Отдайся за Миллион (СИ)
— Я рада, что сумела донести суть своей мысли.
— Более чем, — глаза болят от не разрываемого зрительного контакта. — И все же отведай салатика. Ведь я слов на ветер не бросаю.
— Не очень-то похвально в данной ситуации, и характеризует вас недальновидным человеком, — кидаю более уверенно. —Хороший работодатель не разбрасывается кадрами и не ведет агрессивную политику в отношении сотрудников, — боже, что я несу, щеки вспыхивают то ли от вина, либо от непроницаемой темноты напротив и вспыхнувшего в них блеска. Не знаю почему — до жути его боюсь, и оттого потребность идет, дать хоть минимальный отпор.
— Как категорично, — тягучий тембр вызывает дрожь, благо под платьем моя реакция ему незаметна. —Раз так, значит все будет зависеть от тебя, Аурика, — резюмирует, кивая на тарелку. И вновь тянет имя. Почему я вообще на это внимание обращаю и мне кажется, что подтекст имеет другой смысл?
Наконец вижу надвигающихся членов семьи, где приходит былое спокойствие. Генеральный Степана словно затылком видит их приближение, незамедлительно встает с кресла. Все это время наблюдаю за реакцией мужа, который, к слову, успел прийти в себя и вид не такой удручающий.
— Давид Алеанович, добрый вечер, — приветствует начальство.
— И тебе не хворать, — следует рукопожатие, а вот стальные нотки сквозят в интонации.
— Мамуль, мы с папой видели большущий аквариум с рыбками, они золотые представляешь, — восторженно рассказывает дочь. —И даже прозрачные, а еще там Немо из мультика плавает.
— Они тебе понравились? — встревает в разговор неприятный тип.
— Ага, — кивает малышка.
— Они твои.
— О благодарим вас, Давид Алеанович, — во все тридцать два улыбается супруг.
— Правда? —Удивлена Елизавета. После утвердительного кивка, кричит на радостях, — Ура.
— У тебя невероятная семья, Степан. Береги их как зеницу ока, — задумчиво произносит. —А теперь мне пора откланяться, моя спутница уже вернулась и томиться в одиночестве. До завтра Степан, Елизавета, — я не поднимаю головы, мечтая о том, чтобы ушел восвояси. —Госпожа Романова, — внезапно для меня, берет ладонь со стола, вздрагиваю как от ударной волны статического тока. Встречаюсь с равнодушием смольных омутов, гипнотизирует, оставляя поцелуй на внутренней части запястья. Как справится с охватившими эмоциями? Он внушает страх и силу, чувство безысходности. Полной подавленности. Упаси, Господи с ним еще раз столкнуться.
На следующее утро в обычном режиме под разговоры дочери отвожу ее в садик, а сама выдвигаюсь на работу.
Впервые отказываюсь от утреннего кофе с Нинель, необходимо сконцентрироваться на бумагах, на носу презентация рекламы для запуска нового бренда одежды.
Проходит около часа, а я недвижно пялюсь в монитор, так и не приступив к подсчетам. Эпизод вчерашнего вечера не отпускают. После ухода незваного гостя, едва удалось выговорить несколько фраз, словно молотком прибитая. Мне требовалась ванна, желательно ледяная и если ладонь возможно было смыть в уборной ресторане, то спина продолжала полыхать. Кажется, теперь мне ясны причины. Да и это кресло, как незримый свидетель, наблюдающий за нами, чужой и лишний. А вот Степан очевидно расслабился и не обмолвился, словом, о руководстве.
Ночной кошмар с участием опасного человека, а он таким является, просто добил. Даже не буду вспоминать что он в нем со мной творил. Десять минут диалога, а я сама не своя. Встряхиваю головой, достаточно. Сами мысли об этом человеке — табу.
С трудом, но все же удается углубиться в рабочий процесс. Неотрывно до обеденного перерыва изучаю дизайнерский проект, исправляю ошибки коллег. По сладкому аромату парфюма, ощущаю приближение Нинель.
— Рика, уже как пять минут начался обед. Ты можешь мне объяснить по какой причине мы еще не в столовой? —Хмурится Нина.
— Уже обед? Заработалась видимо.
— Никакой пунктуальности, — закатывает глаза.
— Не утрируй, пожалуйста, — сохранив файл документов, выключаю компьютер.
