Месть водяному

– Куда? – спросила Даша.
– Туда, – раздраженно ответил домовой, показывая в противоположную сторону от их машин.
Даша с Лёшей переглянулись и шагнули за Дормидонтом.
Лагерь оказался далеко от того места, где была засада. Идти пришлось по лесу, Леший тропинки не провёл, но домовой уверенно вёл всех к стоянке чёрных лесорубов.
– Додо, а ты, оказывается, не такой уж и беспомощный, – удивилась Даша, уворачиваясь от ветки, которая отскочила от Алексея – по лесу шуруешь, как по нашему двору.
– Ну-у-у, – скосив глаза на Дашу, ответил домовой, – не всё так однозначно… Я не хожу в лес, потому что не надо. Тут и своих хозяев хватает. Но это не значит, что я тут заблужусь. Так-то, лес – мой дом родной. Раньше, когда я был молодым, неделями там пропадал.
«Интересно слушать такие откровения, – подумала девушка, – от существа, которое, по сути своей, вообще нельзя индефицировать».
– А почему нам не помог леший? – спросила девушка домового.
– Не ко времени вопрос, – сердито сказал Додо, – ты лучше смотри куда идёшь, вон, ветки по морде так и норовят пройтись. Всё, пришли, уже и лагерь видать.
Дормидонт привёл людей точно к тому месту, где браконьеры разбили палатки.
– Ну, чуешь что-нибудь? – спросил домовой Дашу.
– Ничего я не чую, я тебе что, собака, что ли? – обиделась та.
– Да я тебе о другом говорю. Может, руки покалывает, может, по коже мурашки бегут, может, по спине холодок пробежал…
– Ничего меня не колет и по мне не бегает, – буркнула девушка, – что за странные ненаучные формулировки?
– Тьфу, – разозлился домовой и, пихнув девушку в спину, добавил, – иди уже… формулировка.
– А чего сразу я? – возмутилась Даша. – В первый раз была я, теперь твоя очередь.
– Я не пойду, потому что боюсь, – огрызнулся домовой.
– Я тоже боюсь, – возмутилась девушка.
– Ты просто боишься, и тебе за это ничего не будет, а я боюсь, потому что сдохну, – закричал Додо, топнув ногой и опять толкнув девушку в спину.
– Да ну вас нафиг, – сказал Алексей и шагнул вперёд.
– Куда? – закричали оба спорящих и схватили его за одежду.
– Ребята, решайте быстрее, кто куда идёт. Тут чудеса, тут леший бродит, а у меня там водитель один в машине сидит, – возмутился Леша, – и к тому же скоро наряд прибудет.
– А Пашка где? – спросила Даша.
– В отделение поехал, у него же в собачнике четыре матерых преступника сидят, если что…
– Ладно, – согласилась Даша, – иду я, но вы, если что, на стрёме стойте.
– Само собой, – ответил Лёша и тут же спросил, – а может, всё-таки я?
– Нет, – одновременно рявкнули Даша и Додо.
Девушка на цыпочках пошла вперёд. Она подошла к кострищу и начала крутиться на месте, пытаясь разглядеть, что лежит возле палаток. Там лежали совершенно обычные вещи: вещмешки, разложенные для просушки спальники, короба для продуктов питания. Ничего особенного в них не было. На верхнем ребре одной из палаток сидел бурундук, Даша шагнула к нему, но тот испугался и убежал.
– Ну, судя по всему, никого и ничего, – констатировала девушка, – что будем искать?
– Ничего здесь не трогай, я сейчас только обыщу на всякий случай всё на предмет оружия да пилы соберу, как вещдок.
Алексей ловко начал обыскивать вещи лесорубов. Оружия в лагере не было, да оно и понятно, зачем его оставлять в лагере, если пошли в засаду, но Леша что-то нашел в палатке, сфотографировал и удовлетворенно хмыкнул.
– Чего там нашел? Покажь, – подлетела Даша к палатке.
Но мужчина только аккуратно отстранил её:
– Не ходи, не нужно, чтоб тут были твои следы, тебя здесь не было.
– Здрасте вам, – ответила девушка, – мои следы здесь повсюду.
– А нетути, – хихикнул домовой, стоя возле девушки, заметая сломанной с дерева веточкой последний Дашин отпечаток ноги.
– Мужики, чего вы тут мутите? – возмутилась она.
