Побег с Шиэго II (СИ)
«Блядь, что она хочет со мной делать? Колоть этот стекломой мне в вену? Она же не знает мой диагноз», — меня начала накрывать паника и я непроизвольно замычал. Кошкодевушка повернулась ко мне:
— В чем дело, что такое? Тебе плохо? — спросила она на неплохом ново-эльфийском.
— Пи-ии-ть, — попытался я промычать и замотал головой. С речью на данный момент была явная проблема. И с моторикой тела — пока тоже, но это и не удивительно в моей ситуации.
— Тебе нельзя пить, пока не получишь стабилизационный раствор, — ответила кошкодевушка, вдела шприц в медицинский пистолет, быстро подошла и ввела мне в шею этот раствор.
Я попытался извиваться и мотать головой. Секунд через тридцать появилось сообщение:
[Получен витаминно-стабилизационный раствор 18-553-G2. Восстановление метаболизма после перенесённого полёта и перегрузки произойдёт через двадцать пять — тридцать минут], — прочитал я с некоторым облегчением.
— Что с тобой такое, ты глупый или сумасшедший? — удивленно поинтересовалась доктор.
Я смотрел на неё бессмысленным взглядом. В глазах был мелкий песок или пыль, остро хотелось их промыть. Послышались шаги на лестнице и через минуту в кабинет вошла офицер-эльфийка. Она кивнула головой и улыбнулась кошкодевушке:
— Как настроение и дела, доктор?
— О, всё как обычно, Лили, скука и пыль, — тоже немного улыбнулась кошкодевушка. — Кто этот неадекватный эльф и почему он в двойных кандалах?
— Это осужденный смертник. Политический террорист, пират и просто сволочь — ему стерли память, я как раз принесла вам его медицинский файл, Нори, — эльфийка протянула ей инфокапсулу.
— Ах, вот оно что, это всё объясняет, — докторша даже взмахнула рукой. — Я очень давно не встречала таких пациентов.
— Сейчас надо закончить с официальной частью, потом я сниму кандалы и оставлю его у вас на несколько дней под охраной.
— А он нас не убьёт? — нахмурилась кошкодевушка, взволнованно помахивая хвостиком.
— Нет, не думаю. Он овощ, судя по документам. Процедура стирания памяти с применением протокола деактивации имплантов — страшная штука. Двоих охранников я оставлю у вас, да и бежать ему некуда, — пояснила ей эльфийка.
Потом она достала из поясного кожаного чехла небольшой планшет, приложила к нему ещё одну инфокапсулу, или же флешку. Повернувшись и глядя на меня своими обалденно-красивыми глазами, она заявила:
— Я — штабс-лейтенант юстиции Лейтариэльс. Вы — Хайнц-Кристиан Пассанте, приговорены Корпоративным судом Эльфийского Технологического Союза к лишению гражданства, конфискации всего имущества, деактивации запрещенных биомагических технологий и стиранию памяти — немедленно, и к смертной казни — с двухлетней отсрочкой на время апелляции. Отсрочку вы будете отбывать на репарационной планете общей юрисдикции Шиэго-Два под надзором властей Королевства Вампиров и Эльфийского Технологического Союза. Оплата вашего труда по установленным расценкам будет конфискована в пользу местных представителей Анархического Союза Нэко за причинённый вашими преступлениями ущерб. Кроме этого, вы обязаны возместить властям Эльфийского Технологического Союза издержки на транспортировку и содержание вас здесь.
«Хе-хе-хе, ну хоть ебашить я буду не даром. Интересно, с чего мне возмещать издержки, если они всё конфискуют этим хвостатым анархистам?» — меня пробивало на смех, но я смог непроизвольно выдавить из себя кривую, легкую улыбку.
— Лили, я прочитала его файл, — подала голос доктор, — он вообще не способен ничего понимать ещё месяц после такой процедуры, только элементарную речь, и то ограниченно. Он через неделю только сможет делать первые шаги.
— А куда нам спешить? — пожала плечами офицер. — Госпожа Тайвечи решила определить его в бригаду на восточном каньоне, там нужен минёр дальних проходов.
— Он там такое заминирует, что и сам взорвётся, и шахту разрушит, — возразила кошкодевушка. Я мотал на ус эти интересные сведения.
