Ты все разрушил. Я не вернусь (СИ)

Я не узнавала своего мужа. Будто встречалась с одним человеком, а вышла замуж за другого. Растерянно глядя на него, я не знала, что и сказать.
— Что происходит? — хмыкнул Антон. — Пока я ищу работу, пытаюсь что — то сделать, кручусь, верчусь. Он, — кивок на ухмыляющегося Марка, — подкатывает к моей жене!
— Ты рехнулся, чувак? — изумился Марк. — Какие подкаты? Я отвёз ее на узи и все.
— Да, Антон, — вмешалась я. — Остынь. Ты же не смог, поэтому Марк…
— Поэтому Марк поехал с тобой, да? — раздраженно закончил Антон за меня. — Ты не забыла, что твой муж я?
— Он просто мне помог! — стук сердца раздавался где — то в ушах. В носу защипало. — Что в этом такого?
— Я тебе сказал не общаться с ним, — буркнул муж, резко поднявшись из — за стола.
— Вау, — прокомментировал Марк. Он сидел с таким беспечным видом, будто разговор шел не про него.
— Антон! — возмутилась я, тоже поднявшись. — Зачем ты все портишь?
— Пока я работаю, ты проводишь время с моим братом, да? — его даже не смущало то, что на нас смотрят наши родители. — Так вот, Катя. — Пристальный взгляд вонзился в меня ножом. — Это ты все портишь, а не я.
С этими словами он направился к лестнице на второй этаж.
— То — о–оха, — протянул Марк, наблюдая за тем, как по серебристой вилке, которую он держал в руке, скользит электрический свет, — все тайное рано или поздно становится явным.
После этих слов Антон развернулся и на всех парах помчался к столу. Я с ужасом, будто в замедленной съемке, смотрела, как он набросился на Марка со спины. С грохотом они оба повалились на пол и продолжили драку. Я не выдержала и, разрыдавшись, пулей вылетела из кухни. А потом и из дома. Не хотела больше здесь находиться. Не хотела никого видеть
Дорогие читатели, это моя первая книга в таком жанре, буду рада вашим отзывам!)
  
Глава 5
 
Я ушла подальше от дома. Бродила по вечерним улицам, то и дело вытирала слёзы, которые не хотели заканчиваться и держалась за живот — он стал каким — то каменным и тяжёлым. Я разнервничалась и ещё долго не могла прийти в себя. Не верилось, что это происходит со мной.
Я всегда мечтала о счастливой семье, о спокойной беременности. О заботливом муже. Но все вышло ровно наоборот! Антона будто подменили. Но почему именно сейчас он стал таким? Почему именно в момент, когда я так уязвима? И почему прицепился к Марку? Как можно вообще было подумать, что между нами что — то есть!
Я была на улице до позднего вечера. Естественно, не взяла с собой ни телефона, ни легкой куртки. Замерзла и поняла, что пора возвращаться. Но если бы была возможность — я бы не вернулась. Видеть никого не хотелось.
Когда я зашла домой, ко мне ринулись родители. Папа хмурился. Мама вытирала слезы — разнервничалась.
— Катя! — обняв меня, всхлипнула она. — Мы себе места не находили, искали тебя! Ну куда же ты на ночь глядя? Да ещё и одна!
— Катя, собирай вещи, мы уезжаем, — папа был спокоен, но я чувствовала, что он зол.
Я не успела ему ответить. К нам подошла Аглая Петровна. Она хоть и была взволнована, но умело держала себя в руках. И даже улыбнулась.
— Коль, ну какие вещи? — примирительно обратилась она к моему отцу. — Ничего страшного не произошло. Ну, сцепились парни. Оба молодые и горячие. Антон приревновал. — Она подмигнула мне. — Это потому что любит.
— Катюш, ты как? — с сочувствием посмотрела на меня мама.
— Нормально, — ответила я, слабо улыбнувшись.
Ужасно. Опустошена. Слаба. И запутана.
Аглая Петровна обняла меня и повела на кухню.
— Сейчас я сделаю сладкого чая, — подбадривая меня, говорила она. — Ты немного успокоишься и придёшь в себя.
Я кивнула. Оглянулась на маму, которая так и осталась стоять возле двери и снова ей улыбнулась. Пыталась показать, что со мной все хорошо.
— А где Антон? — спросила я, садясь за стол.
Пока меня не было, со стола все убрали. Ужин окончен.
— Он наверху, — нехотя ответила Аглая Петровна, заваривая чай. — Ему немного плоховато.
— А… Марк как?
 