— Знаешь даже вовремя войны обед был по расписанию, — наматывает локон на палец.
— Иду. Только не ворчи, — но телефонный звонок останавливает меня на ходу. —Я догоню, займи нам место, — опережаю недовольство девушки.
— Да.
— Рика, в срочном порядке шеф вызывает на ковер, — доносится в динамик резко.
— Сейчас?
— Нет через час, — язвительно летит в трубку. Я уже привыкла к ее манере общения — заносчивое и высокомерное. Она секретарь главного, по совместительству любовница и видимо искренне считает, что горизонтальные услуги Николаю Петровичу это наивысшая заслуга. — У тебя пять минут, — обрывает связь. Обед отменяется, как пить дать, вздохнув по привычке беру со стола блокнот с ручкой, направляюсь к лифту. Сейчас начнется либо очередной разнос, или всучит рекламу, с которой другим не удалось справиться.
Конечно же, самой Виолетты в приемной нет, не удивлена совсем.
Постучавшись, приоткрываю дверь.
— Вызывали, Николай Петрович, — прохожу вглубь кабинета.
ГЛАВА 6
— Проходи, Рика, присаживайся, — указывает на стул. — Я тебя от обеда оторвал, по очень серьёзным обстоятельствам, — отрывает взгляд от дисплея мобильного, нервно прикуривая сигарету, что является исключительной редкостью. Шеф за здоровый образ жизни, и так далее. Только ядерная война или встреча с НЛО могли его заставить отойти от своих же установок.
— Я вас слушаю, — усаживаюсь пятой точкой, внимательно рассматривая мужчину.
— Не буду ходить вокруг да около, а скажу прямо, — новая затяжка. —В нашу редакцию поступил заказ. Очень крупный за все время его существования, — бросает с нажимом. Кажется кто-то очень нервничает. —В семизначном денежном эквиваленте, — а после минутной паузы заговорщицки шепчет. — Долларов.
— Серьезный подход, — отмечаю.
— И это только начало, если клиенту понравится подача приготовленной нами рекламной компании, то нас ждет сразу несколько проектов. И мы вполне можем года три не волноваться об источниках дохода.
— Ну это же замечательно, — выдыхаю в моменте. —Так радоваться надо.
— А я и радуюсь, незаметно? — Отрицательно качаю головой. Взволнованный вид красноречивее всех слов. —Рика, ты представляешь какой масштаб работы ждет? На агентство и мои плечи взваливается огромная ответственность. Заказчик требовательный и придирчивый. Ему нужен качественный и эффективный продукт.
— Какой сегмент? —На автомате уточняю, до конца, не понимая какое это имеет ко мне отношение.
— Вот, правильный вопрос. Их несколько, — суетливо проводит пятерней по волосам. — Сеть ресторанов. Техника. Строительство недвижимости и еще много чего. Одним словом, денежный монстр.
— Тогда я вам сочувствую, Николай Петрович.
— В смысле? — Вытягивается в лице. —Романова, ты что же думаешь, я тебя позвал в кабинет, чтобы в твою блузку поплакаться? Всеми проектами данного заказа будешь заниматься ты. И только ты. Сочувствует, — хмыкает он. —Это я тебе сочувствую, ведь со сном можешь теперь распрощаться.
Слов не передать насколько шокирует данная новость, накрывает растерянность.
— Но я не могу, Николай Петрович. У меня пять не законченных программ, — пытаюсь воспрепятствовать.
— Значит раскидаешь их. Набери команду людей, задействуй все что необходимо для подготовки и запуска маркетинга. Чем быстрее вы начнете думать о концепции, тем лучше для нас. Не мне тебя учить, — упрямо говорит босс.
— Но...
— Никаких, но. Я уже все решил. Лучше тебя никто не справиться, Рика — это, во-первых. А во-вторых, пожелание заказчика. Он ознакомился с созданными макетами, и выделил именно твои, настояв на сотрудничестве. Это не моя прихоть, поверь. Так что можешь приступать к изучению информации. Помимо премии и зарплаты, отдельно прилагаются хорошие комиссионные за проделанную работу.
— Ну хорошо, только с одним условием, Николай Петрович, — поразмыслив соглашаюсь, возможно вот он тот самый шанс, который нельзя упускать и нам со Степаном более не придется работать на износ.