Ещё увидишь. Ещё раз с праздником тебя, моя дорогая!
Особняк без Зинаиды Александровны казался каким-то неправильным. Не то, чтобы она занимала много пространства, но всё равно я привыкла уже к нашим вечерним чаепитием и обмыванию косточек всем вокруг.
- Что-то не так?
Всю дорогу, как и полагается пьяненькому водителю, я старалась сильно не отсвечивать. Марк же, не изменяя своей привычке, перегородку не опустил, поэтому и не заметил, как я уснула без задних ног на переднем сидении. По-моему, даже слегка похрапывала.
Привычно пошла через задний ход, зевая так, что чуть челюсть не вывихнула. Только проходя мимо «Зинаидиной» гостиной словила себя на мысли, что, находясь здесь, я искренне по ней скучаю. В таком раздрае и застал меня Архаров.
- Нет, просто, - я шмыгнула носом, - я скучаю по Зинаиде Александровне. С кем мне теперь сплетничать и кто меня будет корми-и-ить?
- Есения, насколько сильно вы пьяны?
- Да я свежа как скумбрия! То есть, сельдерей, - моментально поправила себя, - вечно два этих слова путаю. А ещё имена Андрей и Сергей – они ведь одинаковые, вы не находите? А ещё: чем отличается ламинат от линолеума? Понапридумывают слов, а нам запоминай, а это ещё я не полезла в виды обуви, там вообще голова пухнет... Ай, что вы делаете?!
Марк резко вскинул меня на плечо и понёс по лестнице нверх.
- Марк Васильевич! Моя комната снизу! Кстати, кровать могли бы и получше купить, там щель между ней и полом, а я монстров боюсь… Куда вы меня тащите?!
- Привести вас в чувство. Вы мне нужны со светлой головой и хорошо отдохнувшей, - спокойно произнёс он, даже не сбившим с дыхания. А я не самая лёгкая девочка, между прочим.
- Отпустите меня! Я быстро приду в себя, мне главное поесть хорошенько.
- Любите поесть, да? – В голосе послышалась улыбка.
Я не видела его лица, перед носом лишь мелькали его крепкие ягодицы и спина.
- Вы только что назвали меня толстой?
Архаров теперь рассмеялся открыто:
- Только в вашу голову могло прийти такое умозаключение. Нет, Есения, вы не толстая. С фигурой у вас всё… в порядке.
Краска удовольствия от комплимента залила мои хмельные щеки. Я даже попыталась улечься пококетливее на плече у босса, даже почти расслабилась в такой неудобно позе, как услышала лёгкий скрип, а потом звук льющейся воды.
- Эй, вы чего?! – Я заёрзала на боссовском плече максимально активнее, - я не пойду под холодную воду! Я ведь почти трезвая! Не надо!
- Вы мне нужны абсолютно трезвой.
- Так до завтра я успею! У вас всегда много вкусностей в холодильнике, просто оставьте меня с ним наедине и без свидетелей.
- Вы нужны мне трезвой сейчас.
Меня бесцеремонно засунули под холодную воду и также бесцеремонно игнорировали все мои визги и угрозы. Но, спустя несколько минут, когда зубы уже начали постукивать, голова на самом деле становилась легче и светлее. Кажется, я выпила больше, чем хотелось.
Марк выключил воду и укутал меня в большое, тёплое полотенце и стал растирать.
- Вам нужно снять одежду, чтобы быстрее раздеться.
- А когда вы успели снять пиджак?
- А уверяли, что трезвая, - Архаров всё также возвышался надо мной, задерживая взгляд. Что-то в его лице начало меняться, и дело не в угасающей улыбке, - оставлю вас, пока вы переодеваетесь. Халат в шкафчике.
Вот только вопреки его словам, он продолжал удерживать меня за плечи, которые мгновенье назад растирал. Как и тогда возле машины, внутри сладко заныло. Не осознавая своих действий, потянулась пальцами к его плотно сжатым губам. Мне хотелось их расслабить, чтобы они были такие же, как тогда, когда он до безумия целовал меня.
Марк не сопротивлялся, он вообще не шевелился, пока я подушечками пальцами изучала его губы, скулы, подбородок…
Он рвано втянул воздух и внезапно, подхватив меня под попу, усадил на тумбочку. Его губы накрыли мои. Полотенце слетело, но мне уже не было холодно. Сейчас уже трясло от другого.
Марк бёдрами вклинился между моих ног, вжимаясь так сильно, что я со всей остротой почувствовала его возбуждение.
Кажется, моё сознание оставило меня. С губ срывалось его имя, пока он, не переставая покрывать моё лицо, мои губы, мою шею поцелуями, нёс на кровать. Кажется, я слышала, как он шепчет моё имя на ухо в перерывах между его хриплыми стонами.
Кажется, я видела удивление, сменяющееся странной улыбкой, когда он что узнал, что был у меня первым.
Кажется, в ту ночь я умирала и возрождалась сотни раз…
Глава 25
Под самое утро, когда Марк уснул, я вернулась в свою комнату. В голове полный раздрай. Сладкое томление сменялось полным сожалением. Мне бы тоже поспать, хотя бы два оставшиеся часа, но никак не могла успокоиться.
Тело ныло, даже тёплый душ не помог.
Я и жалела, и не жалела о нашей близости. Мой мозг разделился теперь на два основных лагеря: тот, который всегда воспринимал Архарова как босса был в ярости. Этот лагерь проклинал, грозил всеми карами и заставлял слёзы струиться по щекам. А тот, совсем молоденький, который думал о Марке только как о мужчине, который теперь, кажется, останется в моём сердце на всегда, заливался влюблёнными соловьями, наполняя изнутри каким-то тёплым светом.
Хорошую же я стену выстроила, ничего не скажешь.
Всё же удалось уснуть, причём достаточно быстро, даже волосы не высушила. За эти два несчастных часа выспаться мне не светило.
Пробуждение под разрывающийся будильник бело беспощадным.
- Изыди, - швырнула телефон в противоположную стену и зарылась носом обратно в подушки.
- Хорошо, что он не убиваем.
Я замерла в той позе, в которой была, то есть – носом в подушке. Конечно, в голове возникал вопрос, а что же будет утром? Как я буду себя вести, когда пойму, что я для него была нечто вроде «разгрузкой»? Может, я и была неопытной девочкой во всех смыслах, но точно не была дурой. Я и Архаров – нет и быть не может. И это не мой страх говорил, а банальная логичная реальность. Нас ничего не связывало, у нас даже не было времени по-настоящему узнать друг друга. Может, время и будет в будущем, но точно не хватит возможности. У меня даже не хватало воображения хотя бы попытаться представить наше совместное будущее, при условии, что какие-то невероятные чудеса в этой жизни всё-таки случаются. Но даже здесь мозг выдавал вакуум, вместо картинок.
И вот, он сидит на кресле и, по всей видимости, сидит достаточно продолжительное время. А у меня на подушке след от моих же слюней, а на в гнезде, которое теперь вместо волос на голове, наверняка зародилась новая цивилизация.
- Я ожидал многое по утру, но не тишину.
- Я не знаю, как себя вести, - глухо пробубнила в подушку, - в смысле, вести себя с вами.
- Опять на «вы»? Есения, может, вы повернетесь?
- Пока я вас не вижу, вас здесь будто нет и мне не так странно.
Кровать возле меня прогнулась.
- Ну что ж, Есения Аристарховна, вот как мы поступим, чтобы было вам комфортнее: до работы ты – Сеня, а я – Марк. В другое время ты такая же дерзкая и самовольная, с той лишь разницей, что я буду соблюдать субординацию.