Мой любимый деградант (СИ)
Все было понятно, Тим, как всегда, все предусмотрел. Но в спальный мешок мне не хотелось. Тим предложил лечь прямо на них, так мы и поступили, только пришлось ему ещё один артефакт активировать, чтоб я не мёрзла.
И в первое утро практики, когда впереди был целый день спуска по Горе с прохождением заданий, мы с мужем в обнимку заснули в палатке. В тепле и уюте, вместо того, чтобы мокнуть под моросящим дождем и скользить по намокшей траве.
А я постаралась запомнить одну мысль, внезапно пришедшую мне на ум: можно ли приспособить авиону под грузоперевозки. Зачем нести все на себе, в том числе и авиону, если есть хоть малейшая возможность везти все на ней? Главное, не забыть поделиться этой мыслью с Тимом…
61. В туман и в дождь.
Тим проснувшись, так же, как и я, хотел, в первую очередь, выйти на воздух. Он привязал один конец моего шарфика к каркасу палатки, а второй держал в руке, когда мы покинули наше убежище от непогоды. Странно было смотреть, как мы выходим из палатки и, уже обернувшись на нее, видим только мой шарфик, висящий в воздухе.
Мы с Тимом по очереди походили по округе. Тим приноравливался работать на местности с магическим компасом.
Когда мы вернулись в палатку, Тим усадил меня на спальный мешок и сам стал накрывать нам поздний обед, состоящий из того, что собрала нам Ясаман. Я захрустела сухариком и взяла еще небольшой кусок сыра, а Тим от удовольствия причмокнул, когда надкусил копчёную колбаску.
- Ясаман замечательный друг, - с уважением к еде и ее дарителю произнес Тим.
- И чтоб мы делали, если она не побеспокоилась о нас? - Спросила я, что-то страх скорого голода снова стал расправлять крылья.
- Я бы нашел пропитание. - Заверил меня Тим. Я кивнула, и не стала углубляться в тему. - Здесь много всего съедобного: от ранних ягод до мелких животных. - Уточнил Тим.
Я сейчас ела вкуснейший сыр с большими дырочками, и что-то ещё, растущее или бегающее по округе, меня не привлекало. В данный момент. Но Тим мое молчание понял превратно.
- Сафира? - Когда он произносил мое имя с лёгкой вопросительной интонацией, мне всегда хотелось замереть и любоваться шоколадными глазами мужа. А он даже отложил вторую колбаску, которую уже успел взять из бумажного свертка. - Ты сомневаешься, что я смог бы позаботиться о тебе?
Я не сомневалась. Тиму я доверяла полностью, хоть и не уставала удивляться его предусмотрительности. Вряд ли вообще можно довериться кому-нибудь больше, чем я верю мужу. Это я ему и сказала.
Я бы даже про другой мир ему все рассказала, если бы не запрет Сафы. Но Тим решил мне доказать, что найти еду на Пике Магии просто и потащил меня наружу, хоть я и говорила, что он ещё успеет за двадцать-то дней тысячу раз мне все показать. Мне пришлось идти за мужем, хоть за стенами палатки было сыро, и туман я никогда не любила. Тим не забыл снова взять за кончик мой все ещё привязанный шарф и вложить мне его в руку.
Я сделала шаг вслед за пропавшем в густом тумане Тимом и остановилась. Палатки за спиной уже не было видно, и шарфик висел, как бы тоже теряясь в тумане.
Кругом ничего не было видно, только раздавались обычные для живой природы звуки. Я уже трижды обругала себя за то, что не была более убедительной, и Тим все же засомневался в моей вере в него. И сейчас я вынуждена стоять здесь в одиночестве.
Тим неожиданно вынырнул из тумана и протянул мне руку с зажатыми в ней желтыми листьями.
- Кленовые листья, - сказал он.
Я покивала, тем более не узнать листья клёна было невозможно:
- Они съедобные? - Если надо будет, я готова была их поесть ради Тима. Но только после того, как в сумке Ясаман ничего не останется.
А Тим удивлённо приподнял брови, а потом задумчиво нахмурился. И неожиданно рассмеялся:
- Сафира, я их не на обед принес. Это листья клёна, а дерева рядом нет. - Видя, что я не поняла глубокий смысл его слов, Тим попытался мне объяснить:
- Листья лежат там, где нет дерева, с которого они могли упасть. И они жёлтые, а сейчас начало лета. - Тим вложил букет из осенних листьев мне в руки. - Мне кажется, это первое задание. Магистр Вайол говорил, что надо искать все необычное или странное.
