Нелюбезный Шут (СИ)
В болоте что-то ухнуло, булькнуло, и через какое-то время по чёрной глади прошла слабая волна, плеснув на берег и едва не замочив обувь вовремя отступившего Шута.
— Ну ладно, — с непонятным выражением процедил Джастер и оглянулся на меня. — Пошли, пока солнце совсем не село.
Пошли — это он пошутил. Нет, он сам действительно почти шёл, а мне приходилось перепрыгивать с кочки на кочку, каждый раз поднимая юбку, придерживая тяжёлую торбу и стараясь не упасть в чёрную воду. Волосы падали на лицо, торба норовила опрокинуть меня в сторону, а поднявшиеся комары старательно пытались напиться моей крови. Но это лучше, чем оставаться на берегу, где слишком подозрительно шуршали заросли осоки, а спину буравили невидимые и жадные взгляды.
Солнце склонялось всё ниже, последние лучи слабо пробивались через густой лес по правую руку, вокруг заметно похолодало, и клочья тумана почти на глазах затягивали чёрную маслянистую поверхность воды. Ещё немного, и я даже кочки под этим туманом не разгляжу!
Джастер, ну зачем ты полез в это болото?! Да ещё на ночь глядя?!
Откинув падавшие на глаза волосы, я увидела, что Шут стоит на крохотном — в несколько шагов — островке, поперёк которого лежит голый тонкий ствол то ли осины, то ли ещё какого дерева. Комель вместе с когда-то обвалившимся левым берегом мок в воде, а обломанный ствол преграждал Джастеру путь. Но не это остановило хмурого и настороженно прислушивающегося воина.
— Быстро сюда. — Он протянул мне руку, и я молча прыгнула, уцепившись за его ладонь, чтобы не соскользнуть в воду, прямо на глазах исчезающую в коварном тумане. Никогда не думала, что так приятно почувствовать человеческое тепло рядом…
— Тс. — Настороженный воин приложил палец к губам, жестом показывая мне, чтобы я пригнулась, а ещё лучше — присела на землю, где стою.
Спорить я и не собиралась. Я тоже слышала подозрительный плеск воды о наш крохотный островок. Туман глушил звуки, небо над головой ещё оставалось светлым, но длинные тени сгущались и наливались опасными и голодными сумерками.
Единственной и желанной добычей на всём болоте были мы.
Слева от меня о кочку легко плеснулась волна…
Огромная, чудовищная туша с широко раскрытой пастью внезапно и бесшумно вынырнула из воды, и я в ужасе попрощалась с жизнью…
— Да щас же!
Разгневанный рык — и полузатопленная осина с пинка взвилась в воздух, в руки Шута, чтобы почти мгновенно заполнить пасть чудовища своими корнями и отправить его в полёт через голову взьярённого мужчины.
Я не успела ничего понять, как с обиженным рёвом неведомое чудище, больше всего похожее на огромного головастика, брюхом кверху рухнуло в воду шагах в двадцати от нас, разом разгоняя туман. Чёрная вода высокой волной помчалась к нам, слизывая кочки и траву на них. Я и вздохнуть не успела, как Шут вскинул свободную руку, и вода ударила в невидимую защиту, скатываясь по волшебному куполу.
— Ах ты, сволочь безмозглая… — негромко, но очень страшно прорычал Джастер. Чёрное призрачное пламя окутывало его фигуру, а глаза полыхали алым. Несчастное дерево, которое он держал обглоданным комлем вверх, напоминало пародию на волшебный посох. Только это зрелище не веселило. Шут был в такой же ярости, как тогда, на дороге, и даже сомневаться не приходилось, что сейчас он не станет сдерживаться.
Я сжалась в комочек, боясь даже напомнить о себе.
— Чтобы я из-за тебя в гнилой воде ещё марался… Ну всё, пеняй на себя…
Болото глумливо булькнуло.
— Что?! Думаешь, спрятался?! — Взбешённый Шут с боевой осиной в руках, в несколько мощных прыжков оказался на месте падения чудища. — Думаешь, не достану, жаба тупомордая?! Я тебе что, не человечьим языком сказал: пропусти — не трону, скотина тупая?!
В следующий миг он вскинул осину наподобие боевого копья и с силой метнул комлем вперёд, но не туда, где ещё расходились круги от падения чудища, а заметно правее. Осиновый ствол вспыхнул зелёным светом и вонзился в чёрную воду, как горячий нож в масло, скрывшись под водяной гладью полностью.
