Законы Долга (СИ)

Юнуши закрыла рот рукой, ужас отобразился в ее глазах.
— А Ясек? — хриплым голосом выдавила она.
— Он как мог пытался защитить Вас, но в конце концов, поняв, что ваш заговор раскрыт, он осмелел настолько, что высказал графу все, что он о нем думает. Парень был так искренен и красноречив, говоря, что граф Вас не заслуживает, что тот всегда видел в Вас лишь сосуд для его ребенка, в то время как… — Ирас на миг запнулся, — он сказал, что Вы — чудная женщина с добрым сердцем и наивными мечтами…
— Что с Ясеком? — Юнуши схватила Ираса за запястье и с мольбой посмотрела в его хмурые глаза.
— Простите, графиня… Я не смог…
Слеза скатилась по бледной щеке гномки.
— Я не смог спасти его… и Алис… но я… — Ирас вновь приобрел решительный вид, — я намерен спасти Вас.
Юнуши, опустив руки и голову, смотрела себе под ноги. Слезы падали из ее глаз, оставляя глубокие черные следы на свежем снегу. Внезапно, сжав топор в руках, она бросила на Ираса такой испепеляющий взгляд, что тот внутри весь содрогнулся.
— Я его убью. Клянусь тебе, Ирас… Я убью этого мерзавца! — с этими словами она сняла со спины рюкзак и принялась рыться в нем в поиске еще одного свитка.
— Нет, нет, графиня… — Ирас выхватил сумку из ее рук.
Она отчаянно пыталась допрыгнуть до руки высокого человека, чтобы вернуть свой рюкзак, она пинала Ираса, остервенело била по его бедрам своими сжатыми в кулачки руками и наконец в изнеможении опустилась на холодную землю. Ирас встал перед ней на колени и крепко обнял ее, позволив ей рыдать на его широком плече.
— Ну же… сейчас не время делать глупости, — проговорил он. — Вы хотели бежать — пора…
Услышав эти слова, Юнуши расплакалась еще сильнее.
— Я знаю, как дороги Вам были Алис и Ясек, в особенности священник… Но их больше нет. Теперь Вы должны думать о себе, — он оторвал гномку от себя и посмотрел в ее заплаканные глаза.
— Граф поклялся запереть Вас в замке и держать там, пока не будет взят Гиран, и тогда, он сказал, Вы будете лежать привязанная к кровати, пока не зачнете дитя, и затем… он поклялся, что он больше не намерен будет терпеть Ваши выходки… Вы понимаете: после того, как все узнают о том, что Вы хотели бежать с человеком от мужа, от отца, пренебрегая всеми законами дочернего долга и чести, отвергая пророчества своего народа, никто не сможет уже за Вас вступиться.
— Что же мне делать? — слова Ираса дошли до сознания графини. — Бежать, но как?
— Я обо всем позаботился, графиня, но нужно действовать быстро, — он поднялся и, прихватив с земли ее прочный щит, за руку потащил графиню за собой.
Юнуши, не пытаясь даже сопротивляться или что-либо возражать, послушно следовала за торопливо идущим впереди нее темным паладином. Они прошли лабиринт насквозь, пересекли обледенелый мост и под нескончаемый скорбный вой волков ступили на территорию Древней Лаборатории Гигантов. Спустившись с холма, они оказались в небольшом поселке исследователей, расположившемся чуть поодаль от гигантского кратера, образованного метеоритом, что упал на землю тысячи лет назад и вокруг которого гигант-изобретатель по имени Павел некогда устроил свою лабораторию. Лагерь спал — лишь у дальней палатки горел одинокий факел. Заметив движение, с земли тут же вскочил мальчишка-конюх и, тряхнув полотно шатра, неуверенно пошел навстречу бредущим со стороны лабиринта путникам.
— Я сделал так, как Вы велели, милорд, — юноша робко покосился на Ираса, — я привел ящера, хоть это и стоило мне больших трудов.
— Прекрасно, — сухо заметил Ирас, — а теперь возвращайся в город. Скоро я найду тебя, и ты получишь обещанное вознаграждение.
Паренек недовольно взглянул на воина, затем на гномку и, что-то ворча себе под нос, поплелся в сторону города по занесенной снегом тропе.
В это время из палатки вышла обеспокоенная пожилая гномка, Юмильда. Благодарная за то, что Ее Светлость выделила отряд для борьбы с големами вокруг поселка, она не раздумывая согласилась помочь Ирасу спасти графиню от неправедного гнева ее титулованного мужа, который палец о палец не ударил, чтобы помочь исследовательнице, когда та его об этом умоляла.
 
