Школа Лысой горы. Мой прекрасный директор (СИ)

Средний возраст учителей приближался к пятидесяти годам, а без учета директора школы – и того больше. Все лица были похожи единым выражением несомненного ума и чувства собственного достоинства, а также затаившейся в глазах смешинкой, с которой учителя слушали разглагольствования районного начальства. На саму Василису смотрели довольно равнодушно, словно заранее вычеркнув ее из круга своих знакомств и интересов. Исключение составляли Яга Лешевна (та смотрела сочувственно и ласково) и физик Алексей Семенович (тот смотрел с надеждой и черкал на листе нечто явно математическое). Коллектив присутствовал не в полном составе: вместе с Василисой и директором в учительской сидело восемь человек.
– Молодой специалист привнесет свежую, бурную энергию в школьную жизнь, поможет вашему коллективу влиться в стремительный поток инноваций и новых тенденций в образовании, – уверенно вещал Анисий Аркадьевич, а Василиса старалась слиться со стеной и сделать вид, что говорят не о ней.
Громкие речи Твердолобого иссякли только спустя полчаса, и он перешел к куда более понятным и насущным вопросам. Василису усадили в первый ряд и по поводу каждого обсуждавшегося пункта обязательно апеллировали к ее мнению.
– Когда учителя школы начнут выполнять требования, предъявляемые к современному педагогу (Василиса напряглась, с ужасом думая, а удовлетворяет ли она сама этим неведомым требованиям) и станут заполнять электронные журналы? – сурово спросил Анисий Аркадьевич.
«Уф, всего лишь электронные журналы», – выдохнула Василиса, ожидавшая после бравурных речей нечто космического, типа умения преподавать свой предмет минимум на двух языках. Помнится, похожий пункт собирались включить в профстандарт педагогов.
– Вы же знаете, у нас только кабинет информатики оснащен компьютерами, да и тех – всего три штуки, – ровно ответил директор. – И они все время заняты – то учащимися, то мной и завучами, поскольку вы же постоянно требуете все новые и новые отчеты присылать и во всяких дистанционных конкурсах, акциях и курсах участвовать. Я умолчу о ВПР, ОГЭ, ЕГЭ, мониторингах и прочем.
– Вам давно выделены средства на компьютеризацию кабинетов, но вы их не используете!
– Вы сами запретили их использовать после того, как в первый же день работы сгорели пять новых компьютеров.
– Поменяйте электропроводку в школе!
– Поменяли. Соответствующие документы от электромонтажной фирмы я вам показывал. Приборы все равно горят, – флегматично ответил Елисей Назарович и на эту претензию.
– Сделайте что-нибудь!
– Что именно?
– Вы на меня свои обязанности не перекладывайте! – взвилось начальство. – Школа должна быть полностью компьютеризирована! Решайте проблему и добейтесь результата! Или ваше участие в жизни всероссийского образования так и останется минимальным, несмотря на все ваши заочные школы, международные конференции и прочее. Расскажите, как вы в данный момент готовитесь к неделе безопасности дорожного движения, инициированную районным управлением МВД? Неделя стартует с первого сентября!
Из дальнейших речей Анисия Аркадьевича стало ясно, что готовиться прямо с первого сентября нужно не единственно к безопасности дорожного движения, но и ко многим другим «тематическим активностям», как выразился начальник районо. Василиса начала загибать пальцы на руках, чтобы запомнить хотя бы количество тех мероприятий, в которых школа обязана принять участие в одном только сентябре, но пальцы на руках у нее закончились, а речи Анисия Аркадьевича – еще нет.
– Теперь у вас есть активный член коллектива, который поможет вам на должном уровне провести всё запланированное и отчитаться. Верно, Василиса Алексеевна? – завершил свой спич Твердолобов.
Василиса онемела.
– А-ааа, э-эээ… не уверена, что оправдаю, что справлюсь…, – жалко залепетала она, оглядываясь на Ягу Лешевну и безнадежно скользя взглядом по остальным лицам. Начинать работу в незнакомом коллективе с должности ответственного за чужие мероприятия и отчеты – это, знаете ли…
 
– Сбежит молодой специалист, Анисий Аркадьевич, – насмешливо прокомментировал Елисей Назарович. – При всем моем бесспорном обаянии – сбежит!
