По волчьим законам (СИ)

— Уродливо оделась сегодня.
— Это не моя олдежда, у меня квартира сгорела.
— Это знак, что надо бежать.
— И я знаю, куда, — согласилась я.
Мы прошли через парк, свернули на пешеходный переход. Быстр пересекли проезжую часть и прошли между домами. Игорь меня куда-то вёл.
— Теперь неважно куда, — у него слёзы уже высохли, теперь он скалился, как настоящий волк и смотрел вперёд исподлобья. — я был не настоящий мужчина и по отношению к тебе неправильно поступал.
— Я поняла, жениться решил.
— Да, — он припечатал резко меня к стене одного из зданий. — Ни хрена не романтично, но, кисунь, я так тебя люблю, что романтику тебе обеспечу.
Он насильно держал мои запястья вместе, другой рукой шарил в кармане расстёгнутой спортивной куртки, и смотрел на ворону, что сидела на дереве.
— Теона Марковна Яровит, выходи за меня замуж.
Игорь отступил от меня, припал на одно колено и подал коробочку с кольцом.
Проходящая мимо женщина улыбнулась мне. Видимо, со стороны красиво смотрелось.
Как я могла даже мысль допустить, что какой-то другой может его заменить?!
Симаргл просто рядом не стоял, мизинца моего Игорёши не стоил. Просто старый оборотень, а мой малыш только начинает жить.
— Мы поженимся, и нас защитит государство. Куда бы мы не поехали, как муж и жена, нам везде будут открыты двери.
— Малыш, а где ты такое прочитал? — усмехнулась я и заглянула в коробочку.
На бархатной подушке лежало колечко. Папа-депутат на карманные отпрыску не скупился, так что я не сомневалась, что передо мной белое золото в три обруча, а между ними, естественно, брильянты. Взяла аккуратно колечко, мой дёрганый малыш вскочил на ноги и сам собрался надевать мне кольцо.
— Я так тщательно тебе пальцы вылизывал, чтобы узнать твой размер наверняка, — шептал он. И действительно, на безымянном пальце правой руки кольцо смотрелось прекрасно и по размеру подошло. — Выходи за меня, я очень сильно тебя люблю.
— Согласна, — плакать захотелось и я, не стесняясь, потому что Игорёк же меня не стеснялся, заплакала.
— Кисунь, — умилённо шептал Игорь, целуя меня в губы, — Тея, моя любимая, маленькая моя, богиня моя, не плачь. Мы теперь вместе навсегда, — он показал мне свою правую руку. У него тоже было кольцо. — Мы едем подавать заявление в ЗАГС.
Так здорово, только вот предчувствие у меня было охрененно дурное, словно мы все скоро умрём… Заплакала ещё сильнее.
Ранняя весна, на деревьях только почки набухали, и то не везде, только там, где теплотрасса проходила, у кондиционеров и в тёплых уголках города. Дождь прошёл. И было красиво… Мы дома? Или нет? Почему же так приятно погулять по улочкам Москвы, просто взявшись за руки? Мы подали заявление, а как будто расписались, и уже навсегда. И не нужна учёба, не нужно работать, скоро мы уйдём. Я пообещала любимому малышу, что найду портал, и мы отправимся в Лес — мир оборотней.
Он купил мне мороженое.
Застыли у витрины магазина для молодожёнов.
— У меня есть деньги, — сказала я. — Хочу себе платье белое и туфли.
— А в лесу есть деньги?
— Не знаю. Можно у дяди Миши спросить, он нас туда обещал отвезти, если здесь всё будет хреново. Но я ему не доверяю, поэтому мы вдвоём отправляемся.
— Когда?
— Тебе что-то здесь надо?
— Нет.
— Тогда сейчас свалим, — я потащила его в магазин.
Сердце билось раненой птицей в груди, бабочки из живота оборачивались в тараканов и заползали на своё привычное место в голове. Я перебирала платья одно за другим, ища то, что мне хоть чем-то понравится.
Ко мне приставили двух продавщиц, чтобы я им товар не попортила. Вид у меня был ужасный, одни кожаные штаны чего стоили, которые съезжали постоянно.
— Мы можем вам помочь? — спросила карактица и натянула улыбку.
Да, — глянула на неё, и она струхнула. — Прямое, без пены, зефира и паутины.
