Взломщик (СИ)
Антон слушал весь этот бред с постной миной. А как только следователь закончил, стал смеяться. Причем ста-рался смеяться так, чтобы этот смех перешел в гомерический.
— Это все… обвинения?
— Нет. Но сейчас мы остановимся именно на этом.
Антон стал смотреть на следователя, ничего не говоря.
— И долго ты собираешься молчать? — спросил полковник.
— До тех пор пока мне не предъявят факты.
— А никаких фактов и не надо. Ты агент негуманоидной цивилизации. Этого достаточно.
— А Вы агент архов. Мне это стало известно только что. Вас необходимо арестовать. Немедленно. Вызывайте охрану.
— Перестань паясничать. Моя лояльность империи не вызывает сомнения.
— А моя, стало быть, вызывает?
— Ты не гражданин империи. Поэтому по определению ты не можешь быть к ней лоялен.
— То есть если гражданин империи обвинит другого человека, не гражданина, в том, что он агент — этого достаточно.
— Нет. Есть факты, которые не имеют отношения к нашему разговору. На основании этих фактов точно установ-лен источник интереса. И установлено твое участие в похищении этих предметов.
— И в чем же выразилось мое участие?
— Ты вывел из строя охранную систему банка.
— Это, в каком таком банке я совершил такое кощунство? И когда?
Следователь посмотрел на Антона и назвал дату их с Павлом последнего техобслуживания банковской системы охраны.
— А на чем же базируется Ваша уверенность в том, что систему охраны вывел из строя именно я?
— На том, что после проведенной операции ты скрылся.
Неприятные воспоминания нахлынули на парня. Странное поведение Павла. Убийство товарища. Отъезд на кордон…
— Не скрылся, а поехал отдыхать.
— Отдыхать, сразу после ограбления?
Антон усмехнулся.
— А что, для того чтобы поехать отдыхать надо ограбить банк? Может быть, средств, полученных за работу, вполне достаточно для отдыха? Или в вашем Содружестве все поступают именно так?
Следователь строго взглянул на парня.
— Не надо передергивать. Ты скрылся именно потому, что вывел из строя систему охраны.
— А других вариантов для сокрытия быть не может. Только ограбил и скрылся. А может быть, я получил письмо от больной матери? Или поругался с девушкой? Или решил сменить место работы? Вариантов более чем доста-точно.
— Версий действительно может быть много. Но все возможные мы проверили. И не одна из них не подходит к тебе.
— А все подходящие Вы просто не заметили. Очень умно. Вот и обнаружился грабитель. А проверкой, надо полагать, Вы занимались сидя в тиши кабинета. Ну да, ведь выехать на место на далекой планете не просто. Поэтому поручили собрать информацию местному агенту, доверие которому просто безгранично. И уж он постарался. Я что-то не припомню, чтобы со мной, как одним из фигурантов этого дела, кто-то беседовал. Да и мои знакомые ничего мне не говорили о подобном. И очень сильно сомневаюсь, что за три дня удалось собрать убедительные материалы. Любая экспертиза занимает очень много времени. А тут раз и все ясно. Аааа. Я понял. Весь этот анализ провели искины. И как всякие машины наверняка говорили, что этот шаг был сделан с вероятностью 90 процентов, этот 87, а этот 56. А потом, сложив и поделив, выдали — с вероятностью пятьдесят семь и три десятых процента вражеский агент именно этот. А вы так полагаетесь на их мнение, что остальные сорок два и семь посчитали за статистическую ошибку.
Полковник откинулся на спинку стула, на котором сидел, и долго рассматривал Антона.
— Почему ты отказываешься от очевидного?
— Очевидного чего? Мне совсем не очевидно, что я совершил то преступление, которое Вы мне инкриминируете. Это для Вас, привыкших доверять машинной, а не человеческой логике, предоставленные материалы считаются доказательствами. Кстати неизвестно чего. А для меня они ничто. Хотя бы потому, что документальных материалов, мне не предоставили. А я твержу об этом уже который день. Жалко видимо тратить на ерунду время ваших искинов. Кроме того, есть факты — именно факты, которые никак не вписываются в мои действия. А следовательно, игнорирование этих фактов происходит сознательно, с целью доказать, что виноват именно я.
