Заноза (СИ)

Внезапно в ряду с машинами одна мигнула фарами. Учитывая, что она мало была похожа на ту, что искала я, пришлось отвернуться и продолжить скользить взглядом по припаркованным автомобилям.
- Садись давай, нос посинел уже! Чего ворон считаешь? – раздался позади шорох шин, а затем голос Алексея. 
Я удивленно уставилась на кроссовер, низко гудящий рядом, в приоткрытое окно которого с водительского места смотрел на меня Шиловский.
- Лада Гранта? – удивленно спросила я, нырнув на пассажирское сиденье рядом с ним.
- С автоматом! – усмехнулся мужчина, отчего под щетиной стала видна ямочка на правой щеке. 
Смеющимися глазами он ощупал мое лицо, затем вырулил на дорогу из больничных ворот.
- Совсем ты меня забросила, Лера-Валера! – с притворной досадой заметил врач, остановившись на светофоре. – Не дежуришь, в операционную не ходишь со мной, все твой Григорий там ошивается. Неужто неинтересно, чем мы занимаемся?
Я сердито вздохнула – Гриша мне уже все уши прожужжал про чудеса, которые творили хирурги. 
- Интересно! – сказала тихо, глядя в сцепленные на коленях руки.
- Пойдешь завтра ассистентом? Буду делать нос. 
- Пойду! – внезапно я разозлилась на себя.
И правда, чего я веду себя, как ослица, когда у меня есть шанс научиться такой классной хирургической специальности? И пойду! И буду все уметь и знать!
Внезапно я заметила, что машина выруливает вовсе не в сторону города, а наоборот – по трассе в Сосновку. 
- Куда мы едем? – получилось излишне визгливо, но я сейчас была странно напугана.
- Я забыл дома документы, - пожал плечами Алексей. – Время обеда, так что в деканате и нет никого. Заедем ко мне, затем уже в город. 
- Ты специально? – повернулась я к нему и смерила профиль глазами.
- Не исключено! – усмехнулся Алексей, кинув на меня взгляд. – Ты ж бегаешь от меня, как от больного сифилисом. Сейчас приедем и поговорим. Есть пара предложений к тебе. А может, и не пара. А может, и не только предложений. 
  
Глава 7
 
Вспыхнув от мысли об этих «предложениях», я отвернулась. Ну не выпрыгивать же из машины? Придется ехать с этим… этим… Подходящего эпитета не нашлось, отчего я еще больше рассердилась и занервничала. Ну вот не готова я к отношениям, какими бы они ни были. Тем более, служебный роман, или как это правильно называется? Чтоб в случае чего потом коситься друг на друга и разговаривать сквозь зубы? Насмотрелась я, когда работала медсестрой, как у нас врачи в отделении после развода прям войну Роз устроили, пока у бывшей жены не хватило ума уволиться и уйти в другую больницу. Для себя я такой участи не желала. Мне еще два года учиться в ординатуре, и хотелось бы ее закончить без всяких нервных потрясений. Хватило одного.
О Паше я старалась думать поменьше, но все равно, то и дело в голове возникали мысли, что мы бы сейчас вместе что-то делали, куда-то ехали, строили планы. Без него все было не так. Пусто и одиноко. Я первое время никак не могла привыкнуть, что готовить теперь надо на одного человека, и закупала продукты прежними объемами. Выбрасывая очередной мусорный пакет с протухшей едой, дала себе обещание, что в следующий раз буду тщательно планировать. Как бы ни было грустно и печально, но мужа не вернуть, надо как-то жить дальше, и начать с того, что ставить небольшие цели. Я итак уже стараюсь побольше загружать мозг, много читаю по специальности, стараюсь брать много дежурств, учусь работать и дышать в одиночку. 
Колеса машины скрипнули перед отъезжающими вбок воротами, я вздохнула, завидев в глубине участка дом. Интересно, все же, живет тут кто-то помимо Алексея Александровича, или нет.
- Пойдем сначала перекусим, - сказал он, придерживая входную дверь для меня. 
Я вошла, оглядывая владения хирурга. Вот откуда у него деньги на такие хоромы? Не знаю ни одного врача, который бы нормально зарабатывал. Да многим даже на квартиру-студию не хватит, копить пожизненно придется, а тут домина в несколько миллионов, боюсь даже представить его стоимость! Может, этот вот милый доктор людям ночами почка вырезает и продает на черном рынке? Ха-ха!
 
