Затишье (ЛП)

Руби Диксон
«Затишье»
Серия: Варвары Ледяной планеты (книга 7,5)
Автор: Руби Диксон
Название: Затишье
Серия: Варвары Ледяной планеты_7,5
Перевод: Женя
Редактор: Eva_Ber
Обложка:  Poison Princess
Оформление:
Eva_Ber
Глава 1
МЭЙЛАК
Беспокойство пробуждает меня ото сна. Я переворачиваюсь на мехах, не в силах устроиться поудобнее. Это чувство не проходит, и я открываю глаза, глядя на потолок своей пещеры.
Что-то не так. Это не дрожь отчаяния, которую мой кхай посылает через меня, когда умирает другой. Это что-то более мягкое, что-то, что вот-вот произойдет. Это укол беспокойства, который приходит с более медленным, ползучим беспокойством, таким как голод или болезнь.
Моя рука опускается к животу, и я ищу глубоко внутри, позволяя исцелению моего кхая течь. Это касается малыша, уютно устроившегося внутри моего тела, и находит его здоровым. У меня опускается живот и болят кости, что говорит мне о том, что скоро прибудет мой комплект. После многих сезонов ожидания я испытываю облегчение и волнение, что буду держать на руках своего маленького сына, но не он будит меня этим утром. Я смотрю на кровать Эши, прямо напротив нашей. Моя маленькая дочь сосет большой палец во сне с закрытыми глазами. Она миролюбива, и цвет кожи у нее хороший. Значит, это не Эша. Я немного расслабляюсь.
Рядом со мной моя пара утыкается носом в мою шею.
— Мэйлак?
Я провожу пальцами по дорогому лицу Кэшрема.
— Я не могу уснуть.
— Это из-за комплекта? Скоро он будет здесь? — его рука ласкает мой живот. — Может, мне приготовить для него корзинку?
— Пока нет, — говорю я своему партнеру и рассеянно глажу его рог. — Это что-то другое.
Он кутается в свои меха, глядя на меня сверху вниз с беспокойством в глазах.
— Что?
Я киваю и начинаю подниматься с наших мехов. Кэшрем вскакивает на ноги и помогает мне подняться, так как я неуклюжа с комплектом, и мое тело кажется чужим. Он держит меня немного дольше, чем необходимо, беспокойство отражается на его нежном лице.
Я глажу его по подбородку.
— Я должна проверить племя, моя пара, — шепчу я ему.
Кэшрем кивает. Он, как никто другой, понимает мои настроения. Он знает, что я беспокоюсь о каждом в нашем растущем племени, как будто они мои собственные комплекты. Он знает, что я не смогу успокоиться, пока мой кхай не споет каждому из них и не определит, что с ними все в порядке. Я слишком живо помню, каково это было — наблюдать, как кхай-болезнь распространяется по нашему народу, и как мой собственный кхай еще не пробудился к своей целительной силе. Тогда я была бессильна, и у нас не было целителя.
Теперь все по-другому, и я должна сделать все, что в моих силах.
Моя пара помогает мне надеть тунику и опускается на колени, чтобы помочь мне надеть ботинки. Я не могу согнуться под узами, поэтому он делает это за меня, его руки нежны. Он так добр ко мне, мой Кэшрем. Всегда терпелив, всегда нежен и заботится об Эше, когда я занята… а с таким количеством новичков в племени, кажется, я всегда занята. Мое сердце согревается, когда я вижу, как растет так много семей, но это также утомительно только для одного целителя.
Как будто он может прочитать мои мысли, Кэшрем заканчивает завязывать мои шнурки и встает с суровым выражением на лице.
— Ты не будешь изнурять себя?
— Не буду, — обещаю я.
Взгляд, который он бросает на меня, явно скептический.
— Ты близка к своему времени и устала. Если ты почувствуешь…
— Я знаю, моя пара. — Я глажу его по щеке и улыбаюсь. — Доверяй целителю знать свое собственное тело.
 
— Я доверяю целителю, но я также знаю свою пару, — спокойно говорит он. Эша просыпается и трет глаза, а он садится на корточки, протягивая к ней руки. — Сегодня я присмотрю за малышкой. Она поможет своему отцу приготовить несколько шкурок, не так ли, моя малышка?
