Заноза (СИ)

Понимая, что настроение у меня испортилось безвозвратно и не желая своей кислой миной портить людям праздник, я вызвала такси. Даже в зал возвращаться не буду, вряд ли кто-то следит за ординаторами, а Грише напишу, что голова разболелась. 
В фойе было безлюдно. Из зала доносилась музыка, слышимая даже сквозь закрытые двери, через большое окно я видела, как огромными хлопьями с неба валит снег, украшая серый город к празднику.
- О, привет! И ты здесь! – услышала я голос Шиловского за спиной.
Обернувшись, смерила его взглядом, затем кивнула – привет. 
- Как дела? – он улыбнулся своей этой улыбочкой, от которой сердце бедной девушки могло разлететься вдребезги. 
Какой-нибудь другой девушки, не мое точно.
- Да все норм! – ответила ему, пожав плечами. – Работаю вот. А у тебя?
- И у меня, - он кивнул. – А ты все такая же рыжая! Тебе идет! Очень эффектно смотришься!
- Спасибо! – я кивнула, и тут же пиликнул телефон, возвещая о прибытии такси. – Ладно, удачного вечера. Я домой. 
- Так рано? – мужчина удивленно выгнул бровь.
- Да, что-то настроения нет веселиться, - сухо ответила я, плотнее запахивая пуховик и кивая Шиловскому: - Приятного вечера!
Выйдя на крыльцо, задохнулась от порыва ветра. Ноги в тонких туфлях сразу же замерзли, я и поспешила в теплую машину, едва не свернув себе шею на скользких ступеньках, торопясь побыстрее убраться с этого праздника. 
Уже дома со злостью стянула с себя платье, бросая его на пол бесформенной кучей, после чего грязно выругалась. Какая же ты дура, Лера-Валера! Напридумывала себе с три короба, все ждала, когда этот мудак появится, а он! Реально козлина! 
Стало жалко себя и обидно. Я читала раньше в романах, что мужчины бросают женщин, пользуются ими, словно вещами, но всегда была уверена, что со мной такое не произойдет. 
Сначала думала допить вино, которое ждало своего часа еще с прошлого месяца, но потом передумала. Нет, этот козлина не заслуживает, чтоб я вела себя как влюбленная идиотка! Лучше фильм посмотрю. Благо, сейчас перед праздником крутят старые советские комедии, и можно хоть до утра балдеть под пледом у телевизора. Тем более, что сейчас я была не одна – кот по кличке Пират занял прочное место в моей квартире и душе, укотовленный раз и навсегда. 
Теплый животик урчащего животного, негромко бормочущий телевизор, уют и выпитое шампанское сделали свое дело – я уснула на диване, даже не смыв косметику с лица. 
  
Глава 10
 
Следующая наша встреча с Шиловским произошла в один из выходных новогодних дней. Разумеется, в больнице, где ж еще… 
Дежурство в те сутки выдалось просто адовым, скорые ездили одна за одной, привозя страждущих, большинство из которых получили травмы и ранения вследствие неумеренного употребления горячительных напитков. Я бегала как савраска с хирургами, занимаясь не очень сложными случаями, в то время как они только и успевали оперировать ножевые ранения. Одного товарища привезли вообще с топором в голове. К счастью, это был не наш профиль – нейрохирургический. Я раньше думала, что такие тяжелые травмы сопровождаются комой, но больной был достаточно бодр, лежа на каталке, разглагольствовал на тему нужности таких длительных праздников и философски вопрошал «доколе», изредка возмущенно покачивая кухонным топориком, торчавшим в районе затылка. 
К утру я поняла, что смерть моя близка. Сдав дежурство, вышла в холл и села на лавку, слушая, как гудит кофемашина, выплескивая порцию горяченькой бодрости для меня. Иначе просто до дома не доеду, либо усну по дороге, либо ноги не выдержат. 
Шиловский появился словно черт из табакерки, свежий, в расстегнутом пальто до колен, под которым был виден простой свитер, с ключами от своей «Лады Гранты с автоматом» в руке. Он шел бодрой походкой в сторону лифта, по дороге здороваясь с уходившими со смены врачами, а затем заметил зевающую во весь рот меня. 
Смутившись, я прикрыла ладошкой очередной зевок и кивнула мужчине, здороваясь. Он внезапно изменил траекторию и направился в мою сторону, заулыбавшись.
 