— Нори, это уже не наша с вами забота. Сделайте всё, что считаете нужным, чтобы хоть как-то привести его в чувство. У него был один из этих очень опасных, очень старых и запрещённых техномагических биоимплантов. Он и сейчас у него в голове, но его очень жёстко деактивировали после суда. Я читала, что после таких модификаций прежнего душевного здоровья уже не бывает, — пока эльфийка говорила это, она подошла ко мне, приложила какой-то магнитный ключ и сняла кандалы сначала с рук, потом с ног. Я уловил запах полевых цветов от неё. Классный парфюм, особенно в таком месте.
— Вся эта эльфийская техномагия — разве не выдумка? — усмехнулась доктор.
— К сожалению, наш народ раньше имел такие способности, а сейчас поговаривают, что они остались лишь у некоторых очень богатых аристократов, из самых древних родов. Так что все это было реально, но уже встречается очень и очень редко, к счастью, — пояснила офицер. — Во многом на применении этих способностей один из родов столетия назад смог подчинить свободные эльфийские и орочьи кланы и образовать из них печально известный Галактический Рейх, за который до сих пор стыдно всем эльфам. Но благодаря нашим освободителям с этими временами давно покончено!
— Я вас поняла, Лили. Не знала об этом. Получается, он тоже какой-то ваш древний маг?
— Вот этого я не могу вам сказать. Очевидно, у него есть генетическая предрасположенность к магии, судя по наличию этого импланта. Но для практической техномагии, кроме чисто врожденных способностей, нужны очень редкие и дорогие кристаллы Ксиони, а как мне известно, их запасы были исчерпаны ещё в годы Великой Галактической Войны, во времена падения Эльфийского Рейха и нашего освобождения от тирании этих безумцев.
— Вы меня немного успокоили, Лили. Охрану вы оставите?
— Конечно, не переживайте, Нори, они в вашем распоряжении.
— До свидания, Лили. Будем на связи.
Я увидел, как эльфийка улыбнулась ей и вышла из кабинета, держа в руке серебристые, тонкие кандалы. Докторша подошла ко мне, приложила приборчик к моему лбу, потом считала данные и удовлетворенно закусив на секунду губу, тоже вышла из кабинета.
Через пару часов лежания на этой кушетке снова пришла докторша и охранники-вампиры. Они меня грубо взяли под руки и оттащили немного правее по коридору, в явно тюремную палату с пружинной кроватью, потасканным матрасиком и подушкой, грязным зеркальцем и умывальником. Небольшое окно было зарешечено. Кошкодевушка ещё раз приложила приборчик к шее, наверно измеряя пульс. Удовлетворенно кивнув, она вышла из палаты, вполне обычную дверь закрыли на замок и я остался лежать на своей новой кровати. Было над чем поразмыслить.
«Н-да, ситуация. Жалобы насчёт условий содержания подавать смысла не имеет», — меня пробило на смех, что аж закололо в правом боку. — «Промыть глаза», — с этой мыслью я кое-как поднялся и прошёл к умывальнику. Из крана полилась слабая струйка воды с легчайшим запахом серо-водорода или чего-то подобного. Вода была теплая, как в летней речке. Я тщательно промыл глаза, умылся несколько раз и посмотрел на себя в зеркальце.
Меня поразила сильная схожесть моей новой эльфийской внешности с моей внешностью настоящей — такие же голубые глаза, брови, немного грубоватые черты лица, нос и волевой подбородок, чуть-чуть более длинные и заостренные уши, темно-русые волосы. Пока я шёл обратно упасть на кровать, посмотрел на себя сверху-вниз — рост 180 плюс-минус два, худощавый, но спортивная комплекция и без пуза. Почти я, но только эльф, более молодой и с более длинными ушами.
Когда я лёг, это навело меня на мысли, что всё это неспроста и вообще — надо разбить зеркальце, вскрыть себе вены и этот ужасный сон или что это, прекратится, и я снова проснусь в себе настоящем. Я даже сделал попытку снова подняться, но не было сил. Уже позже я поразмыслил, что неизвестно какие события произошли со мной вечером после работы и жив ли я вообще. Поэтому сдохнуть я всегда успею, тем более казнь через два года, если не сгноят раньше или сам не скопычусь в шахтах. В общем, надо исходить из текущей ситуации и познавать новый мир. Который, несмотря на моё тяжкое положение, был весьма интересным и необычным. Одни кошкодевушки и эльфийки чего стоили. Да и вампирша — весьма небезынтересная мадам.