Моя милая дочь только хихикает и бросается в объятия Кэшрема. Она кладет щеку ему на плечо, а затем улыбается мне.
— Могу я поцеловать тебя, мама? Люди делают это.
О, с губами? Я протягиваю руки к своей дочери, и она бросается в мои объятия и прижимается своим крошечным ртом к моей щеке. Она пускает слюни по всему моему лицу, и я терпеливо остаюсь неподвижной, хотя и вижу, как моя пара весело ухмыляется.
— От какого человека ты этому научилась, Эша? — спрашиваю я, когда она заканчивает.
— Джо-си, — радостно объявляет Эша. — Она всегда пристально смотрит на Хэйдена. Почему вы с отцом так не делаете?
— Потому что мы не люди, — объясняю я ей, взъерошивая ее гриву, а затем возвращаю ее Кэшрему. Я не совсем уверена, что когда-нибудь приму человеческий обычай ласкать языком губы своей половинки. Это кажется… странным. Но поцелуи Эши сладки и наполняют меня радостью, и я быстро и сухо целую ее в круглую щечку. — Будь добра к своему отцу. Я скоро вернусь.
Кэшрем улыбается мне, и мое сердце сжимается от нежности к моей паре. Повинуясь импульсу, я протягиваю руку и глажу его, ища. Я посылаю свои мысли через его тело в поисках его кхая. В каждом из них есть небольшая песня, даже когда они не находятся в резонансе, и сейчас я ищу эту песню, смешанную с пульсом текущей крови и стуком сердца. У Кэшрема хорошая песня, крепкая. Я вздыхаю с облегчением и возвращаюсь в себя. Мгновение спустя я касаюсь руки Эши и делаю то же самое, просто потому, что я должна убедиться, что с моей семьей все в порядке. Когда я удовлетворена, я опускаю руку.
Моя пара наблюдает за мной с выражением беспокойства на лице.
— Что тебя беспокоит?
— Я еще не знаю. Возможно, это ничего не значит. — Но это не похоже ни на что. — Я должна найти остальных. Я вернусь достаточно скоро.
Он кивает и успокаивающе гладит меня по руке.
— Дай мне знать, если я тебе понадоблюсь.
Моя милая пара. Я улыбаюсь. Он не может сделать гораздо больше, чтобы помочь в исцелении, чем держать меня за руку, но он сделал бы это, если бы я попросила.
— Повеселитесь со своими шкурами, — поддразниваю я и щипаю Эшу за маленькую пухлую щечку, чтобы заставить ее хихикнуть. Трудно оставить свою семью даже на мгновение, когда мои чувства взывают к предупреждению.
Но разве все племя не является моей семьей? Разве они не мои, о которых я должна заботиться?
Я в последний раз глажу своего ребенка по щеке, а затем мгновение спустя выхожу из нашей личной пещеры. Мне приходится слегка наклониться, чтобы выйти, потому что дверь низкая, и когда я выпрямляюсь, моя спина протестует. Я закрываю глаза и разговариваю со своим кхаем, на мгновение погружаясь в себя. Тепло разливается по моим мышцам, и мгновение спустя боль проходит.
— О, вот ты где, Мэйлак! Я как раз тебя искала!
Я открываю глаза и вижу круглое, странное лицо человека Джо-си. Она лучезарно улыбается мне, положив руки на свой плоский живот.
— Ты искала меня? Ты плохо себя чувствуешь, Джо-си?
— Нет! И в этом-то вся и проблема! Если я беременна, в какой момент ведь должна появиться утренняя тошнота? Лиз говорит, что тошнота появляется уже в тот момент, когда сперматозоид встречается с яйцеклеткой, но ты же знаешь Лиз. Она известная приколистка. — Ее большие глаза смотрят на меня с беспокойством. — Ты же не думаешь, что у меня что-то не так, не так ли? Я ведь должна чувствовать тошноту, если я беременна, верно?
— Дай мне посмотреть. — Я кладу руки ей на живот, нащупывая там маленькую искорку жизни. Беременность — это сложно, потому что у ребенка в утробе матери нет кхая. Но тело вокруг него может рассказать мне о многом, а тело Джо-си наполнено крепким здоровьем и жизнью. Я возвращаюсь в себя и улыбаюсь ей. — Все в порядке. Ты должна быть терпелива.