- О, Лера-Валера! Привет! Ты чего тут с видом умирающего лебедя? Дежурство удалось? 
- Здравствуйте, Алексей Александрович! – да что ж такое, как эту зевоту победить? – Удалось!
Поднявшись на ноги, я взяла стаканчик с кофе и с наслаждением отпила глоток. Хорошо! Горячая жидкость согрела пищевод и булькнулась в жалобно занывший от голода желудок.
- Хочешь, довезу тебя до дома? А то ты еле стоишь на ногах! – спросил Алексей, поигрывая ямочкой на щеке в улыбке. – Сейчас только зайду к себе, надо забрать кое-что. Подождешь?
Кивнув, я уселась опять в уголочек, отпивая кофе маленькими глоточками, разглядывая спешащий домой персонал. Наконец-то последнее дежурство в праздники, и дальше будет целых четыре дня выходных! Можно на каток поехать, или даже просто валяться дома с книжкой. Или еще что- то придумать! К сожалению, запасы денег подходили к концу, и с февраля я планировала выйти на работу в ночную смену в реанимацию медсестрой. Уже удалось договориться с заведующим, кроме меня обо мне никто не позаботится. Придется по двое суток подряд дежурить, смена в реанимации и смена в хирургии ординатором. Ничего, прорвусь! Стипендии ординатора не хватало даже на то, чтобы квартплату заплатить. Хорошо, у нас была финансовая подушка, сформированная годами упорного труда, именно она позволила мне продержаться почти полгода, да и однокурсники, когда узнали про Пашу, скинулись деньгами, что для меня было очень неожиданно и приятно. Конечно, лучше бы всего этого не было, и муж был бы жив, но история, как известно, не терпит сослагательного наклонения, а потому приходилось признать – будущие врачи в нашем государстве без поддержки родственников вынуждены перебиваться с хлеба на воду, и прожить без дополнительного заработка невозможно. 
Пират был нетребователен в еде, ел то, что я ему готовила, а в период дежурств моих сухой корм. Очень радостно было в душе, когда я приходила домой и видела его, трехногого, одноглазого, спешащего мне навстречу с хриплым приветственным мявом. Кот забирался на руки, терся мордочкой о подбородок и вылизывал мне щеку своим шершавым, словно наждачная бумага, языком. 
Представив, как приду домой, завернусь в плед, лягу на диван, прижав к себе теплое мурчащее тельце, я поежилась и поднялась. Смысла нет ждать Шиловского, автобусы ходят нормально, ехать по пустому городу быстро, поэтому не буду утруждать его.
Натянув шапку на голову, я повыше застегнула молнию на пуховике, пряча лицо в шарф, и вышла на улицу.
Январь в этом году разгулялся – мело прилично, снега навалило почти до середины голени, всюду лежали сугробы, через которые кое-где приходилось перебираться, скользя на смерзшихся кусках плотного снега, счищенного с проезжей части. Быстро двигаться в таких условиях не получалось. Хорошо, хоть сапоги теплые, Паша в прошлом году настоял на их покупке, выложив сумму в почти десять тысяч рублей. Для нас на тот момент это было очень затратно, но зато ноги не мерзли абсолютно. Эх, никогда, наверное, не перестану вспоминать мужа. Столько связано с ним, и сколько бы еще могло быть всего…
Задумавшись, поскользнулась, чуть не растянувшись на дорожке, ведущей к остановке, замахала руками в пушистых варежках, и все-таки бахнулась на попу, больно ударившись бедром и копчиком, зашипев и выругавшись себе под нос, а уже поднявшись, увидела, как от остановки медленно отъезжает автобус с нужным мне номером. Ну вот что за невезуха?! Сейчас минут пять мерзнуть, а морозец нехилый, градусов сорок, наверное, со знаком «минус». 
Ресницы заиндевели от холода и дыхания, я стояла, глядя из-под капюшона на дорогу в сторону, откуда должна была появиться маршрутка, и уже начинала жалеть, что так опрометчиво отказалась от жеста доброй воли от Шиловского. От него бы не убыло, подвези он меня до дома, а мне бы только польза была. 
Словно услышав мои мысленные стенания, их виновник резко тормознул рядом, опуская стекло со стороны пассажирской двери.