Моё зазеркалье (СИ)

От приметной березы нужно было еще раз свернуть уже непосредственно к деревне. Я помнил, что там всегда была яма, потому сбросил скорость. И продолжал двигаться с предельной осторожностью, надеясь, что дальний свет фар не ослепит никого на встречке. Так-то из деревни ночью некому ехать. Но вдруг?
Это самое «вдруг» как раз и случилось. И если моя скорость была не более двадцати километров в час, то летевший навстречу автомобиль имел не меньше сотни. Сманеврировать я физически не успевал. Лишь за пару секунд до столкновения сумел подставить правый бок автомобиля, понимая, что это может спасти меня, но точно не машину.
Удар был страшным. Мою малышку закрутило и повело в сторону. Повезло, что сработали подушки безопасности. Конечно, приложило меня подушкой по правой щеке и носу основательно. Руки словно обожгло огнем, в голове образовался вакуум, в ушах зазвенело.
Несколько минут я просто сидел и пытался себя диагностировать. Перелома рук точно нет. Сотрясение мозга, если и имеется, то несерьезное. Убедившись, что со мной всё относительно нормально, я попытался выбраться из салона, чтобы проверить состояние того долбоёба, который летел с такой скоростью по неосвещенной проселочной дороге! Приличных слов, чтобы оценить такой поступок, у меня не было. Хотелось громко материться на того водителя, на себя и всех остальных людей. Какого чёрта я на ночь глядя вообще поехал в деревню?! Теперь разбирайся с новой проблемой.
Мне крупно повезет, если водитель жив. Иначе замучаюсь доказывать, кто прав, кто виноват. Фары я переключил на ближний свет и отправился к чужому автомобилю. Тот выглядел страшно. «Морда» вся всмятку. Из хороших новостей была одна – дверь со стороны водителя не заклинило. К моему величайшему облегчению парень был жив. Внешних повреждений тоже не наблюдалось. Понятное дело, что внутренние покажет только рентген.
Передвигать парня я не спешил. Сотрясение точно есть. А вот переломы на ногах так сразу не определить. Пока я щупал пульс, оглядывал салон. Смутило то, что следов от подушек безопасности я не обнаружил. Тем не менее, парень выглядел «целеньким». Неожиданно водитель застонал и повернул голову в мою сторону. И вот тогда я подумал, что подушкой безопасности меня приложило сильнее, чем предполагалось ранее.
Освещение в салоне не пострадало, и я смог хорошо рассмотреть внешность водителя. Невольно сглотнул, повернул зеркало заднего вида и сравнил свою физиономию с незнакомцем. Так-то я помню, как выгляжу, но убедиться всё равно стоило. Судя по всему за рулем сидел мой брат-близнец.
Конечно, у меня уже наливался синяк, и нос кровоточил, но у парня-то лицо не пострадало и демонстрировало именно того, кого я вижу каждый день в зеркале. Это открытие настолько меня потрясло, что я позабыл о своем намерении звонить в скорую и полицию. И только повторный стон парня напомнил мне о текущих проблемах. И тут меня ждал облом – сети на телефоне не было.
Представьте себе ситуацию: ночь, пустая дорога, двадцать километров до деревни, примерно километр до трассы. Кто поедет ночью по этому пути? Единственные два идиота уже встретились, и других не наблюдается.
Парню лучше не становилось. Он то приходил в себя, то снова терял сознание. Я еще раз убедился, что конечности у водителя не пострадали. И, кажется, травмы позвоночника тоже не было. Пометавшись ещё немного по округе и убедившись, что ни машин, ни сети на мобильнике как не было, так и нет, я двинулся к своему автомобилю.
Пробовать завести чужой транспорт не имело смысла. Передок был разбит основательно. Мой же автомобиль пострадал только с правой стороны и имелась надежда, что двигатель в порядке. Так оно и оказалось. Радиатор не подтекал. То, что перекорежило лонжерон, на данный момент критичным не было. Обрадованный, я выбрался снова наружу. Если загружу парня к себе, смогу отвезти его в то место, где нам окажут помощь. Только для страховой службы сделаю несколько снимков, и тогда можно заняться перемещениями.
