Развод. Прощай, предатель (СИ)

Но это не про моего бывшего мужа. Если он надумал что-то, не успокоится, пока не получит это. И стук в дверь это подтверждает. Я точно знаю, что это Сергей, потому что волоски на теле встали дыбом.
Вернувшись в ванную, меняю полотенце на халат и иду открывать. Я не впущу его в квартиру. Пригрожу полицией и отправлю.
Решительно настроившись, затягиваю пояс халата посильнее. Распахиваю дверь, и Сергей буквально сносит меня с ног, влетая в квартиру. В такой ситуации я могла бы ожидать, что он набросится на меня и будет склонять к сексу, но он удивляет. Доходит до входа в гостиную и разворачивается. Смотрит на меня с такой яростью, что я ежусь под его взглядом.
— Ты меня предавала когда-нибудь, Саша? — задает он совершенно неожиданный вопрос, и я закрываю входную дверь, не сводя взгляда с бывшего мужа. — Ответь!
  
Глава 28
 
— Что это за вопрос такой? — спрашиваю. Горло сковывает холодом, и я накрываю его ладонью. Сахарок вьется у моей ноги, привлекая внимание Сергея.
— Нормальный вопрос, — чеканит он. — Это еще кто? — кивает на собаку.
— Сахарок.
— Зачем она тебе?
— Потому что мне нужен кто-то, кто будет любить меня, — произношу, задрав подбородок.
Понимаю, что вряд ли мне удается выглядеть сильно воинственной, учитывая опухшее от слез лицо.
— Я! — рявкает Сергей и, сократив расстояние между нами, хватает меня рукой за подбородок. Вжимает спиной в дверь. — Я тебя любил! Любил до зубовного скрежета! Любил так, что жилы рвались! А ты меня предала!
— Ты… помнишь? — шепчу дрожащим голосом, глядя на бывшего мужа широко распахнутыми глазами. — Ты вспомнил меня? — задаю вопрос с надеждой в голосе.
— Вспомнил, — цедит он и кривится. На его лице ясно прорисовывается брезгливость. Ко мне? Но за что?
— Почему ты так со мной разговариваешь? — слабым голосом спрашиваю я. — И если вспомнил, то… почему… зачем ты так со мной?
— А ты скажи, зачем ты это подписала?! — рявкает он и трясет перед моим лицом какими-то документами.
— Что это?
— Ты еще смеешь спрашивать?! Решила договориться с Добрыниным и натянуть меня, пока я валяюсь в койке?! Хер вам, ясно?! Катастрофа тоже ваших рук дело?! Жалела, сука, что я выжил?! Что он тебе пообещал? Половину? Треть? Какой кусок, дрянь такая, надумала оттяпать?!
— Мне больно, — бормочу и смотрю на Сергея сквозь выступившие слезы. — Отпусти.
— Мне тоже было больно! — рявкает он мне в лицо. — Адски больно, когда я пришел в себя и узнал, что моя любимая… моя самая родная девочка предала меня! Растоптала! Алчная сука! — рявкает он.
Замахивается и дает мне пощечину. Я вскрикиваю и падаю на пол, разражаясь рыданиями. Это несправедливо! Я даже не понимаю, о чем он говорит!
— Сука! — цедит и, распахнув дверь, выходит, громко захлопнув ее за собой.
Я начинаю рыдать, приложив ладонь к пульсирующей горячей щеке. Сахарок запрыгивает ко мне на колени и поскуливает. Лижет мой подбородок, а меня просто разрывает от боли. И то, что собака жалеет меня, делает все еще хуже.
Сжавшись, ложусь на пол. Сворачиваюсь в клубочек и рыдаю, захлебываясь от несправедливости. За что он так со мной?! Я ничего не подписывала! Я не предавала его! Никогда бы не предала! Я любила его больше жизни! Но самое страшное, что до сих пор люблю! Люблю так сильно, что это выворачивает мои внутренности!
Я так и засыпаю на полу, а утром чувствую себя совершенно разбитой. Отправляю сообщение Платону, что уже выгуляла Сахарок, а вечером не смогу пойти с ним на прогулку якобы из-за встречи с подругой. Он не отвечает, но мне это и не надо. Я просто не хочу сегодня никого видеть. Но все же с одним человеком я хочу встретиться. Он может помочь мне разобраться в этой ситуации. И он мой должник, так что, скорее всего, не откажет.
Выгуляв Сахарок, я тащусь в другую часть города. Там пересаживаюсь на автобус и еду в пригород. Сегодня воскресенье, и он должен быть дома. Если же нет, я буду ждать его сколько придется, потому что его номера у меня нет, и позвонить я не смогу.
 
