Простой советский спасатель 5 (СИ)

От разглядывания комнаты меня отвлекли Лена и Кузьмич. Я, наконец, увидел, из-за чего они так спорят. Точнее, комсомолка, активистка и просто красавица Блохинцева убеждает в чем-то Сидор Кузьмича, а тот стоит, слушает, но по лицу видно — не согласен.
Между искателями сокровищ стоял старый запертый сундук. Да ладно? Неужто отыскали клад? Я очень удивился, неужели это всё, что осталось от сокровища Петербургской казны и богатства князей Юсуповых?
Почему-то крышка ящика, обитого железными рейками, до сих пор была закрыта. Либо товарищи его только что откуда-то достали, всё это время спорили и параллельно пытались вскрыть, но у них ничего не вышло.
Лена снова заговорила. Я улыбнулся, извечные спор добра и зла, пробела выбора и все такое. Ответственная честная Елена Блохинцева требовала у товарища из комитета государственной безопасности, чтобы он вызвал сюда сотрудников городского музея, милицию и прочих научных работников, чтобы оценить масштаб на находки, историчность и прочее, прочее, прочее.
Сидор Кузьмич внимательно слушал возбуждённую Лену, чуть снисходительно улыбался в ответ на её аргументы, и молчал. Но едва девушка закончила свою пылкую речь, заговорил мичман. Коротко ёмко сказал свое «нет».
Девушка на секунду растерялась, но потом с новыми силами кинулась доказывать Кузьмичу, что он не прав, как ему, представителю власти, не стыдно, и что они просто обязаны сообщить государству про найденные старинные артефакты.
Своим ответом особист меня знатно повеселил. Простой советский сотрудник Комитета государственной безопасности ухмыльнулся и выдал: «Государство — это я».
Лена опешила, потом возмущенно фыркнула и хотела снова кинуться в бой. Но я решил прервать жаркие дебаты, шагнул в комнату и поинтересовался:
— А что в сундуке-то?
От моего возгласа Сидор Кузьмич моментально преобразился. Что порадовало, особист сразу же вывел Елену из зоны поражения, прикрыл её собой.
— Алексей, еж твою медь! Ежа тебе в… — мичман запнулся, покосился на девушку, и закончил. — Что тебя морские черти утащили! Давно стоишь?
— Да не то, чтобы очень, — пожал я плечами и шагнул в помещение.
Лена улыбнулась, подбежала ко мне и крепко обняла. Отчего-то щемануло сердце, на душе потеплело. Но я быстро пришел в себя, взял девчонку за плечи, аккуратно отстранил от в сторону, заглянул в лицо и поинтересовался:
— Все в порядке?
— Да, — Лена кивнула и тут же, что называется, не отходя от кассы, затараторила. — Леша! Леша, что мы нашли! Ты справился? Да? Я знала, знала, что ты сумеешь разгадать загадку! Ты прости, — виноватым голосом. — У нас с собой не оказалось ни карандаша, ни бумаги, ни даже мела, иначе я бы обязательно написала инструкцию и оставила в тупичке! А возвращаться долго! А ты нашел еще один потайной проход? Ну как тот, помнишь? — Лена запнулась, вспомнив, что мы не одни, дернула плечом в сторону Кузьмича.
— Да говори уже, чего там, — хмыкнул я, наблюдая за лицом мичмана. — Уверен, Сидор Кузьмич знает побольше нашего про эту часть подземелья.
Особист демонстративно закатил глаза и пожал плечами, всем своим видом подтверждая мои слова. Уверен, он и про мертвого фрица в курсе. Не раз небось мимо проходил, и не доложил куда следует. Значит, нужен покойничек, важен: чтобы место не потерять, а то и еще один тайник возле него спрятан. Крепкий орешек этот мичман, не раскусить с наскока.
Слушая Лену, я в очередной раз удивлялся тому, что мы, горожане, в моей прошлой будущей жизни, катастрофически мало знаем о подземных ходах нашего города. Да еще и норовим закопать всё, что случайно обнаруживаем.
Ох, неспроста это, неспроста. Кто такие эти хранители? И не они ли отдают распоряжения о сокрытии находок до сих пор? И в здесь, и в будущем? Ладно, разберемся по ходу пьесы.
Лена рассказывала, мичман наблюдала за мной, я за ним, а мысли крутились-вертелись вокруг подземелья. Неужто царские деньги с княжескими сокровищами так и лежат под землей? Никто их не нашел, потому и замуровывают все провалы и не восстанавливают переходы. А ведь какой туристический маршрут можно было бы соорудить!