– Даш, мы с Пашкой сразу приняли решение, что тебя сюда ввязывать не будем, значит, и следов твоих здесь не может быть. Итак, всё пошло не по плану. Сейчас эти красавцы приедут и соловьем будут петь, какие чудеса ты там творила, никто им, конечно, не поверит, и знаешь, что радует в этой ситуации? То, что вот там, в палатке, лежит большой, почти с мой кулак, кусок пластилина.
 
– А пластилин тут причем? – выпучила глаза девушка.
– Пластилин – это гашиш, наркотик, поняла?
– Да поняла, – пробурчала Даша, – чего ж тут не понять. И чего нам с ним делать?
– Вам абсолютно ничего. Чёрт, всё пошло не по плану. Даш, короче, примерно через пятнадцать минут здесь будут полицейские, тебе нужно спрятаться так, чтобы тебя не увидели. А ещё лучше, сможешь дойти до машины? Только не напрямик, а в обход, чтоб вас полиция не заметила. Пусть вас Володя довезет до дома и вернётся обратно.
– Мы сделаем проще, – задумчиво заговорил домовой, – как только служивые подходить будут, мы своими тропами отправимся домой. Там вас будем ждать.
– А как они узнают, куда идти? – спросила Даша.
– По следам нашим пройдут, я заметки делал.
– А как мы узнаем, что они идут? – задала следующий вопрос девушка.
– Птицы расскажут, – резко оборвал Додо девушку, – ты все тут осмотрела?
– Ну, не знаю. Меня ничего не колет, ко мне ничего не тянется, не смердит, думаю, всё тут нормально. И вообще, это больше вопрос к тебе, а не ко мне, я же с таким в первый раз сталкиваюсь.
– Да не чувствую я ничего, как отрезало. Ну, раз посмотрела, то и пошли, – домовой махнул рукой в сторону противоположную той, откуда они пришли.
– Куда? – опять спросила Даша.
– Тьфу ты, – плюнул со злости Додо, – там что, заклинание на глупость было? На мне оно вроде по-другому сработало.
Девушка услышала птичий гомон и посмотрела вверх. Над верхушками деревьев летали птицы, их явно кто-то спугнул, и она поняла, почему Додо засобирался.
– Пошли, – ответила девушка.
Они направились в сторону старого дерева, на котором они с лешим вели наблюдение в прошлый раз.
– Даша, вам туда, – Алексей показал в сторону, где стояла машина.
– Не, мы короткой дорогой пойдем, – ответил домовой и пошел следом за Дашей, заметая следы.
Они дошли до уже знакомого дерева и остановились.
– Ну, и куда нам теперь? Дорогу найдёшь? – спросила Даша домового. – И вообще, черт вас подери, что происходит, где леший?
– Здесь я, – раздался голос, откуда-то сверху.
Даша вздрогнула и задрала голову вверх. На толстой ветке, прижавшись к стволу дерева, сидел хозяин леса. Но что-то в его виде было не так. Было полное ощущение того, что на ветке восседал не леший, а только его половина, второй половины практически не было, вместо неё была приделана сухая деревяшка, как будто его разрезали пополам от макушки до его деревянных пяток, и прибили нечто инородное, чтобы не пугать окружающих ужасным видом его внутренностей.
– Етит твою… – присвистнул домовой, – где это тебя так?
– В стане татей, – ответил, морщась, Леший.
– Ну, вот и разгадка, – ответила Даша, слегка толкнув коленом Доридонта.
– Да как же ты, великий военачальник, с твоим боевым опытом мог так попасться? – растеряно спросил Додо.
– А у меня что, выбор был? – спросил, нахмурившись, лесной хозяин. – Эту пакость нужно было брать с двух сторон.
– И что это было? – вкрадчиво спросил Дормидонт.
– Костяной идол сам знаешь кого, – ухмыльнулся Леший.
– Это нарушение договора, – ахнул Додо. На него страшно было смотреть. Если домовые умеют бледнеть, то можно было сказать, что он именно это и сделал. Тебе помощь нужна? – глухо он спросил у своего товарища.
– Не надо, сам оклемаюсь через семь восходов.
– Ну, ладно, мы тогда пошли… Если нужно чего, присылай гонца, мы всегда поможем, – отвесив прощальный поклон, Дормидонт повернулся к дереву спиной, сложил ладошки лодочкой и что-то зашептал.
Перед путниками возникла звериная тропа. Домовой ещё раз обернулся, посмотрел на Лешего и шагнул на тропу, Даша молча последовала за ним.