За палаткой послышалось сердитое фырчанье, и тут же показалась уродливая морда ездового дракона. Две его мощные задние лапы нетерпеливо топтали лед, толстые шея и хвост раскачивалась в такт жаркому дыханию.
— Гриммур! — воскликнула гномка, очнувшаяся от нелегких дум. — Ко мне, девочка!
В два шага дракониха добралась до хозяйки и принялась нежно тыкаться холодной мордой ей в плечо.
Юнуши даже улыбнулась на секунду, проведя рукой по чешуйчатому боку своей любимицы, но тут же снова полным отчаяния взглядом посмотрела на Ираса.
— Мальчишка забыл надеть на ящера седло, — посетовал тот, но Юнуши заверила, что может ехать и так.
— Но куда мне бежать? — графиня умоляюще посмотрела на своего мастера.
— Теперь Вы вольны делать все, что Вашей душе угодно, — заметил тот, — но я очень советую Вам покинуть север и направиться туда, где отец и муж не смогут Вас найти, — с этими словами он вынул из кармана и протянул гномке белоснежный платок.
Графиня осторожно приняла его из рук Ираса и, развернув, обнаружила в нем изящное ожерелье со вставками из голубых бриллиантов.
— Я не смог взять с собой все ваши украшения, — заметил паладин, — но я подумал, что защитное ожерелье придется весьма кстати…
— Я помню его, — изумленно вымолвила Юнуши, — моя сестра Майлин подарила мне его на мой двадцатый день рождения. Сестра… — прошептала графиня и, оторвав взгляд от ожерелья, подняла глаза на Ираса, в которых тот заметил легкий огонек надежды. — Значит, так тому и быть: я отправляюсь в Гиран, — уверенно произнесла она.
Ирас заметил, что нелегко будет пересечь южную заставу, на что графиня, ласково похлопав Гриммур по шее, ответила, что для нее нет больше ничего сложного в этом мире.
— Я потеряла все самое дорогое, что имела. Мне осталось лишь одно — свобода, и ее я так просто не отдам, — твердо сказала маленькая женщина.
— Я уверен, что у Вас все получится, графиня, — попытался поддержать ее Ирас, но та строго заметила, что никакая она больше не графиня.
— Я — просто Юнуши, охотница и добытчица ресурсов.
— Так тому и быть. Удачи тебе, Юнуши, — проглотив ком в горле, выпалил Ирас.
— Прощай, Ирас… — прошептала гномка, бросаясь к грозному воину, чтобы в последний раз обнять его, — ты сделал для меня больше, чем кто-либо другой… Ты, наверное, самый хороший на свете человек.
Ирас внезапно отстранился и, сурово посмотрев гномке в глаза, сказал:
— Нет, я плохой… Я очень плохой человек, — но тут же, переменившись в лице, ласково добавил: — Но тебе, моя милая, моя дорогая Юнуши, я со всей имеющейся у меня искренностью желаю всего только самого хорошего. Поэтому вот, — Ирас достал из-за пазухи темно-зеленый кристалл и прочитал над ним заклинание.
Тут же, как по волшебству, из вспышки света перед удивленными гномками появилась черная пантера с прочной кристальной шкурой.
— Мой зверь пойдет с тобой, — заявил Ирас, — он будет защищать тебя, пока не умрет или… пока не умру я.
Глаза Юнуши не просыхали от слез горя и благодарности.
Они постояли еще минуту, пристально глядя друг на друга, после чего Ирас осторожно заметил, что их с Юмильдой непременно накажут, если узнают, что те помогли графине бежать.
— Что я могу сделать? — спросила Юнуши, сильно обеспокоившись по этому поводу.
— Просто сделай так, чтобы было похоже, что я пытался тебя остановить, — Ирас поднял с земли и протянул гномке ее топор.
 
Юнуши стояла в нерешительности, мотая головой.
— Слушай, — Ирас положил руки ей на плечи, — как ты думаешь, что хуже: ходить со сломанным носом или болтаться в петле?
Эти слова убедили Юнуши, и она, собравшись с духом и силами, одним мощным ударом хвостом топора в висок лишила своего мастера чувств.
Когда Ирас пришел в себя, Юнуши уже и след простыл.