- Или опасное. - Нам на лекциях тоже об этом говорили
- Нет, опасное само нас найдет. - И с такими обнадеживающими словами Тим снова скрылся в тумане, чтоб вернуться, когда у меня уже заболели глаза, с таким напряжением я вглядывалась в туман и высматривала мужа. Он принес в одной руке ещё кленовых листьев и пригласил меня войти в палатку. Как только я села на свой спальный мешок, Тим забрал у меня листья и бросил их ближе к стене, куда ранее кинул и те, что занёс сам. А потом с очень загадочным видом взял мою руку и переложил в нее темно-фиолетовые продолговатые ягоды.
- Жимолость. Съедобная. - И одну ягодку взял с моей руки и закинул себе в рот. Я наблюдала, как улыбка на лице Тима сменилась гримасой.
- Невкусная ягодка? - С сочувствием спросила его.
- Вкусная и полезная. Только я кислое не люблю. - Быстро проговорил Тим. И с беспокойством спросил. - Сафира, а ты любишь кислые ягоды? - Я мужа обнадежила, сказав, что сейчас все кислое люблю. Он улыбнувшись, пообещал, что чуть позже добудет что-нибудь более сытное. И отошел разбираться с заданием на листьях клёна, а я, наблюдая за ним, приступила к жимолости. Мне ягоды кислыми не показались, мясистые и сладкие. Ароматные. Очень вкусные. Может даже и кисленькие, только самую малость.
Пока я наслаждалась ранними ягодами, Тим что-то высматривал на желтых листьях и складывал их по принципу, понятному только ему одному.
- Сафира, здесь карта сложилась, - сказал мне со своего места Тим. - Я быстро схожу и заберу то, что на ней указано.
Я была против того, чтобы Тим уходил. Он же говорил, что до завтрашнего утра мы можем отдыхать. Сейчас был туман, после дождя ещё было сыро, и мне самой в данный момент никуда не хотелось.
- Сафира, оставайся в палатке. Мне недалеко идти, к той площадке, на вершине. Мне надо только забрать то, что лежит под плоским камнем.
- Хорошо ещё ничего копать не надо. - Пробурчала я. Уже было понятно, Тим легко не отступится, впрочем, ему и нужен на практике результат.
- Посиди здесь, - стал уговаривать меня Тим. - Я один обернусь быстрее.
Вспомнила, что дядя велел мне не капризничать, и отпустила Тима, пожелав ему удачи. Он надел свой мятый и влажный пиджак, положил в карман магический компас, попросил вслушиваться, если он из-за невидимости палатки пройдет мимо и позовет меня. И ушел в туман.
Я тоже решила быть полезной и достала из сумки наши комбинезоны и разложила их на своем спальном мешке. В этой же сумке лежали по две водолазки, смены белья, две пары носок и лёгкие спортивные штаны на меня и Тима. Я достала ему по одной вещи на смену, скорее всего он захочет переодеться, когда вернется, а все остальное снова сложила в сумку.
Потом разобрала сумку с едой, нашла в ней кофейную пасту. Оказывается, это ее Ясаман положила специально для Тима. Он же говорил, что в походных условиях заваривать кофе не получится и жалел об этом. Нашла в рюкзаке Тима артефакт быстрого огня и с его помощью вскипятила воду в котелке. Я встряхнула спальный мешок Тима и аккуратно положила его на пол, потом сложила в углу наши рюкзаки и сумки, собрала все кленовые листья в кучу.
И я уже не знала, чем себя занять, потому что Тима не было слишком долго, или это мне так казалось. Я не хотела поддаваться панике и боялась выйти из палатки, чтоб не потеряться. Стала выглядывать наружу и, замерев, прислушиваться к звукам. Мне казалось, что отчаянный стук моего сердца, раздаваясь в ушах, мешает расслышать, как Тим зовёт меня по имени. Сейчас не было и пяти часов вечера, но из-за тумана казалось, что час более поздний. И я решилась обратиться за советом к дяде. Я быстро нашла в одной из сумок блокнот с ручкой, чтоб написать дяде записку, и Магпочтовик, обращаться с ним меня научил Тим. В уме формулируя вопрос для дяди, я открыла крышку почтовика, а оттуда вывалился целый ворох листков. Я стала просматривать послания, пришедшие нам с Тимом. Одно было от Лиона, он сообщал, что с группой разбил лагерь. И спрашивал, как дела у Тимира.