– Если вы прислушаетесь к требованиям управления образования и создадите в школе зарплатную комиссию, которая будет начислять баллы за дополнительную внеучебную нагрузку, то Василиса Алексеевна не сбежит, а вам еще спасибо скажет за существенное увеличение ее скромной зарплаты!
И начальство снова понесло… О нововведениях в оплате учительского труда Анисий Аркадьевич говорил еще больше, чем о «тематических активностях» в школе. Голова у Василисы разболелась неимоверно, и ей страшно захотелось самой стать галлюцинацией и нырнуть в пол по примеру видения Лесьяра Михайловича. Увы и ах, спокойно заснуть на стуле ей не дали: начальство желало обсуждать новую систему финансирования и обсуждало. Учителя на все громогласные обещания увеличить и доплатить реагировали вяло, отнекиваясь и отмалчиваясь, временами возражая, но тоже как-то нехотя. Елисей Назарович стоял в уголке, насмешливо сверкая черными очами и не мешая уговаривать его сотрудников «влиться в новую струю» и «зашагать в ногу со временем и указами министерства образования».
Во время этих словопрений Василису насторожил (и напугал, если не лукавить перед самой собой) один момент: когда начальник районо обращался к учителям школы по имени-отчеству, она слышала одни имена, а когда учителя шептались промеж собой – немного другие. Так, например, Твердолобов именовал Ягу Лешевну исключительно Ядвигой Алексеевной, словно не замечая, что все другие зовут ее иначе. И так было почти со всеми! Разве что Петра Аверьяновича все звали одинаково, а Василиса старалась не вспоминать про книгу «Бытие василиска. Жизнеописание Петра Аверьяновича, аспида Библейского». Ведь не про этого же учителя иностранных языков написана книга! Да и вообще, там Красная Книга России была!
Василиса давно утратила нить беседы начальства с ее новыми коллегами и совершенно потерялась в потоке цветистых речей и велеречивых оборотов, когда Анисий Аркадьевич попытался склонить ее в дебатах на свою сторону. Тщательно скрывая факт своего полного непонимания сути предмета обсуждения, она сказала серьезно и веско:
– Это вопрос важный, многоплановый, и мне требуется как следует его обдумать, учесть все возможные нюансы.
– Обдумайте, – недовольно ответил Анисий Аркадьевич, – на августовском совещании мы еще вернемся к этому вопросу, особенно касательно коэффициента, зависящего от количества учащихся.
Количества учащихся?! Василиса навострила ушки, но было поздно – глава районо перешел к новой теме, а именно – к общественно полезной работе учителей, помимо собственно учительской работы.
– Сбежит молодой специалист, – повторил Елисей Назарович. – Вы лучше меня общественной работой нагрузите – я привычный.
– Не волнуйтесь, полезной работы на всех хватит. Вы в середине сентября отправляетесь на курсы экспертов ЕГЭ – району нужен свой специалист по проверке экзаменационных работ и мы выдвинули вашу кандидатуру: это большая честь, так что оцените оказанное вам доверие.
– Не слишком ли мне много чести и доверия в последнее время? – проворчал директор школы, но на его язвительность внимания не обратили. – Сколько длятся эти курсы?
– Неделю.
– Это невозможно – у меня уроки, физико-математические классы…
– У вас теперь есть замена на уроки, – сказал, как отрезал, Анисий Аркадьевич. – И за время пребывания в командировке в областном центре выполните небольшое дополнительное поручение нашей администрации. Только большая просьба к вам, Елисей Назарович, задания администрации выполнять без этих ваших штучек, знаете ли! Без юмора этого, так сказать!
Анисий Аркадьевич экспрессивно взмахнул руками, подчеркивая, что никаких «штучек» быть не должно.
– Я всегда все поручения исполнял максимально добросовестно, – невозмутимо ответил директор, но на дне его глаз притаилась веселая усмешка.