Усмехнувшись, встретила внимательный взгляд мужчины.
- Не знаю, что за мысли бродят в твоей голове, надеюсь, все они приятные и связаны со мной, - сказал он, приглашающе махнув рукой направо: - Кухня там, предлагаю поживиться съестным. Наша приходящая домработница Лидия как раз сегодня с утра должна была приготовить еды на два дня. Пока отец в отъезде, ей нет надобности находиться тут постоянно. 
У него еще и домработница есть! 
Входя в кухню, я убедилась, что поговорка «богатый бедного не разумеет» справедлива до каждой буквы. Огромное помещение, шикарный кухонный гарнитур из настоящего дерева, похоже, техника с незнакомыми мне названиями бренда, тонкая фарфоровая посуда, красующаяся за дверцами буфета, винный шкаф в виде витрины, сквозь которую виднеются ряды темных бутылок. Обеденный стол был небольшой и вряд ли предусматривал, что здесь будут принимать пищу хозяева этого дома. Скорее всего, имеется столовая, и я живо представила, как за длинным столом сидят разряженные дамы и господа, а слуги в ливреях разносят им кушанья. Тьфу! Рабовладельцы чертовы! 
- О, еще горячее! – ликующе заметил Алексей, заглядывая в кастрюлю на плите. – Слушай, у тебя такой вид, словно ты готова меня прикончить. Только не пойму, чем заслужил. Будешь борщ? Лида для меня его готовит. 
Кивнув, я позволяю за собой поухаживать – усаживаюсь на стул и жду, пока передо мной поставят пиалу с красным супом, затем положат приборы, поставят тарелку с салом, и как апофеоз всему – стопку самогона. 
- Ого! – я подняла глаза на Алексея.
- Ну мало ли, вдруг ты предпочитаешь борщик по древним украинским традициям.
Пожав плечами, я беру ложку и начинаю есть. Боже, это невероятно! Мы однажды были в украинском ресторанчике с Пашей, так вот, тот борщ – жалкое подобие этого! 
Алексей тоже предался пищевому разврату, и несколько минут мы молча просто ели, изредка поглядывая друг на друга. В моей голове в этот момент бродили мысли, что вряд ли между людьми разных сословий – в России!!! – возможны хоть какие-то отношения. То есть, получается, в глубине души я уже допускала их наличие между нами, и это даже не вызывало протеста. Почти. Потому что я все еще оставалась вдовой, муж мой умер совсем недавно, и дыра в сердце не собиралась так быстро затягиваться. А животную похоть можно вполне контролировать, для того нам и дано сознание. 
- Почему хирургия? – внезапно прозвучал вопрос, заставивший меня отвлечься от созерцания вида за окном.
- Наверное, больше всего по душе, - пожала я плечами, скользнув взглядом по казавшимся сейчас зелеными глазам и снова принявшись разглядывать сосны на участке. – Терапия точно не мое. Акушерство тоже. Поэтому остается только хирургия. Тем более, что сейчас, немного поработав, я уже могу точно сказать, что мне нравится. А вы?
- Я – сын врача, внук врача и другого пути и не было. Правда, какое-то время отец с мамой не жили вместе, и мы вообще не общались, но после школы я нисколько не раздумывал, куда поступать – документы только в мед подавал. Не так давно мы с отцом возобновили отношения. Не без конфликтов, конечно. И в этом доме я живу только когда он отсутствует, так как тут алабаи, надо за ними ухаживать, они не подпускают никого, кроме отца и меня. Это наша общая тема, как оказалось. 
- Я слышала, что у вас клиника своя, - смутилась я. 
Да, сестры в отделении частенько обсуждали врачей, и я периодически становилась свидетельницей этих бесед. Шиловский фигурировал в них чаще всего, так как был не женат, а еще и владел клиникой пластической хирургии. Каждая незамужняя медсестра мечтала, что он обратит на нее внимание и умчит на Бали, сделав предложение. 
- Клиника отца, я совладелец, - нахмурился мужчина. – Ну и оперирую там тоже, на зарплату хирурга особо не пошикуешь. Приходится крутиться. Вообще, у меня есть квартира в городе, там раньше мама жила. Сама понимаешь, не хочется находиться среди ее вещей, каждая несет воспоминание. Сейчас там ремонт, еще и поэтому приходится тут обитать. С другой стороны, Лидия меня любит, да и лес за забором несет умиротворение. Любишь за грибами ходить?