Развод. Прощай, предатель (СИ)

— Как делал Виоле предложение.
  
Глава 5
 
Я обнимаю себя руками и еще сильнее подставляю лицо пронзительному ветру, который хлещет по щекам, напоминая, что я все еще жива. Может, было бы лучше, если бы я умерла еще тогда, в десять, когда в детдоме зеленкой и бинтами пытались вылечить мои сломанные в драке ребра?
Единственный человек, который смог полюбить меня, теперь даже не помнит об этом. Внутри острое лезвие кромсает мое кровоточащее сердце. Куда идти? Кому я теперь буду нужна?
— Александра Ивановна, — машина перерезает путь, и ко мне обращается водитель, приоткрыв окно. — Прошу вас, сядьте в машину.
— Я сейчас, — бормочу заледенелыми губами. — Еще немного. Мне надо… пройтись.
Слезы замерзают и терзают чувствительную кожу, скатываясь по щекам. Обжигают, жалят. Я даже не пытаюсь их смахнуть. Бессмысленно, все равно набегут новые.
Водитель покидает машину и, обняв меня за плечи, решительно подводит к задней дверце. Открывает ее и усаживает меня в прогретый салон. Занимает свое место и трогается, а я прикрываю глаза и кладу голову на подголовник, прикрыв глаза.
Нельзя сдаваться. Если я сложу руки, то потеряю его окончательно. Эта пиранья Виолетта тут же прицокает на своих каблучищах забирать моего мужа. Я не могу отдать мужа ей!
— Я нашел елку, — говорит Михаил, а я открываю глаза и смотрю на пролетающий мимо город.
— Наверное, уже не надо.
— Александра Ивановна, плохие дни заканчиваются.
Я перевожу взгляд на зеркало заднего вида и сталкиваюсь с мягким взглядом темных глаз водителя. Он такой добрый и чуткий. Почему я не полюбила такого мужчину? Почему меня покорил именно властный, строгий, но такой обаятельный Лесков?
— Спасибо, — отзываюсь тихо.
— Так что? Елку везти?
— Везите, — отвечаю со вздохом.
Михаил прав. Плохие дни заканчиваются, и это подтверждает мой визит в больницу на следующий день.
— Я тут читал книгу, которую ты принесла, — Сережа поднимает “Дюну” Герберта. — Интересная. Но у меня такое ощущение, что я уже знаю сюжет.
Он наблюдает за тем, как я вешаю в шкаф шубу, иду в ванную, чтобы помыть руки, а потом возвращаюсь и сажусь на стул рядом с кроватью.
— Я тебе ее читала.
— Ты — мне? — удивляется он. — В смысле вслух?
— Да.
Он слегка прищуривается, и его губы дергаются в едва заметной улыбке.
— Почитаешь еще? — он протягивает мне книгу, а мое сердце начинает колотиться, как ненормальное. У меня такое чувство дежавю, что я будто снова проживаю тот самый момент…
— Почитаешь мне? — спрашивает Сергей, устраиваясь на диване. Закинув одну стопу на сидушку, он хлопает по ней, приглашая разместиться у него между ног.
— Вслух? — удивляюсь я.
— Да. Люблю твой голос.
— Хорошо.
Я с улыбкой сажусь между его ног, беру книгу и начинаю читать, а он, прикрыв глаза, гладит мое колено. В этот момент мое сердце просто разрывается от любви и нежности. И я готова читать целую вечность, только бы он продолжал гладить меня вот так и периодически целовать мое оголенное плечо.
— Глава пятая, — начинаю я и погружаюсь в историю, которую уже знаю, плавая в ощущении уюта и покоя.
С этого момента теперь каждый наш день проходит за чтением. Мы как будто стараемся обходить особенно острые темы. Избегаем прямого общения. Только чтение и обсуждение перспектив выздоровления.
А сегодня Сережа уже приедет домой. Он сказал не забирать его из больницы, так что за ним поехал только Михаил. А я прилипла к окну и жду, пока откроются ворота и во двор въедет черный джип мужа. Но вместо этого на нашу территорию заезжает красный паркетник Виолетты. Что эта дрянь тут забыла?! За ней не успевают закрыться ворота, и в них проезжает машина мужа.
Я хмурюсь, наблюдая за тем, как Добрынина, припарковавшись, выходит из машины. Она ждет, пока Сергей покинет свою и помогает ему дойти до крыльца. Распахнув дверь, я вылетаю на улицу прямо в коротком вязаном платье и вязаных чулках. Сережа на мгновение замирает, окидывая меня взглядом, и продолжает идти к дому.
 
