Отставник 3 (СИ)

Конечно, я не надеялся, что при виде меня, такого красивого в форме железнодорожника, они упадут ниц и примут все предложения, которые я в уме успел приготовить, но в первые мгновения, когда анторсы вошли и увидели меня, то заметил на их лицах лишь удивление, и, возможно, оно было оттого, что не были готовы увидеть здесь постороннего — не анторса.
Строить разговор, не зная обычаев, устоев, социально-этических норм, не говоря про этикет оппонентов, невыносимо трудно. Можно единственным жестом или неосторожно брошенным словом настроить против себя и потом очень и очень долго восстанавливать репутацию так неосмотрительно потерянную. Я стоял со сжатыми в кулак руками и думал, может и вправду без демонстрации силы тут не обойтись. Перебить троих-четверых напыщенных принцев крови сил у меня хватит, а остальные потом и сами признают власть победителя. Но на помощь пришёл ашш Сошша Хааш.
— Представься, уважаемый. Ты говоришь от имени присутствующих или от лица всей великой расы?
— Я — истинно живой принц крови генерал-предводитель ашш Уссаа́ш Шно́ас командир третьей армии вторжения, глава малого Совета расы, таким образом, я говорю от имени всей расы, тебя это устроит? — гордо, но без пафоса произнёс анторс. Он и вправду по возрасту был старше всех остальных присутствующих, а тем более ашш Сошша Хааш, который здесь оказался самым молодым.
— Твоя армия цела, готова выступить против врага? — при этих словах я насторожился. Какого врага имел ввиду ашш Сошша Хааш, мне было неизвестно. Может, сейчас, под напором более опытного и облачённого официальной властью оппонента, Саша сдастся, и все мы горько пожалеем, что впустили в убежища и приютили столько народа.
— Армия сражалась до конца! Я, будучи вызванный к генерал-командующему, за несколько часов до нападения вылетел обратно в расположение, но мой корабль подбили.
— И ты, принц крови генерал-предводитель бросил своих подчинённых истинно живых умирать, а сам спасся?
— Как ты смеешь так говорить с главой малого Совета, мальчишка⁈ — вспылил и сделал шаг к ашш Сошша Хааш один из окружения ашш Уссаа́ш Шно́ас, но Саша не дрогнул. Он извлёк из-за пояса два клинка.
— Я — истинно живой принц крови, волей принявшего добровольную смерть являюсь генерал-командором, а это, как знаете на ступень выше генерал-предводителя. Я по настоянию хоска заключил союз с аборигенами, называющими себя люди. Я, совместно с хоском, осуществил удачную попытку спасти истинно живых, что оказались блокированы на севере континента. Вроде третья армия как раз дислоцировалась там, или я ошибаюсь? А что сделал ты, истинно живой принц крови генерал-предводитель ашш Уссаа́ш Шно́ас?
— Хоск, — кто-то пренебрежительно хмыкнул, — здесь, на этой планете.
Почувствовал, что настало моё время.
— Я — командир Бес, хоск по рождению и эта планета находится под моей защитой, — говорить, что являюсь её правителем, посчитал чрезмерным, а то потом придётся объясняться с Президентом и руководителями других стран, что не знают, какие сейчас, в этот момент идут политические игры за их спиной.
Наступила тишина, а я продолжил:
— Мои слова могут подтвердить Одарённые или вот этот истинно живой, — я указал на переводчика, — он присутствовал при… моей беседе с ними.
Все взгляды устремились на него.
— Что молчишь, ашш О́сса Нео́хха? Этот абориген, посмевший назваться хоском, нацепивший на себя мундир со знаками различия правителя трёх звёздных систем врёт⁈ — вынимая клинок, выпалил генерал-предводитель. Остальные принцы крови последовали его примеру и обнажили клинки.
— Он, мой генерал, не всё говорит. Его зовут не командир Бес, а капитан Глен, и как правильно он заметил, Одарённые с ним… беседовали, но не пришли к единому мнению, хоск он или нет, но то, что он по психоэмоциональным показателям не абориген с этой планеты, выяснить удалось точно. Для уточнения всех обстоятельств Верховный представитель и отдал приказ переправить его на «Штоонссса́р», чтобы тот предстал перед Советом.
Мы разговаривали на повышенных тонах и в ту самую минуту, когда переводчик-анторс замолчал, в помещение заглянул подполковник. Его лицо, при виде стоявших друг напротив друга с обнажёнными клинками анторсов, вытянулось, но я успел отдать приказ:
 
— Всё нормально, свободен!