 
Интересно, в этой ветке собственной жизни я увижу хотя бы краем глаза этот таинственный клад?
Размышления одним махом пролетели в моей голове, пока я разглядывал Сидора Кузьмича.
— Про фрица знаю, — соизволил ответить мичман. — Или еще один труп нашли? — поинтересовался, не отводя от меня взгляд.
— Бог миловал, — выдал я привычную присказку, и тут же чертыхнулся про себя: Леха, ты ж комсомолец! Что ты творишь? Внимательней со словами, внимательней.
Особист не стал заострять внимание на моей оговорке, может, сам грешит, а может, понимает, что эти реплики — они у нас на подкорке живут, с кровью матери в нас входят. И сколько церквей не рушь, а что-то такое, могучее и родное, сидит в наших душах, и не искоренить это никакими способами. Ни революцией, ни красным словцом лживых батюшек.
— Так что, в этом рукаве тоже скрытый проход имеется? А я-то голову сломал, откуда вы припожаловали, Сидор Кузьмич. Буду знать, что в этом подземелье ни на что надежды нет. Даже на стены, — пошутил я. — Вы как эту комнату обнаружили? — переключил свое внимание на Лену.
— Так у Сидора Кузьмича новая карта имеется, — тут же вскинулась Лена и продолжила выпаливать информацию, но уже чуть поспокойнее. — Он давно тут исследует. И вот…- девушка повела руками, словно обхватывая все помещение. — Нашел недавно, а как попасть, говорит, не сообразил, — девчонка лукаво улыбнулась. — Только я думаю, твой начальник шутит. Это мы своим неожиданным приходом поломали ему всю головоломку, — подруга хихикнула, радуясь своей шутке. — Сидор Кузьмич как раз пришел разгадать тайну входа, а тут мы. Отвлекли. Правда, Сидор Кузьмич?
Я чуть нахмурился, пытаясь понять изменения в поведении Лены. Что-то слишком легкомысленной стала эта почти всегда серьезная умница-красавица. Мой возвращение, что ли так подействовало? Успокоилась и расслабилась? Хорошо если так. Плохо, если решила, что ситуаций разрулилась, и сейчас мы отправимся домой, и забудем обо всем.
«Ну да, с ней забудешь, — улыбнулся про себя. — Весь мозг вынет чайной ложечкой, лишь бы снова сюда вернуться и заняться поиском сокровищ».
— Правда, Лена, правда, — улыбнулся мичман, но смотрел при этом только на меня.
— Так что в сундуке-то?
Я первым отвел взгляд и шагнул в сторону находки. Оно, конечно, бессмысленно оттягивать время, рано или поздно придется сказать Кузьмичу, что карта того, тю-тю, увел кто-то. Но ящик интересовал больше возможных проблем и разборок.
Если там клад, глядишь, и угомонится особист на какое-то время. Хотя может и в обратку перекрыть: шкала жадности от золота только подскочит, и проблемы увеличатся. Ну да ладно, где наша не пропадала!
— Мы не знаем, — откликнулась Лена и подошла ко мне. — Я против того, чтобы сундук открывать. Надо вызвать специалистов, все тут осмотреть, зафиксировать и только потом, осторожненько, под присмотром, вскрывать находку, фиксируя каждый шаг.
— И откуда ты все это знаешь? — удивился я, оглядывая добротный ящик с железными углами и крепким навесным замком.
— У меня тетя археолог, — пояснила Лена. — Лёш, ну ведь я права.
— Может быть, может быть, — обходя сундук по кругу, пробормотал я. — Но, Лен, согласись, глупо будем выглядеть, если позовем сюда кучу народу, а ящик окажется пустым.
— Как пустым? — девчонка растерялась. Видно было. Что такая мысль ей даже в голову не приходила.
— А вот так — пустым, и все тут, — я пожал плечами. — Чего молчите, Сидор Кузьмич? Сами-то что думаете?
После моих слов особист малость подрасслабился, я исподтишка наблюдал за ним и видел, как дернулась бровь, когда Лена запела песню про общий сбор. Но едва я отказался поддержать девушку, как бывший начальник выдохнул и посветлел лицом.
Ох, мутишь ты что-то, уважаемый Сидор Кузьмич. Хотел бы я знать — что? И утопление свое ты не зря разыграл, а для каких-то непонятных целей. Хорошо бы выяснить, кто все-таки находился тогда с мичманом в лодке, столкнул в воду, не помог, да еще и сбежал?