— Спасибо, я сама, — пытаюсь перехватить мужа с другой стороны, но Виолетта не сдается.
— Мне не сложно, я помогу.
Мы доводим Сергея до прихожей, где экономка забирает его пальто, а я, присев, помогаю снять ботинки. Ставлю тапочки, но он их игнорирует.
— С возвращением домой, — улыбаюсь, выпрямившись. — А я уже елку украсила.
Делаю шаг в сторону, демонстрируя результат своей работы.
— Сама?
— Михаил помогал украсить верхнюю часть, я туда не достаю. А в остальном сама, да. Очень хотела успеть к твоему возвращению.
— Виола, отпусти, я не калека, — говорит Сергей, коротко кивнув на мой ответ. — Я хочу принять нормальный душ.
— Но Марта Сергеевна приготовила обед, — говорю я.
— Останешься на обед? — спрашивает Сергей Виолетту, а я закипаю. Зачем она нам тут?! Я думала, чтение вслух и моя забота за это время снова сблизили нас. Но, похоже, только я это ощущаю.
— Конечно. Спасибо за приглашение.
Не дождавшись, пока ее позовут пройти, Виолетта уверенно шагает в гостиную. В сапогах!
— У нас тут разуваются!
— Варварские манеры, — хмыкает она. — В цивилизованных домах уже давно все ходят в обуви по дому.
— Значит, мы не цивилизованные!
— Саша, — осекает меня Сергей, а я бросаю на него гневный взгляд. Почему он позволяет ей такое?!
— Сереженька, ты не нервничай. Я, конечно, разуюсь, если Александре так будет комфортнее.
Сжав целюсти, я смотрю на то, как Добрынина возвращается в прихожую, а потом иду следом за мужем в нашу спальню.
— Зачем ты ее пригласил? Я думала, мы пообедаем в тихой семейной обстановке. Только я и ты.
— Она встретила меня из больницы. Будет невежливо просто выпроводить ее.
— Встретила? — севшим голосом спрашиваю я. — Мне ты запретил приезжать.
— Я не запрещал, просто сказал, чтобы ты не утруждалась. Виолетта не спрашивала моего разрешения.
Черт подери эту пронырливую суку!
— Может, тогда и в супружескую постель ее уложим? — не выдерживаю я.
— Не говори глупостей, — отрезает Сергей и, войдя в ванную, закрывает дверь. Прямо перед моим носом.
— Черт! — выдыхаю истерично и, пнув пуфик, тащусь назад в гостиную “развлекать гостью”.
  
Глава 6
 
К счастью, когда возвращаюсь в гостиную, Виолетта стоит у окна и разговаривает по телефону. Обсуждает какую-то предстоящую вечеринку. Я иду в зону столовой и проверяю, как накрыт стол. Хочется изо всех сил показать, что хозяйка в этом доме я. И пусть приборы на столе разложены безупречно, я все равно поправляю их.
— Александра Ивановна, обед готов. Подавать? — спрашивает Марта Сергеевна, появившись из кухни.
— Подождем Сергея Дмитриевича.
Кивнув, экономка скрывается на кухне, а я ставлю в центр стола вазу с цветами. Убираю, потому что она кажется слишком громоздкой. Прищурившись, мысленно примеряю сюда плоскую вазу с цветочной композицией и решаю, что надо такую купить.
Наконец в столовой появляется Сережа. В легких домашних брюках и простой черной футболке он выглядит таким родным. Я знаю, что под этой футболкой еще есть бинты и пластыри, но внешне он выглядит уже намного лучше. Синяки и ссадины на лице заживают, так что скоро он окончательно станет похож на самого себя.
— Обедаем? — спрашивает Сережа, занимая место во главе стола.
— Конечно. Только предупрежу Марту Сергеевну, — отзываюсь с готовностью и спешу на кухню.
А, когда возвращаюсь, замираю перед столом. На мое место по правую руку от Сергея проскальзывает тощая задница Виолетты. Она что-то щебечет, на что Сергей снисходительно улыбается. Нахмурившись, делаю шаг на выход из комнаты. Такое унижение — это уже за гранью.
— Ты куда, Саш? — Сергей наконец замечает меня.
— Я не голодна, — выдавливаю из себя дрожащим голосом и выбегаю из столовой.