— Пойдёмте, — вторая, которой я в глаза не заглянула, пригласила меня к другим вешалкам.
Она стразу достала прекрасное белое платье на корсете, сверху немного вышивки, под грудью широкая синяя лента с морозным тонким узором. В пол.
 
— И туфли, только синие, — заворожённо смотрела я на свой наряд.
Когда я в последний раз надевала что-то классическое? Чтобы не рвало мозг другим людям, чтобы нравилось и привлекало? Столько лет меня отвергали родители, столько лет я пыталась привлечь к себе внимание.
Пора выходить из образа бунтарки, задержалась, мне скоро двадцать один год.
В примерочной я разделась. Осталась стоять в тонких трусихах, что не сгорели в моей квартире. Девушка помогла мне надеть платье. Я волосы распустила, заворожённо глядела на себя.
Как поменялась!
Раз и обернулась в принцессу.
Туфли по размеру принесли, я попросила перчатки тоже синие. У них были такие.
Затаив дыхание, я вышла в туфлях на каблуках в торговый зал, где стоял мой мальчик в сером пиджаке и примерял к нему бутоньерки. Игорёк, увидев меня, рот раскрыл и замер.
Понравилась так сильно, что онемел на время.
Я покрутилась перед ним, улыбнулась во весь рот.
— Теона… Ты прекрасна, — восхищённо прошептал Игорёк и подошёл ближе.
Вальс. Я танцевала его очень давно, видимо, Игорька тоже дрочили бесконечными кружками и спортивными секциями. По просторному залу свадебного салона мы сделали танцевальный круг. И поцеловались, чуть-чуть коснувшись губами.
— Я всё беру! — объявил продавщицам мой деловой парень. — И корону я у вас видел, несите моей царице.
— Мы переоденемся, возьмём с собой. Когда нас обернут, поженимся по законам оборотней, — на полном серьёзе заявила я.
— Ты иногда, редко, но бывает…
— Сомневаешься в правдивости моих слов? — я взяла его лицо в свои ладони. — Смотри мне в рот.
Разомкнув губы, я позволила себе немного бешенства. Клыки вытянулись. На глазах человека.
Глаза Игорька округлились, он перестал дышать. Пальцами своими стал водить по моим щекам, старался приподнять верхнюю губу, чтобы лучше разглядеть мои зубы. А потом впился в меня поцелуем.
Теперь не сомневался. Он чокнутый, другой бы парень не поверил сразу, посмялся и бросил, стал бы предлагать рассказать учёным или ещё какую херню, но только не мой Игорёшка. Он просто создан быть мне парой.
— Вы про эту говорили? — девушка поднесла к нам диадему, усыпанную яркими белыми камнями. Эта дорогая бижутерия очень походила на вышивку, что украшала топ моего подвенечного платья.
Игорёк возложил корону на мои волосы.
— Я с тобой, куда скажешь, — улыбнулся мне.
Мы вернули нашу стрёмную одежду, красиво упакованные свадебные наряды взяли с собой.
Счастливые и довольные мы вышли из магазина. Нужно было ещё сменить чужую одежду на себе, но она меня перестала напрягать, ведь в руке держала своё платье.
— Постой здесь, я мигом, куплю подарок тебе и вернусь, — парень чмокнул меня в губы и убежал.
Я на скамейке в небольшом парке разложилась. Мой рюкзак, с которым я ходила в университет, достаточно объёмный. Выкинула из него все учебники, и тетради с лекциями.
Все пошли лесом! Уезжаю.
Вначале платье сложила в чёрном чехле, еле впихнула, в юбку спрятала корону и две туфли по сторонам каблуками вверх впихнула. Закрыла с трудом рюкзак, его распёрло, стал походить на подушку.
Довольная, перекинула лямки через одно плечо. Выпрямилась…
Ледяная волна окутала моё тело от кончиков пальцев на ногах, так что не защитили от проникающего внутрь мороза кроссовки на светящейся подошве, до кончиков волос, которые шевельнулись. Мурашки по телу. Я их постаралась собрать и приготовилась ударить. В этот момент я точно знала, могу убить того, кто подойдёт.
Угроза. Опасно. Но мне не страшно, потому что я буду биться до последней капли крови.
И это в центре Москвы, в обычном сквере, где ворковали голуби, гуляли мамочки с колясками и сидели на соседней скамейке два старика с палочками.