Женщина вздохнула, поставила передо мной чашку. Посмотрела на меня серьезно, облокотившись ладонью с длинными пальцами о стол.
— Дорогая, не думай о нем, — посоветовала она. — Он плохо влияет на ваши отношения. И если ты видишь, что муж ревнует, постарайся ограничить общение с Марком до минимума. Так всем будет лучше. Тебе ведь нельзя нервничать.
Я коснулась живота. Он по — прежнему был каменным. Ответить Аглае Петровне я не успела — на кухню зашли мои родители и отчим Антона.
— Катя, ты точно не хочешь уехать? — спросила у меня мама, садясь рядом со мной.
Я встретилась взглядом с Аглаей Петровной. Она мягко мне улыбнулась.
— Я останусь, мам. Все нормально.
— Андрюш, поговори с Марком, хорошо? — ласково попросила мама Антона, взглянув на мужа.
— С Марком? — уточнил он, изогнув бровь. — Не с Антоном?
Аглая Петровна повела плечом, заправила переднюю прядку волос за ухо.
— Ну, это же Марк спровоцировал Антона…
— Мы об этом наедине поговорим, — пообещал Андрей Юрьевич. Взгляд его не сулил ничего хорошего.
Женщина опустила глаза вниз и кивнула. Я поднялась из — за стола, не став пить чай. Меня ужасно клонило в сон и ничего не хотелось.
— Я спать. Всем спокойной ночи.
Обняв маму и отца, я ушла наверх. Когда зашла в комнату, Антон уже спал. И я, приняв душ, легла с ним.
***
С Антоном мы помирились. Я пообещала ему, что буду меньше общаться с Марком. Хотя искренне не понимала, в чем причина ревности. Но решила послушать Аглаю Петровну — она мудрее. Сейчас мне важно сохранить отношения с мужем. Ради нас и ради ребёнка.
Отдаляться от Марка было тяжело — он, хоть и подбешивал меня, но хорошо отвлекал от проблем своими шуточками и весёлым нравом. Рядом с ним я забывалась. А сейчас я осталась один на один со своими переживаниями. И Марка жаль. Я совершенно не понимала, почему против него все так ополчились? Я бы никогда не стала никого слушать, если бы не ситуация, в которой я сейчас оказалась. Семья должна быть на первом месте.
Антон продолжал работать. Возвращался всегда поздно, когда я уже ложилась спать. Мы стали реже видеться. Я вообще почти ни с кем не общалась — у всех были свои дела. Подруги, с которыми я раньше проводила много времени, отдалились. Оно и понятно. Куда мне, беременной, весёлые вечеринки? Сейчас не до них.
Я ждала, когда мы с Антоном съедем на съемную квартиру. Но нужно было набраться терпения — ведь в первый месяц работы зарплата небольшая, несмотря на то, что Антон работал много. Из — за этого он часто раздражался по мелочам. Мы ссорились. Я много нервничала и в конце концов меня положили в больницу с угрозой преждевременных родов.
Там я познакомилась с Лерой — русоволосой хохотушкой с веснушками на щеках. Она была немного старше меня. Но ее позитив передавался и мне — вместе мы болтали до поздней ночи и успели сблизиться за неделю.
— Все такси были заняты, — весело щебетала она, разламывая котлету вилкой в тарелке, — ну и пришлось ехать на автобусе до центра. Блин, никто место не уступил! Наверное, думали что я не беременная, а просто пельменей поела.
Я расхохоталась. Лера действительно была полновата. Но это не мешало ей оставаться обаятельной и милой.
— Перестань, — махнула рукой я. — Прекрасно видно, что ты в положении. Из — за тебя теперь захотелось пельменей. И что делать?
Лера протянула мне половинку котлеты.
— Есть котлеты и представлять, что это пельмени, — пожала плечами она. — Что ещё остаётся? Сериал будем смотреть?
— Будем, — кивнула я. И хитро сощурилась: — Я буду следить, чтоб ты не пялилась на Дина Винчестера* слишком долго. Если будешь пялиться — расскажу твоему мужу.
Лера хихикнула, достала из под подушки планшет и подмигнула:
— Это будет нашим секретом.
Эта веселушка быстро превратилась из знакомой в подругу. Когда нас выписали, мы стали часто видеться. Гуляли по парку, ходили в кино и по магазинам, присматривая детские вещи — у Леры тоже будет мальчик. Я чувствовала себя лучше и старалась оградиться от того, что происходило дома. Пыталась не замечать того, что мы с Антоном стали чужими, что он грубит мне из — за ерунды и что собрался увольняться с работы, потому что ему не понравился график.