— Ну и какие факты ты можешь привести?
— Да, пожалуйста. Даже по времени техобслуживание и ограбление не совпадают. Сначала мы провели техобслуживание, а ночью, когда нас не было в банке, произошло ограбление. И кстати, ни о какой пропаже вещей из банка не сообщалось.
— Не сообщалось потому, что никто об этом не заявлял. Что толку заявлять о пропаже нескольких кристаллов и пары непонятных железок. Их ценность для тех, кто не понимает что это, неопределима. По предварительной оценке их стоимости — она составляет, примерно, стоимость эскадры линкоров. Никто на Земле не может даже вообразить, что это такое. А ограбление банка было инсценировкой, после похищения артефактов из банковской ячейки.
— Согласитесь, что инсценировка вышла какая-то странная. Зачем грабить банк, если он уже ограблен.
— Следы. Если ты взял маленький предмет, и все осталось на своих местах, то всегда можно восстановить цепь событий. А если из банка украдена достаточно большая сумма денег, да еще в процессе ограбления есть труппы, всегда можно сослаться на то, что либо кто-то залез в банковскую ячейку, ради личной поживы, а теперь он труп, либо виноват кто-то пришедший с улицы помочь грабителям. Следов много, проверить их все не возможно, от-следить всех фигурантов очень сложно. Так что повторный грабеж — это сокрытие следов.
— Да не было там повторного грабежа. Нечего там было брать. Банк был пустой.
— И как ты это узнал?
Антон помолчал и сказал, смотря на следователя:
— Я только сейчас понял, что вы не знаете ничего. Нет у вас агента, знакомого с материалами дела. Вы имеете самую поверхностную информацию и пытаетесь вытянуть из меня подробности, пряча их под грудой пустых во-просов и формальностей. Чтобы подтвердить или опровергнуть это, просто назовите мне сумму похищенного из банка.
Следователь посмотрел в экран на столе и сказал:
— 1 200 765 000 рублей и 18 000 400 долларов.
— И как их вынесли из банка?
— Их уложили в чемодан и вынесли через дверь.
— Ответьте, пожалуйста, еще на один вопрос. Именно эти данные вы используете, формулируя обвинение мне?
— Да, эта сумма обозначена как похищенная из банка.
— А у Вас есть, что-нибудь типа нашего калькулятора?
Следователь улыбнулся и сказал:
— Называй цифры, я сосчитаю.
— Ну, давайте считать. Итак, предположим, что для того чтобы облегчить мне труд по выносу наличных денег из банка, были заказаны купюры самого большого номинала — 5 000 рублей.
— Ну, положим, — усмехнулся Делеус.
— Тогда всего купюр было…
— 240 153 штуки, — ответил следователь, продолжая улыбаться.
— … или 2 401 пачка. Верно?
— Осталось еще несколько купюр.
— Оставьте на чай кассиру. В стандартный кейс влезает 50 пачек. Пусть в чемодан поместиться восемь кейсов. Тогда туда можно положить 400 пачек. Стало быть, чтобы сложить всю эту наличность надо 6 чемоданов. Ну, пусть также поступили и с долларами. Тогда добавим еще 4 чемодана. Таким образом, всего наличных денег в банке на момент ограбления было, по самым минимальным подсчетам, 10 чемоданов. Я ни в чем не ошибся?
На Антона смотрел несколько обалдевший следователь.
— Да, все верно.
— А не подскажете мне ответ на один простой вопрос — как человеку, имеющему две руки, две ноги и зубы, можно пронести через дверь сразу 10 чемоданов?
— Видимо нам неправильно сообщили сумму наличных в банке.
— А есть не предположение, а точная уверенность в том, что наличных денег в банке не было. Тогда и грабить было нечего. А заявление, что они были, просто обман. Для того чтобы получить страховку. И тогда все встанет на свои места.
Помолчав, полковник произнес:
— Даже если ограбление банка было инсценировкой, я не понимаю, как это снимает с тебя подозрение в ограблении ячейки.