Через удар сердца болото встало на дыбы и содрогнулось от нового рёва, полного боли. Что бы там ни случилось в глубине, чудовище металось, отчего всё вокруг ходило ходуном, а чёрные волны то и дело скатывались с волшебной защиты. Я лишь крепко вцепилась в траву, всем телом прижавшись к трясущемуся островку, и надеялась, что в этом ужасе сумею не свалиться в беснующееся болото…
— Я тебя по-человечьи просил: дай пройти?! Просил! А ты что удумал, жаба недобитая?! — не меньше чудища бушевал Шут. — Совсем страх с разумом потерял, не видишь, на кого пасть раззявил?! Так я тебе быстро всё на место вставлю, тварь безмозглая!
В длинных тенях, густеющих сумерках и чёрных приливах я не видела, что сделал Джастер, но новый столб зеленого света, ударивший в воду, на некоторое время ослепил меня.
Болото жутко взвыло и застонало на разные голоса. Куда там гнобышам и утенцам! Куда тёмнику и болотнику… Самым опасным здесь был тот, кто называл себя Шутом.
Это глупую ведьму он пожалел, но болотная нечисть — совсем другое дело.
— А ну тихо все! — Громогласный приказ сопроводила такая волна силы, что разгладились даже волны. Ни один звук не нарушал установившуюся тишину. Не квакали лягушки, не звенели комары, не булькала и не вскипала пузырями вода. Даже туман перестал струиться и попрятался в камыши. Мне чудилось, что все обитатели замерли в один миг, даже не закончив движения. Никто не хотел испытать на себе новую вспышку гнева неожиданного повелителя болота.
— Вот так и сидите! — Джастер легко перепрыгивал с кочки на кочку, возвращаясь на наш островок. — А то совсем охамели, ни стыда, ни совести… Одичали вконец…
Я поднялась на ноги, молча и как можно тише отряхивая платье. Не буду я ничего говорить, пусть думает, как хочет! А то вдруг опять рассердится…
— Тропу вернул! — негромко прорычал Шут новый приказ, едва ступив на островок.
Торопливый плеск воды и от островка к чёрному ельнику пролегла цепочка обнажившихся травянистых и мокрых кочек. По такой тропе даже я могла пройти безбоязненно.
— Идём, — хмуро бросил Джастер через плечо и зашагал к ельнику, который заметно посветлел. Я шла за ним, глядя под ноги, чтобы не оступиться в сумерках, и думала, что тёмник тоже поспешил убраться подальше от шагающего к берегу Шута.
Нечисть тоже хотела жить.
К моему удивлению, уходить от болота Джастер не стал. Всего в десятке шагов от края он нашёл сухую высокую полянку и развёл костёр. И, пока я молча варила кашу, с болота не раздавалось ни звука. Я прямо чуяла, как боятся пошевелиться все его видимые и невидимые обитатели. Честно говоря, я их очень понимала. Ведь в случившемся была и моя вина. Это из-за меня у Шута испортилось настроение на несколько дней, просто он срываться на мне не стал, потому что у нас был договор…
Ещё я думала: повезло мне с таким удивительным спутником, сейчас мрачно смотрящим в огонь, или наоборот?
С одной стороны, Джастер оказался опаснее всего и вся, что я знала, но в то же время был самым надёжным защитником, какого можно вообразить. Разбойники?! Да чихать он хотел на каких-то разбойников! Да и на всю болотную и лесную нечисть и нежить заодно.
Он ведь даже оружия не достал, просто первой попавшейся дубиной чудище усмирил… А уж что за заклинания он использовал — я даже не представляла. Это была не сила волшебника и не ведьмовская магия. Ни о чём подобном мне даже слышать не доводилось.
С момента нашего знакомства Джастер не переставал меня удивлять, часто заставляя чувствовать себя глупой девчонкой, которая ничего не понимает в жизни. Но только сейчас я осознала насколько он сильнее меня магически.
Интересно, что бы сказала бы про него Холисса?
«Держись за такого парня крепче, девочка». Голос наставницы прозвучал в голове как наяву, и я грустно улыбнулась своим мыслям. Да уж, рядом с Шутом бояться нужно только самого Шута…