Мне сильно повезло, что незнакомец снова очнулся и не только выслушал мои причитания, но и последовал совету. Опираясь на меня и пошатываясь, он поплелся к моему автомобилю. Он не только на морду был моей копией, но и комплекцией. Единственное, чем мы отличались – это волосы. У парня они были длинными, стянутыми лентой в низкий хвост. Одежда, конечно, тоже была другая. Я по-прежнему был в костюме, а парень оделся в соответствии с летней погодой: лёгкие брюки и рубашка навыпуск. В остальном же наше сходство было поразительное. Разместил я его на заднем сиденье, сунув ему под голову свой свернутый пиджак.
 
Пока возился с парнем, чего только не передумал! Факт, что это мой брат-близнец, неоспорим. И где он был все эти годы? Вариант, что отец забрал себе второго ребенка, казался наиболее вероятным. «Только бы парень выжил, только бы довезти его вовремя!» – мысленно молился я. Видимых повреждений я так и не нашел. Устроив парня на заднем сиденье, я кинулся назад к чужому автомобилю. Не знаю, какие есть ценности в багажнике, но документы нужно забрать обязательно.
Бардачок заклинило, а часть вещей раскидало по салону. Поковырявшись внизу, я вытащил что-то вроде портмоне. Раскрыв его, обнаружил какие-то бумаги, пластиковые карточки неизвестных мне банков, записки и - наконец-то! - удостоверение личности. Отметил, что текст похож на русский язык, но отличается. Это не были права, но меня на данный момент интересовало имя незнакомца.
– Йес! – не удержался я от возгласа, когда с трудом прочитал, что похожего на меня парня зовут Мирославом Варлаамовичем Иворовым.
Отчества у нас совпадали. Так-то я Вячеслав Варлаамович Петров, но это по матери. Версия о том, что я нашел брата, пусть даже таким странным образом, подтвердилась. И нам стоило поспешить в больницу. Обморок Мирослава меня серьезно беспокоил.
========== Часть 2 ==========
Документы Мирослава я разглядывал, забравшись на водительское сиденье. Потрясений было столько, что на сам автомобиль я даже не обратил внимания. В свете фар нечто искореженное не идентифицировалось у меня ни с какой моделью. Хотя странности салона меня заинтересовали. Еще раз мельком глянул на приборную доску и поспешил выбраться наружу.
Вот только отойти от автомобиля не успел. Внезапно меня толкнуло нечто воздушное. В голове раздался звон, и перед глазами всё поплыло. Я стоял, изображая рыбу на берегу. Воздуха почему-то не хватало. Пытался его втянуть и не мог. Где-то вдалеке сверкнула зарница, и в ее отсвете я увидел, как чёрный туман опускается на мою машину и сидящего в ней парня. Я снова предпринял попытку вырваться, сдвинуться или глотнуть воздуха. В голове уже не звенело, а шумело от недостатка кислорода.
А потом раздался резкий хлопок, и я наконец смог вздохнуть и проморгаться. Тот темный туман был таким густым, что за ним не было видно моей машины. Ночь стала еще чернее. Отчего-то фары моего автомобиля погасли, а я затрясся от страха. Умом понимал, что Мирославу нужна помощь, но подойти боялся. Только минут через пять, продолжая стучать зубами и нервничать, я сделал несколько шагов вперед.
Туман рассеялся, а вместе с ним и мой автомобиль. Покрутившись на месте, я посветил мобильником туда, где должна была стоять моя машина, и не обнаружил её. Мой транспорт испарился!
Невольно я сглотнул, отмечая участившийся пульс. Тут еще порыв ветра качнул верхушки деревьев. Они зашумели, заскрипели ветвями, и я был готов обоссаться от страха и рвануть подальше от этого места. Не отдавая отчета своим действиям, я швырнул мобильник туда, где так страшно качались деревья. Хорошо, хватило ума вернуться в автомобиль Мирослава, а не нестись сломя голову по ночной дороге. Нырнув в салон, я захлопнул дверь и приобнял себя за плечи, пытаясь успокоиться и понять, что случилось.
Я продолжал нервничать. Пальцы рук тряслись, губы дрожали. Так я и сидел, уговаривая себя, что в аварии сильно приложился головой. Нос, кстати, уже опух и сильно болел. Когда настанет утро, все будет выглядеть иначе. Парень просто завел мой автомобиль и уехал. А то, что мне примерещилось – это от удара головой. И самое лучшее в данной ситуации - просто ждать. Перебравшись на заднее сиденье, я обнаружил сумку Мирослава. Ковыряться в чужих вещах не стал, но использовал ее как подушку и вскоре провалился в сон.