Прикладная археология (СИ)

— Госпожа Мирк, у вас что-то случилось? — он взглядом указал на ее руку.
— Я… у меня будет ребенок.
Сэм, хоть и догадывался о таком ответе, все равно опешил. В голове замелькали разные мысли и предположения, потом он вспомнил визит к королю и с трудом удержался, чтобы не высказать вслух все пришедшие в голову нецензурные слова:
— Неожиданно. Последствия использования «временной маскировки», я полагаю?
— Что? — суккуба удивилась, затем, видимо, поняла, о чем речь. — Да.
***
В коридоре его догнала Зоя:
— Кэп, какого тролля?..
— В чем дело, сержант?
— Мирк!.. Она же с Принцессой… Ну…
— Женаты?
— Да.
— И?
— Эта с-с-суккуба беременна!
— Я рад за них. А если бы Принцесса была здесь, даже не отказался бы выпить за такую новость.
— Кэп!
Сэму стало немного совестно, но желание сорвать настроение было настолько сильным, что остановиться он уже не мог:
— Зоя, они живут в законном браке. Да, Принцесса — человек, а Мирк — демонесса. Но такое бывает не так уж и редко. И дети в таких семьях тоже не редкость.
— Соня — девушка!
— Ну, они же обошли демоническую клятву, по которой брак возможен только между разумными разного пола. Так почему бы…
— Кэп! — Зоя хрустнула кулаками.
— Ладно, ладно, — он поднял ладони. — Подписок и клятв я не давал, но это секрет, так что лучше помалкивай. Принцесса откопала у светлых какое-то заклинание, превращающе ее в парня. Ненадолго. Но ей хватило, чтобы жениться и заделать наследницу. Так что не стоит обвинять Мирк в неверности.
— Это…
С минуту Зоя молчала, потом выдала нецензурную тираду, в которой прошлась по всей родословной своей именованной, Сёренсена и всех любителей тайн и секретов вообще.
— Кхм, — при упоминании зеленого бревна с колючками в интересных местах Сэм едва не подавился смехом. — Не знаю, заметила ты или нет, но та карательница в серых землях, когда выходила из замка, несла в руках корзинку с ребенком.
***
После ухода матросов альвийка улеглась на пол, закрыла глаза и размеренно задышала. Соня, которую все еще слегка мутило, решила последовать ее примеру, а заодно и подлечиться. Устроившись поудобнее, она закрыла глаза, прошептала заклинание исцеления, и по телу пробежали болезненные мурашки. Какое-то время Соня пыталась почувствовать Опал и Вирид через метки и передать им чувство спокойствия, потом мерная качка, легкий скрип и тепло, разлившееся по телу после окончания действия заклинания, сделали свое дело.
Разбудили Соню стук и ругань. Спавшая рядом дриада проснулась и пыталась выпутаться из веревок, попутно обещая сотворить с тем, кто ее связал множество разных вещей, в основном противоестественных. Причем одну руку она уже освободила, и сейчас распутывала узлы на другой. Соня попробовала на прочность свои веревки, но без толку.
— Очну-у-улась, — протянула заметившая ее возню дриада и облизнулась.
Соня дернулась. Дриада рассмеялась и тут же тихо взвыла, схватившись свободной рукой за голову. Под потолком вспыхнул светляк. Вернувшийся альв смерил дриаду недовольным взглядом.
— Проспалась?
— Капитан, — дриада подняла глаза на альва. — Не подскажете, какой… нехороший разумный меня связал?
— Рубуса, я знаю тебя уже лет восемь, но до сих пор не могу понять, как ты умудряешься столько пить.
— Да там было-то всего ничего.
— Бутылка Белой Розы — это ничего?
Альвийка тихо присвистнула.
— Половина, — попыталась возразить дриада.
— Две трети. Даже если ты вдруг поделилась с остальными парой глотков для бодрости, в чем я сомневаюсь. И ты наверняка долила туда чего-нибудь еще, иначе тебя бы так не развезло. Что на этот раз? Опять Слезы гор?
— Нет, — дриада помотала головой и тут же скривилась, прижав ладонь ко лбу. — У-уй… Сердце леса.
Теперь присвистнула Соня, вспомнившая свое знакомство с этим напитком.
— Пробовала? — шепотом спросила ее альвийка.
— Было дело, — Соня кивнула. — До сих пор вспоминать стыдно. А голова на утро болела так, что пришлось «ханго» пить.
Дриада, явно расслышавшая ее слова, резко побледнела, а альв злорадно улыбнулся.
 