До нужного дома добираюсь пешком. Ночью прошел дождь, и мои кроссовки утопают в грязи, но меня такая мелочь не остановит. Я должна знать, что происходит, и в чем Сергей меня винит.
Наконец я оказываюсь перед старенькими, но аккуратно покрашенными воротами. Осматриваю их в поисках звонка, но ничего не нахожу. В прошлый раз, когда я здесь была, хозяин дома сам завел меня внутрь, и мне не пришлось долбиться в калитку. Сейчас, похоже, другой случай.
Взявшись за железную ручку, я пару раз стучу и оглядываюсь, чувствуя, как краснеют мои щеки. Не знаю, принято ли так вести себя здесь, и не потревожу ли я соседей грохотом, который создаю. Но мне не приходится долго переживать, потому что дверь дома открывается, и оттуда выглядывает миловидная молодая женщина.
Нахмурившись, она всматривается, пытаясь увидеть, кто стоит за воротами, потом подходит ближе, и ее лицо светлеет, на нем расплывается улыбка.
— Сашенька, — радостно произносит она. — Что ж вы не позвонили?
— У меня номера нет, — пожимаю плечами, когда она открывает калитку и жестом приглашает меня войти внутрь.
— Номер нужно обязательно записать, — она заглядывает мне за плечо, а потом смотрит на мои кроссовки. — А вы пешком, что ли? Машина поломалась?
— Пешком, Юль, — говорю я с робкой улыбкой. — Мне бы с Михаилом поговорить.
— Ой, а он за медом уехал. Но скоро должен вернуться. Пойдемте, я пока вас чаем напою.
Я захожу в дом за радушной хозяйкой, и мне навстречу тут же выползает розовощекий карапуз. Он гулит и пускает слюни, а я улыбаюсь.
— Как вы?
— Хорошо, спасибо, — кивает Юля — жена водителя Сергея. — Ростик вон ползать научился, теперь только лови его, — улыбается она.
Я сбрасываю обувь, и Юля внезапно обнимает меня. Я же застываю, не зная, как себя вести.
— Спасибо вам большое за помощь. Если бы не вы тогда… я не знаю, что было бы.
Я легонько приобнимаю Юлю.
— Я просто вовремя оказалась рядом.
Когда Юле пришел срок рожать, она решила, что было хорошей идеей сесть за руль и самой поехать в больницу. Но схватки были настолько сильными, что она в какой-то момент не справилась с управлением и попала в аварию. Ее заклинило в машине, и нужно было ждать службу спасения. Все мы знаем, как они приезжают. У Юли наступил шок. Она была настолько объята паникой, что не сообразила позвонить мужу, чтобы он помог. Зато я оказалась рядом.
В тот день я была у мастера маникюра и слегка задержалась у нее, потому что в середине процесса вырубился свет. Как будто само провидение хотело, чтобы я оказалась там, где оказалась. Как только мы закончили с маникюром, и я вышла на улицу, увидела на проспекте разбитую машину и толпу вокруг. Что-то заставило меня подойти ближе. Я узнала Юлю. Ее фотография была в портмоне Михаила, и как-то раз он показал мне ее. Я была чертовски благодарна своей хорошей памяти на лица. Благодаря ей я поняла, кто сидел за рулем.
Тогда я позвонила Сергею, он помог быстро организовать спасателей и скорую. К счастью, Юля родила под наблюдением врачей, а ребенок появился на свет здоровым. Не без некоторых проблем с нервной системой на фоне пережитого матерью стресса, но в целом вполне здоровенький крепыш.
— Ну пойдемте, — Юля вытирает слезы со щек и провожает меня в уютную кухню.
Я усаживаюсь на предложенный стул и наблюдаю за тем, как хозяйка дома готовит нам чай. Нервно подергиваю ногой, мечтая, чтобы Михаил как можно скорее появился дома. Он — единственный человек, который может мне помочь. И когда слышу, как к дому подъезжает машина, дергаюсь, а сердце пускается в галоп. Хоть бы он не отказал мне в помощи!
  
Глава 29
 
— Юленька, мед, — раздается из прихожей. — Я еще взял пергу и грецкие орехи. Приготовишь ореховый рулет? — раздается от входа в кухню, и я поворачиваю голову. — Добрый день, Александра Ивановна, — Михаил хмурится и ставит сумку с покупками на стол возле раковины.