— Товарищ Бес, прошу прощения, — косясь на анторсов, продолжил подполковник, — все собрались, ожидают.
— Я понял, сейчас будем.
Наступил решающий момент. Или мы выйдем вместе, или выйду только я. Пальцы рук разжались и вновь сжались в кулак. В теле ощутил спокойное умиротворение, но в любой момент готов перейти к активным действиям. Без потерь не обойтись. Анторсы стоят грамотно, обхватив нас полукругом. Один из них — переводчик, неопасен. Он без оружия и отошёл в сторону, а вот остальные. Главный из них стоит, окружённый своими соратниками и просто так к нему не пробраться. Времени не хватит на рывок. Стоявшие справа и слева успеют перегородить своими телами дорогу. Но подполковник так и не закрыл за собой дверь, а наблюдает, и я заметил, что он подал какой-то сигнал стоявшим за дверью. Значит, с тыла придёт помощь и противнику придётся защищаться не только от меня, но и от бойцов, что сейчас собрались за дверью, а они миндальничать не будут, сразу начнут стрелять. Надо отойти на пару шагов в сторону, чтобы не попасть под дружественный огонь, и желательно, чтобы ашш Сошша Хааш не пострадал, а то придётся анторсов вычёркивать. Не станут они воевать на стороне тех, кто убил их высшее руководство. Они и так на землян смотрят свысока, а если произойдёт, а потом станет известным факт нарушения договора, то на них можно не рассчитывать.
Мысли промелькнули молниеносно. Я медленно, без резких движений подошёл к ашш Сошша Хааш, став с ним плечом к плечу, готовый, в момент, когда ворвутся наши бойцы толкнуть его к стене, убирая его с траектории открытия огня и давая себе пространство для манёвра. Боец он, конечно, хороший, но один на один, а не один против трёх или шестерых. В этой ситуации ему лучше прикрывать мою спину, а не лезть в первые ряды.
Но ашш Сошша Хааш удивил. Он, вместо того, чтобы, готовясь к атаке, остаться на месте, шагнул вперёд, и несмотря на меня, передал один клинок. Я его принял. Это оказался его личный, усовершенствованный.
— Ты готов умереть вместе с ним⁈ — в гробовой тишине прозвучал голос ашш Уссаа́ш Шно́ас.
— Да. Я — истинно живой принц крови генерал-командор ашш Сошша Хааш, давший клятву крови, умру вместе с тем, чью тайну узнал, и чтобы не искушать судьбу, унесу её с собой.
Взгляд ашш Уссаа́ш Шно́ас переместился на переводчика. Тот сделал жест, который я понял, как «не знаю».
Все оставались в напряжении. Подполковник пристально смотрел на меня, ожидая только знака или простого намёка для начала активных действий. Из приоткрытой двери со стороны коридора слышались тяжёлые быстрые шаги — это спешило усиление.
— Мне нужно пять минут поговорить наедине с моими людьми, — выдохнул ашш Уссаа́ш Шно́ас, убирая клинок.
— У тебя есть пять минут, генерал-предводитель, но не дольше, — ответил, и подав знак ашш Сошша Хааш идти за мной, направился к подполковнику, так и застывшему в дверном проёме.
— Генерал-командор, останьтесь, — когда ашш Сошша Хааш принял из моих рук свой клинок, произнёс ашш Уссаа́ш Шно́ас.
Не замечая устремлённых на меня взглядов, вышел в коридор, и подполковник плотно закрыл дверь.
— Что случилось? — обеспокоенно заговорил офицер, — я уже и за подмогой послал.
— Всё нормально, никак власть не поделят, — ответил, вытирая пот со лба. В коридоре стояло не менее десяти вооружённых бойцов, что были готовы к активным действиям.
— В зале собралось более тысячи людей. Мы уже не знаем, чем их занять, — продолжал подполковник.
— Не «людей», а «анторсов». «Люди» — множественное число слова «Человек», обозначающее расу уроженцев планеты Земля и, соответственно, называть так уроженцев другой планеты нельзя. Но мы все относимся к гуманоидным расам. У нас две руки, две ноги, голова и туловище, — почему-то пробило на объяснение прописных истин. Хотя кто совсем недавно думал о том, как называть инопланетян. Мы о них и не слыха́ли, а вот как получилось, за такой короткий срок встретились с двумя великими расами, что вышли в свободный Космос, покинули свою звёздную систему и путешествуют от одной к другой.