— Слышишь, Рубуса, — он достал из кармана небольшую бутылочку и поставил перед дриадой, — даже милитисса утверждает, что это лучшее лекарство.
— Нет, — дриада засучила ногами, пытаясь отодвинуться, словно в бутылке было что-то страшное.
— Через полчаса ты нужна мне здоровой и бодрой. Пей. Это приказ!
  
Глава 26
 
 
Сегодня закончили перестройку последней башни. Запуск источников назначен на следующую неделю. У меня плохое предчувствие. Пожалуй, нужно отправить Изабель на материк. Кажется, паранойя канцлера действительно заразна. Из дневников Эгиля Фриера, мага огня и земли первой категории, профессора кафедры теоретической магии.
 
Океан. Торговая шхуна «Гусеница». Восьмое мая. Вечер.
Посмотрев, как дриада опустошает флакон, Соня не выдержала и отвернулась. Во время экспериментов она успела и понюхать, и попробовать «ханго» из не очищенных темной магией компонентов, и ее передергивало даже от воспоминаний. А вот альвийка, наоборот, чуть приподнялась и теперь со злорадной усмешкой наблюдала за происходящим. Усмешка превратилась в широкую улыбку, а мгновение спустя раздался треск веревок, топот и характерные звуки — желудок дриады не выдержал.
— Что такое Белая Роза? — Соня решила хоть как-то отвлечься.
— Шикарная штука, — альвийка с явным трудом оторвалась от зрелища. — Сладкая и пьется как легкое вино. В нее настойку нуциферы добавляют, так что еще и бодрит неплохо. Только дорогая зараза и крепкая как гномий самогон. Ее обычно разбавляют или пьют по чуть-чуть из маленьких стопок… — она посмотрела за спину Сони и поправилась, — не все, правда.
— Смесь настоек, значит, — Соня хмыкнула. — Надо запомнить, а то Эдера говорила, что на них Сердце леса так не действует. Теперь понятно почему я здесь.
— А сейчас кто-то заплатит за свой длинный язык, — раздался над ухом шепот дриады. — Кровью.
— Не смей! Нельзя заводить детей на пьяную голову, — от неожиданности Соня ляпнула первое, что пришло на ум.
Дриада отшатнулась, секунду посидела с ошарашенным видом, потом ухмыльнулась во все клыки:
— Хорошая попытка, — она смерила Соню взглядом и вытащила откуда-то тонкое лезвие. — Не дергайся и проживешь подольше. Наверное.
— Слушай, — Соня попыталась отодвинуться, но веревки держали крепко. — Мне не то чтобы жалко. Но давай ты хотя бы протрезвеешь. Все же ребенок — это большая ответственность.
— Да что ты несешь? — раздраженная дриада отпрянула.
— Я полгода жила с дочерью леса, и знаю, что у вас бывает после глотка чужой крови, — Соня многозначительно посмотрела на ее живот. — Учти, ставить метку я не разрешу. И потом буду все отрицать.
Во взгляде дриады промелькнул интерес:
— Любопытно. Это, конечно, не секрет, но знают о нем очень немногие. Я, пожалуй, поиграю с тобой подольше, чтобы ты успела мне все-все рассказать, — она облизнулась. — Можешь не волноваться, мы все еще в темных землях, и я себя контролирую.
— Ну да, — Соня фыркнула. — Ты просто лица своего не видишь. А про темные земли расскажи моей зелененькой дочери и ее матери.
— Человечка… — дриада скрипнула зубами. — Ни одна дочь леса не согласится принять семя от такой бездарности, как ты, даже после десяти бутылок Белой розы! А в темных землях зачать ветвь можно только от очень сильного мага.
— Хочешь, метку покажу и слово дам? — Соня прищурилась. — Или клятву?
— Р-р-рах-х-х! Если все так, то от тебя весной должно за три метра пахнуть! Я тебе и без всякой клятвы печень выгрызу за вранье… — дриада принюхалась, злость на ее лице сменилась удивлением. — Где?
— На левой ноге, — Соня кивнула вниз. — На щиколотке.
Тонкое лезвие рассекло веревки на ногах Сони, сдернутый ботинок полетел в сторону. Дриада чуть наклонилась, провела пальцем по метке, поднесла его к лицу, прикрыла глаза и глубоко вздохнула: